2 марта с австралийского аэродрома впервые поднялся в воздух экспериментальный беспилотный боевой самолет, созданный компанией «Боинг Австралия», австралийским отделением американского концерна, в рамках австралийской же программы Loyal Wingman – «Верный ведомый». Назначение аппарата Loyal Wingman ясно из названия. Это ведомый – боевой самолет, работающий в паре с другим пилотируемым самолетом. Такая задача уже невыполнима, если пользоваться дистанционным управлением, как это делается с другими серийными БПЛА. Такой машине уже требуется свой, если можно сказать, «разум» – искусственный интеллект (ИИ).
Промышленность вместо людей и искусственный интеллект
Но именно для такого самолета ИИ должен быть куда проще, чем для боевой машины, выполняющей задачи полностью автономно. «Ведомый» идет за ведущим, он должен в основном повторять его маневры и иногда атаковать те же цели – возможно, по его команде. В таких условиях требования к искусственному интеллекту, который должен управлять такой машиной в бою, существенно снижаются – он может копировать действия ведущей машины, а это иногда уже и не интеллект вовсе.
Тем не менее у такого упрощенческого подхода есть и одно важное преимущество. Такой самолет намного проще сделать, чем машину, способную к полностью самостоятельным действиям. А значит, его намного быстрее можно будет довести до «серии». И вот тут та страна, которая первой запустит у себя производство подобных «ведомых», получает преимущество. Дело в том, что современный авиапром строит даже сложные самолеты довольно быстро. Копирование программного обеспечения с носителя на носитель – это вообще почти мгновенный в сравнении с постройкой самолета процесс.
А вот подготовка военного летчика – это очень долго и очень дорого. Процесс подготовки летчика-истребителя занимает годы. И это только до момента, когда ему можно доверить боевой вылет против слабого противника в группе с более опытными пилотами. Потеря летчика в бою возмещается очень долго, несоизмеримо дольше, чем постройка нового самолета.
Как результат, многие ВВС многих стран мира имеют некомплект военных летчиков. Времена, когда эта работа была окружена большой романтикой, прошли, деньги можно заработать и более безопасным способом, летать тоже можно с меньшими рисками. В результате, например, у американцев больше авианосцев, чем авиакрыльев для них – и нет никаких перспектив как-то улучшить эту ситуацию традиционным способом, набирая курсантов. Они не набираются.
Роботизированные комплексы, такие как Loyal Wingman, сводят проблему к чисто производственной – теперь столько людей не нужно. Каждый самолет может вместо пилотируемого ведомого получить робота, который будет работать вместе с ним. Сначала, видимо, это коснется ударных самолетов, с летчиками, специализирующимися на наземных целях. Потом, видимо, дойдет и до авиачастей, воюющих за господство в воздухе. И когда это произойдет, то вопрос, кто сильнее, сведется к простому вопросу – кто может наштамповать больше боевых роботов в единицу времени. Военное соревнование в значительной степени утратит человеческое измерение, по крайней мере, с точки зрения присутствия человека непосредственно на поле боя.
Конечно, упрощенная концепция скажет и тут свое слово: та же Австралия – хоть вместе с США, хоть самостоятельно – сможет максимум удвоить численность своей авиации, ведь, напомним, «ведомому» нужен «ведущий». Но удвоение боевого состава за несколько лет – это очень сильный ход в любом случае. Тем более, что даже упрощенный ИИ ведомого быстро может быть обновлен до полноценного. И тогда вопрос мощи ВВС той или иной развитой страны окажется мало связан с наличием живых летчиков в строю – было бы, где производить беспилотные истребители.
В одиночном бою машины уже давно сильнее людей. Первый раз компьютерная программа победила живого летчика в виртуальном воздушном бою много лет назад.
В 2019 году департамент перспективных исследований Пентагона начал проект Alpha Dog Fight (перевод «Воздушный бой Альфа», воздушный бой назван жаргонным словосочетанием «собачья свалка», так в США называют маневренный воздушный бой на расстоянии визуальной видимости).
В ходе проекта компания Heron Systems представила компьютерную программу, способную обучаться ведению боя. В ходе компьютерных симуляций, в которых «сражались» с одной стороны опытные летчики ВВС США на виртуальных F-16, а с другой – Alpha Dog Fight на виртуальных беспилотных истребителях. Итог – бойня. Люди ничего не смогли противопоставить машине.
Искусственный интеллект играючи начинал схватку так, чтобы не попасть под ракетную атаку противника, немедленно выходил на режимы маневрирования, которые живой летчик выдержать не смог бы, и на этих режимах занимал позицию для атаки. Итог – у людей ноль побед, живые летчики проиграли все бои. При этом искусственный интеллект именно учился в этих сражениях, осваивая те тактические приемы, которые изначально в его код никто не закладывал. Работать на запретных для человека режимах, программа, например, училась сама.
