Итак, между Латвийской Республикой и министерством финансов США подписан договор о «технической помощи в сфере предотвращения легализации средств, полученных преступным путем, и профилактике в области предотвращения финансирования терроризма». Передача важных данных латвийского финансового сектора иностранному государству оформлена как «техническая помощь».
В связи с этим министерство финансов США распространило заявление, из которого следует, что американцы теперь будут иметь доступ к файлам латвийских банков и их клиентов. «В рамках проекта Служба технической помощи министерства финансов США предоставит Латвии штатного эксперта, который будет оказывать квалифицированную поддержку учреждениям, занимающимся предотвращением отмывания денег – а также дополнительных экспертов из учреждений США», – говорится в заявлении.
Недолгое процветание «латвийской Швейцарии»
Впрочем, ничего нового – еще весной 2018-го тогдашний премьер-министр Латвии Марис Кучинскис заявил: «На данный момент мечта о Латвии, как мосте между Востоком и Западом закончена. Закончена и мечта о латвийской Швейцарии». Так премьер обозначил конец целой эпохи в жизни государства.
Четверть века назад в Латвии конкурировали два видения, два образа будущего этого государства. Одна часть элиты, так называемые национальные романтики, желали максимально далеко дистанцироваться от России и русских, жестко обозначив Латвию как «часть западного мира». Другие, «прагматики», были настроены менее неуступчиво – они предлагали снимать дивиденды с промежуточного положения Латвии между Россией и Западом, исполняя посреднические функции. Отсюда происходила и мечта о «латвийской Швейцарии» – «тихой заводи», в банки которой будут стекаться капиталы со всех концов света. И было время, когда казалось, что мечта сбывается: латвийские банки губкой впитывали иностранные деньги. В том числе и российские.
Главный редактор латвийского делового журнала Baltic Course Ольга Павук в 2016 году писала, что в свое время нерезиденты из соседних стран, не желавшие хранить деньги в банках своих государств, стекались в Латвию в большом количестве. «В Латвии были банки, где нерезидентские вклады составляли до 90% всех депозитов, а в целом по отрасли доля вкладов нерезидентов многие годы превышает 50%. Естественно, все эти годы обсуждалась и тема вывоза капитала в Латвию и легализации грязных денег. В какой-то момент в конце 90-х Латвия даже попала в список нежелательных офшоров российского Центробанка. И сегодня нерезиденты из России, Украины и других стран постсоветского пространства играют важную роль в банковской системе Латвии. На счетах нерезидентов сконцентрировано 53% всех вкладов, или 12,4 млрд евро».
Не менее 80% этих средств приходили из СНГ – и прежде всего из России. Именно благодаря этому латвийские банки уверенно преодолели кризис 2008-2009 годов и демонстрировали многомиллионные прибыли. Благодаря этому республика получала налоговые поступления и создаваемые банками высокооплачиваемые рабочие места. При этом ни сами банки, ни чиновники не задавали зарубежным вкладчикам лишних вопросов о происхождении их капиталов – и не зря: например, в 2011 году финансовое обслуживание нерезидентов принесло Латвии 1,7 процента от ВВП. По некоторым данным, с 2006 по 2017 год через латвийские банки, предположительно, были «отмыты» сомнительные средства на сумму не менее 7,6 млрд долларов.
То, что российские олигархи выводят через Латвию свои средства сомнительного происхождения, латышей нисколько не смущало. До поры до времени. Но на латвийскую «тихую гавань» со все большим недовольством начали посматривать международные регуляторы. Ведь непрозрачность латвийского банковского сектора вела к отсутствию возможности контролировать средства, идущие через прибалтийскую республику
По указанию «старшего брата»
Латвия – страна, целиком зависимая от западных «старших братьев». Их решительно не устраивало, что через латвийскую финансовую систему проходил один процент от всех долларовых сделок в мире. Поэтому осенью 2015 года представители латвийского парламента Айнар Латковскис и Солвита Аболтиня были вызваны в Вашингтон, где имели неприятную беседу с тогдашним замглавы американского Минфина Даниэлем Глассером. Он потребовал от гостей: «Вам необходимо контролировать свои банки». Позже это требование продублировали Госдепартамент США и американское посольство в Риге. В 2016-м государство вступило в Организацию экономического сотрудничества и развития, а ОЭСР обязала Латвию покончить с «прачечными».
