Эстонский премьер Кая Каллас считает, что «вторжение» России в Эстонию станет невозможным, если Таллину наконец-то удастся убедить Москву в необходимости ратификации договора о государственной границе. «Все кризисы показывают, что нам необходимо соглашение о границе с таким соседом, как Россия. И нам нужно это соглашение больше, чем Москве», – заявила Каллас.
Первоначально ратификация пограничного российско-эстонского договора от 18 мая 2005 года была сорвана по вине официального Таллина. Тогда парламент Эстонии добавил к тексту соглашения преамбулу, включавшую в себя положения Тартусского мирного договора 1920 года, из-за чего Эстония могла предъявить территориальные претензии к России. Например, на Печорский район Псковской области и на Ивангород в Кингисеппском районе Ленинградской области. В связи с этим Россия отозвала свою подпись под договором. Позже в 2014 году Москва и Таллин вновь вернулись к этому вопросу, подписав соответствующий договор без спорной преамбулы. Однако он не был ратифицирован из-за разразившегося политического кризиса в отношениях между Россией и Западом.
В начале апреля 2021 года глава МИД Эстонии Эва-Мария Лийметс в беседе со своим российским коллегой Сергеем Лавровым вновь обсудила проблему ратификации соглашения. При этом Москва призвала Таллин отказаться от возможных территориальных претензий к России и каких-либо политических «довесков» к соглашению. В России хотели бы видеть готовность соседей к формированию нормальной неконфронтационной атмосферы двусторонних отношений, подчеркивалось в заявлении МИД РФ.
Позже Каллас, приветствовав переговоры Лийметс с Лавровым, указала на то, что договор о границе – это технический документ, при отсутствии которого Таллин может «запутать своих союзников». «Предположим, что Россия на нас нападет, и мы скажем, что есть 5-я статья Вашингтонского договора, устанавливающая систему коллективной безопасности, и пусть НАТО придет к нам на помощь. Сразу начнутся вопросы: а где же эта российско-эстонская граница вообще проходит? И если к этому времени у нас не будет технического документа, то союзники могут впасть в замешательство», – подчеркивает Кая Каллас.
Впрочем, не все эстонские политики придерживаются такого мнения. «Чем больше Эстония просит Россию о пограничном договоре, тем меньше вероятности, что Москва пойдет на уступки Таллину в этом вопросе», – считает бывший премьер Эстонии Март Лаар. По его словам, Таллину лучше забыть о Москве на какое-то время, и пока Россия и Эстония живут в отдельных мирах, в Эстонии «все будет хорошо».
В то же время депутат Таллинского городского собрания Владимир Вельман полагает, что заявление Каллас о договоре с Россией направлено прежде всего на внутреннюю аудиторию. «Я думаю, это попытка сократить число противников договора в самой Эстонии. Там есть люди, которые считают, что это соглашение подписывать нельзя, пока не решены все территориальные проблемы. Возможно, это заявление – попытка выбить почву из-под ног этих людей, напугав их тем, что якобы 5-я статья Вашингтонского договора может не сработать», – предполагает Вельман.
«Но на самом деле все это смешно и глупо, – говорит депутат. – Я не представляю возможной войну между Россией и НАТО в обозримом будущем».
По мнению собеседника, на данный момент четкой линии государственной границы между двумя странами в принципе не существует, так как в международных договорах она не прописана. «Грубо говоря, если нога российского солдата ступит на территорию республики, то заявить о нарушении границы будет трудно. В плане международных договоренностей между Москвой и Таллином границы по сути не существует. Это я сейчас утрированно говорю», – подчеркивает Вельман.
В свою очередь депутат Европарламента от Эстонии Яна Тоом уверена, что нынешняя ситуация в эстонско-российских отношениях противоречит основным договорам НАТО и ЕС, которые предполагают отсутствие каких-либо территориальных споров у стран-участниц с другими странами.
«Формально Каллас права. Но лично мне разговоры про 5-ю статью договора НАТО не нравятся. Мне куда больше нравятся 1-я и 2-я статьи этого договора, где говорится о том, что спорные вопросы нужно решать путем мирных переговоров. Кроме того, Эстонию, с учетом пограничных споров с Россией, не должны были принимать в состав НАТО и ЕС, но ее все же приняли», – подчеркивает парламентарий.
«Сейчас очевидно, что Таллин протягивает руку России. Хотя у нас есть группа полоумных товарищей, которые призывают вернуть Печорский район. Они забыли обо всем на свете, кроме этого вопроса. Но это маргинальные силы, не имеющие рычагов влияния на власть. В Эстонии существует консенсус относительного того, что реальных претензий у Таллина к России нет. Хотя стоит признать, что и в партии, которую представляет Каллас, есть видные деятели, не желающие соглашаться с ее позицией. Каллас хорошо понимает, для кого адресованы ее слова», – продолжила собеседница.
«Но когда договора о границе нет – это действительно непорядок. Сейчас, насколько я могу судить из средств массовой информации, все карты находятся в руках российской стороны. И хотя на российско-эстонских отношениях сказываются плохие отношения между Москвой и Брюсселем, я надеюсь, что Россия пойдет навстречу Эстонии в этом вопросе», – добавляет Тоом.
Между тем президент Российской ассоциации прибалтийских исследований Николай Межевич, который принимал участие в подготовке технической части пограничного договора между Россией и Эстонией, считает, что в период переговоров с 1997 по 2005 год соглашение было в равной степени нужно обеим сторонам.
«Однако на сегодняшний день, учитывая серию недружественных шагов со стороны Эстонии по отношению к России в целом и в частности к русскому национальному меньшинству, проживающему в республике, включая преследования русских активистов, ситуация коренным образом изменилась», – отметил собеседник.
По его мнению, поддержание диалога о пограничном договоре больше не отвечает российским интересам. «С моей точки зрения, мы должны использовать договор как средство давления на эстонскую сторону по целому ряду вопросов. Нужно быть эстонцем, чтобы в полной мере понимать, насколько сильно их нервирует его отсутствие. Почему бы нам этим не воспользоваться», – риторически резюмировал Межевич.