Австралийский «Ведомый» – вполне подходящий носитель и для такого «разума» тоже. Это – то самое будущее, которое уже просто ломится в наши двери. Сам «Ведомый» – вполне серьезный самолет. Он совсем немного меньше, чем МиГ-19, который плохим самолетом никогда бы никто не назвал. С учетом малогабаритной современной электроники, можно смело сказать, что создать для него комплекс бортового радиоэлектронного оборудования (БРЭО), способный стать носителем искусственного интеллекта, проблемой не будет.
Совершенно очевидно, что в том или ином виде «Ведомый» попадет и в США. А это уже плохой знак и для России. Впору обратиться к отечественным перспективам.
«Охотник» против Loyal Wingman
Россия пока как минимум по некоторым параметрам, а с высокой вероятностью по всем опережает «Боинг». В настоящее время в нашей стране ведется разработка беспилотного истребителя «Охотник». И он уже давно летает. В отличие от австралийского «Ведомого», наш «Охотник» – куда более амбициозный проект. В этом его плюс, но это может оказаться и слабым местом программы. «Охотник» создается для целей, похожих на те, которые преследует американская программа «Воздушное доминирование следующего поколения» – Next Generation Air Domination, NGAD.
Это машина, которая должна работать как «лиса в курятнике». Быстро ворваться в воздушное пространство противника, пользуясь своей малозаметностью в радиолокационном диапазоне, занять нужный район и высоту – и оттуда дать работающим издалека, с безопасного расстояния, истребителям с живыми летчиками информацию о целях в воздухе и дать им произвести их атаку извне зоны действия своих бортовых радиолокационных станций (БРЛС). При этом сам «Охотник» тоже должен уметь драться – если истребители противника атакуют его, то он должен вступить с ними в бой и уничтожить их своими ракетами, никого не вызывая на помощь. Опционально машина может и «работать» по земле, и применяться как простой дистанционно управляемый беспилотник.
Те заявления, которые делало по поводу этого проекта Минобороны, красноречиво рисовали именно вышеописанную картину тактического применения данного БПЛА. Первые полеты «Охотника» сразу же были связаны с выполнением именно таких задач в паре с Су-57. О том же говорит и конструкция этого летательного аппарата, явным образом имеющая массу особенностей, нужных только для воздушного боя.
Этот подход может принести массу выгод, но для него нужен по-настоящему совершенный ИИ, куда более продвинутый, нежели просто для «ведомого». Российские программисты имеют репутацию одних из лучших в мире, однако нужна еще и электроника, а тут у нас все намного хуже, чем у Запада.
Таким образом, российским создателям программного обеспечения для «Охотника» надо решить намного более сложную задачу, имея, по всей видимости, менее передовое БРЭО, нежели имеет «Боинг». А значит, австралийцы теоретически могут попробовать нас опередить, ведь их задача намного проще.
Если «машинный разум» «Охотника» не будет готов вовремя, к тем срокам, в которые Минобороны обещало начать его производство, то нужно начинать делать его с упрощенным «интеллектом». Пусть он будет просто ведомым и не более – потом, по мере совершенствования алгоритмов, эта машина тоже сможет эволюционировать, медленно, но верно превращаясь в полностью автономного боевого робота. Быстрое развитие программы «Верный ведомый» говорит о том, что наш противник сокращает разрыв в создании такого рода БПЛА с Россией и удержать его будет непросто.
Россия обязана любой ценой запустить эти боевые машины в серию в озвученные ранее сроки, пусть даже с упрощенным программным обеспечением. Это важнейший момент. Выбирая между «производить не полностью готовую в части интеллекта машину» и «сначала доделать все как замышлялось, потом в серию запускать» – надо выбирать первый вариант. И готовить сокращенный вариант программного обеспечения для этой схемы. Потом, когда на Западе эта техника пойдет в серию, начнет сказываться фактор производственных мощностей, а с ним у нас все не так хорошо, как на Западе. По своей способности массово производить самолеты Запад далеко впереди.
Это тем более возможно потому, что и в качестве нашего «ведомого» «Охотник» уже испытывался. На работавшем с этой машиной Су-57 даже был символический рисунок их летящих в паре пилотируемого и беспилотного истребителя. В условиях, когда наличие живых летчиков может потерять свою прежнюю важность, для нас очень важно не остаться «за бортом». А для этого нужно не отстать, не растерять то преимущество, которое у России есть сейчас.