Но настоящий тектонический сдвиг произошел в феврале 2018-го, когда драматически совпали два события. Во-первых, состоялись обыски в жилище обвиненного в вымогании взяток главы Банка Латвии Илмара Римшевича. Во-вторых, латвийская государственная Комиссия рынка финансов и капитала, выполняя решение Европейского центрального банка (ЕЦБ), запретила дебетовые операции с клиентскими счетами одному из крупнейших в стране банков – ABLV. Незадолго до этого руководство сети по борьбе с финансовыми преступлениями министерства финансов США (FinCEN) обвинило ABLV в отмывании средств, шедших на финансирование северокорейской ядерной программы, а также в том, что банк «отстирывал» сомнительные деньги, поступавшие из Азербайджана, России и Украины.
В итоге ABLV пришлось приостановить членство в Латвийской ассоциации коммерческих банков. В течение недели после сообщения из банка было выведено 600 млн евро, а 26 февраля собрание акционеров ABLV на чрезвычайном собрании пришло к выводу, что больше ничего не остается, как принять решение о самоликвидации. Работу потеряли 900 сотрудников ABLV. Возмутился даже бывший премьер-министр Айгар Калвитис, указавший, что правительство никак не пыталось защитить банк.
Однако гибелью ABLV дело не ограничилось. Заместитель секретаря Минфина США по вопросам борьбы с терроризмом Маршалл Биллингсли, находясь в Риге, заявил, что латвийский банковский сектор по-прежнему «подвержен рискам», в том числе связанным с услугами нерезидентам.
Американский гость подчеркнул, что «для позитивного долгосрочного развития Латвии нужен сильный и хорошо контролируемый финансовый сектор». Он добавил, что США помогут Латвии бороться с коррупцией и отмыванием денег.
В свою очередь министр финансов Дана Рейзниеце-Озола предупредила, что проблемы могут возникнуть у любого из десяти банков в Латвии, до сих пор не урегулировавших работу с иностранными клиентами. Под давлением зарубежных «партнеров» государственная Комиссия рынка финансов и капитала (КРФК) издала постановление, что допустимый объем бизнеса по обслуживанию нерезидентов в латвийских банках – лишь около 5%.
В марте 2018-го члены КРФК встретились с представителями всех работающих в Латвии банков. Они дали им две недели на то, чтобы понять, как каждый банк поступит со своим бизнесом и как проведет реструктуризацию. Банкам пришлось начать закрывать «рискованные счета», принадлежавшие офшорным компаниям, и сокращать штат сотрудников.
После этого бегство капиталов из страны усилилось – только за два месяца из латвийских банков «испарилось» приблизительно 2,5 млрд евро. В конце апреля 2018-го латвийский парламент одобрил продвигавшиеся в срочном порядке поправки, запрещающие зарегистрированным в стране банкам сотрудничать с так называемыми компаниями-«пустышками» и обслуживать их счета. Авторы поправок предусмотрели, что в течение двух недель банки должны сообщить таким клиентам о прекращении отношений или отказать в начале сотрудничества, а в течение 60 дней нужно будет закрыть счет. По данным КРФК, в первом квартале 2017 года удельный вес компаний-«пустышек» в обороте кредитных учреждений Латвии составлял 27,8%. Было заявлено, что после вступления в силу закона о запрете сотрудничать с «пустышками» из банковского сектора страны могут уйти денежные накопления на сумму два миллиарда евро.
