Политический кризис в Казахстане, похоже, разрешился. Можно было бы даже написать «успешно», если б не количество погибших. Сколько – даже сами казахи пока не разобрались. Впрочем, сейчас речь не столько о событиях в Казахстане, сколько о моментах, оставшихся за кадром.
«Осуждаем насилие, вспыхнувшее в ряде казахстанских городов и приведшее к многочисленным жертвам. Выражаем соболезнования в связи с гибелью казахстанцев, с которыми украинцев связывают многолетние связи дружбы и взаимного уважения».
Если не знать, что это цитата из заявления МИД Украины – нипочем не догадаться. Особенно на фоне заявлений того же МИДа во время очень похожего политического кризиса в соседней Белоруссии. А тут даже ввод сил ОДКБ проглотили. Мол, «приняли к вниманию», да еще и признали, что ввод состоялся по «приглашению властей Казахстана».
Но это позиция МИДа. А как Украина в целом вела себя во время кризиса в Казахстане?
Украинский след
Вопрос непростой. В Киеве и других городах состоялись традиционные в таких случаях акции солидарности. Неназываемые активисты (сюжет давал порошенковский «Пятый канал», видимо, и организаторы из структур Порошенко) поддержали народ Казахстана (это они погромщиков народом считают), подняли флаг Казахстана, осудили ввод миротворцев. Нечто похожее исполнили жители Харькова и Одессы.
У событий в Казахстане с самого начала прослеживалась легкая украинская нотка. Еще 5 января казахстанский оппозиционер Мухтар Аблязов, явно стремившийся оседлать протестное движение, опубликовал контакты штаба движения «Демократический выбор Казахстана». Причем WhatsApp штаба зарегистрирован на телефоны с украинскими сим-картами и в СМИ назывался киевским.
Прежде мы уже видели это во время неудавшегося минского майдана. На Украине белорусские оппозиционеры проходили тренинги и подготовку. На Украину же они бежали после провала попытки переворота в августе 2020 года. Украина, в свою очередь, обычно поддерживает любые движения и любых активистов, если их деятельность направлена против России и/или ее союзников. Но в этот раз все пошло немного не по сценарию.
Еще 8 января в СМИ появились заявления о том, что СБУ накануне жестко прессанула активистов ДВК в Киеве. Они заявили об избиении, принуждении к подписанию бумаги об отказе вести политическую деятельность на Украине, также угрозе депортации... в Казахстан.
Все это происходило на фоне уже принятого решения о вводе сил ОДКБ в Казахстан. Ну и плюс МИД Украины, который впервые прокомментировал события в Казахстане 10 января (все уже, считай, закончилось) и в очень нейтральном ключе. И даже воздержался от осуждения ввода сил ОДКБ.
Как это понимать? Украина перестала быть анти-Россией? Нет, конечно. Просто есть нюансы.
Энергокризис порешал
В нашем случае это уголь. Осенью, когда Украина столкнулась с его дефицитом из-за мирового энергокризиса, Киев пытался закупить уголь в Казахстане. Тогда сделать это не удалось. Купить ведь мало, нужно доставить. А Россия не подтвердила транзит, сославшись на загруженность РЖД. В итоге на 4 января на Украине простаивали 23 угольных энергоблока ТЭС и ТЭЦ. Собственно, все, что есть.
В такой ситуации выдворить из страны бунтовщиков и нейтрально откомментировать болезненные для Казахстана события – неплохой аванс к возобновлению переговоров по транзиту угля и его закупке.
И в Казахстане эту подачу явно приняли: «Мы сейчас чувствуем, что в Украине нам сопереживают. К сожалению, появляются отдельные инсинуации, нацеленные на то, чтобы внести сомнение в наши доверительные отношения. Есть вбросы об «украинском следе» событий в Казахстане. Но мы видим, что компетентные органы Украины на данные сигналы своевременно реагируют», – говорится в заявлении посольства Казахстана на Украине.
И если Касым-Жомарт Токаев настаивает на зарубежном следе в попытке переворота, обещая представить доказательства, то Украину из перечня подозреваемых можно вычеркнуть.
У «угольной» гипотезы есть косвенное подтверждение. В августе на Украине был найден повешенным Виталий Шишов (возглавлял правозащитную организацию «Белорусский дом», координирующую помощь белорусским политбеженцам). В его смерти тут же обвинили Лукашенко. Однако в сентябре СБУ задержала сразу пять белорусских политбеженцев. Среди задержанных обнаружились нелегалы – их передали Миграционной службе на выдворение.
В другое время на незаконное пересечение границы закрыли бы глаза: официально Киев и Минск до сих пор в натянутых отношениях. Сообщения нет, санкции действуют. Изменилось только одно: Украина снова импортирует белорусское электричество. Даже несмотря на бойкотирование Белорусской АЭС.
Энергокризис задел и Украину. В отсутствие угля справиться с ним можно только импортом электроэнергии. Возобновить его оказалось непросто. Из России Украина до сих пор ничего не получает, а импорт из Белоруссии достиг плановых показателей только к середине декабря. Очень похоже, что СБУ перед отопительным сезоном прижала белорусских оппозиционеров так же, как в январе 2022-го прижала активистов ДВК. Чтобы с Казахстаном – и Россией – о доставке казахстанского угля договариваться было легче.
Так ли это на самом деле? Возможно, и нет. Однако параллели уж слишком бросаются в глаза.
Для Киева фигура Назарбаева (или Токаева) мало чем отличается от фигуры Лукашенко. Оба – союзники России. И Белоруссия, и Казахстан не просто входят в постсоветские интеграционные структуры – они их соорганизаторы. Никто бы не удивился, если бы МИД Украины провозгласил анафему Назарбаеву, Токаеву, казахстанским силовикам и силам ОДКБ.
Вместо этого МИД Украины (внезапно) – сама любезность, а осуждать режим в Казахстане ходят белорусские оппозиционеры. Ведь казахстанских, похоже, на Украине не останется вовсе.