Притча о Юпитере и быке
Нынешний премьер-министр Латвии Кришьянис Кариньш радуется – благодаря переформатированию банковского сектора, Латвию не стали включать в так называемый серый список, куда международная группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (Financial Action Task Force, FATF) заносит государства, в которых выявлены нарушения в соответствующей сфере. А вот неправительственные эксперты в который раз предупреждают, что все эти «реформы» негативно отразятся на экономике государства. Мэр Вентспилса Айвар Лембергс жалуется, что американцы, санкционировавшие реформы финансового сектора Латвии, распугали инвесторов. «Как инвестировать, если тут счет нельзя открыть? Так очень трудно работать. И решение проверять все деньги нерезидентов – это большой удар по инвестициям», – сокрушался Лембергс. В то же время, по его словам, инвестиции самих американцев в Латвию крайне низкие.
Однако есть и другой аспект происходящего. Латвия, как известно, активно поддержала белорусский «майдан» – и теперь желает иметь с этого какую-то выгоду. В Риге заявили, что готовы приютить у себя белорусских бизнесменов, недовольных режимом Лукашенко. И белорусские предприниматели действительно обсуждают подобные планы. Согласно последним известиям, не менее 116 белорусских компаний и частных лиц получили консультации о возможности переноса своей деятельности в Латвию. Двенадцать фирм из Белоруссии заявили, что уже приняли решение перебраться в соседнее государство.
Однако тех латышей, кто радуется этим известиям, остудил все тот же Лембергс. Он напомнил, что Латвия в рамках навязанной ей кампании борьбы с «грязными деньгами» так ужесточила свою банковскую систему, что теперь нерезиденту из страны, не входящей в ЕС, открыть счет в латвийском банке очень трудно. Лембергс заявил: «Сюда никто переселиться не сможет, потому что они просто здесь не откроют счет. А жить без счета очень трудно. Конечно, зависит от бизнеса, но... Если это действительно производственное предприятие, то без счета его открывать невозможно. Кроме того, белорусы не смогут доказать происхождение денег тридцатилетней давности, которые не связаны с Батькой или еще какими-то его приближенными».
По словам Лембергса, сейчас прийти в Латвию работать бизнесу из третьих стран чрезвычайно сложно – и в первую очередь из-за новых правил работы банковского сектора.
«Это, как известно, требования американцев. Но нашим все равно – одним банком больше, одним меньше. Зарплата есть, а после меня хоть «трава не расти». Поэтому это чистой воды политическая пропаганда. Никто никуда не переселится. Конечно, могут быть какие-то исключения, но они не будут переносить производство только из-за того, честные или нечестные результаты выборов. К тому же им еще надо получить разрешение на проживание. Оно же выдается на время – сегодня разрешили, а завтра уже нет. Скажет человек одно слово – например, что Батька не такой уж плохой, и все – персона нон-грата».
То, что проблема действительно существует, признает и сам премьер Кришьянис Кариньш. На днях он обратился к местным банкам с просьбой ослабить требования, чтобы не распугивать инвесторов. Даже такой преданный патриот США и НАТО, как латвийский министр обороны Артис Пабрикс, выражает недовольство. По его словам, американцы только задали генеральное направление – а уже сами латыши в верноподданническом раже разорили свой банковский сектор так сильно, как даже сам Вашингтон от них не требовал. Такое поведение Пабрикс считает «мазохистским», а принятые в Латвии требования в отношении банковских клиентов – «чрезмерными и неразумными». Глава Минобороны жалуется: «Американцы не просили у нас и половины от того, что мы сами сделали, по-мазохистски стреляя себе во всевозможные места». Но в целом все это довольно предсказуемо. Недавно тот же FinCEN назвал банки США крупнейшими «прачечными» для отмывания «грязных» денег.
Впрочем, непохоже, что для американских банков, в отличие от латвийских, это заявление обернется какими-либо серьезными последствиями. То, что позволено Юпитеру, не позволено быку.