Поставка российских С-400 в Турцию началась 12 июля – и турки сразу отметили, что этот день выбран не просто так. В газете «Хабертюрк» журналист Мурат Бардакчи написал – «То, что поставки С-400 пошли 12 июля, это символ: 12 июля в 1947-м Турция и США подписали соглашение о помощи»:
«Вероятность того, что это случайное совпадение, мне кажется весьма низкой! Ведь и русские – такой народ, который склонен находить и использовать случайные совпадения, и к тому же еще со времен царизма существует много примеров стремления русских приурочивать важные решения на политические и военные темы к годовщинам определенных событий в прошлом.
Если дата начала поставок С-400 была выбрана не случайно, а сознательно и умышленно, то остается только сказать «браво» и снять шляпу перед таким решением!».
Газета отмечает, что «решив приобрести С-400 у России, мы приняли не менее важное решение, чем когда присоединились к блоку стран во главе с Германией с первых лет 20-го века или сделали выбор в пользу западных стран под руководством Америки после Второй мировой войны». И это не сильное преувеличение. То, что одна из важнейших стран НАТО не уступила открытому давлению США и купила российские комплексы, имеет значение, далеко выходящее за чисто военные рамки. Это геополитический поворот. И хотя неправильно называть его поворотом к союзу с Россией, совершенно правомерно говорить об обретении Турцией полного государственного суверенитета. Неслучайно Эрдоган в воскресенье назвал договор о поставках российских зенитно-ракетных комплексов самым важным в истории страны:
«Потому что это не только логика рынка. Это партнерство, это процесс перехода на совместное производство. И после этого процесса речь может идти о С-500, опять же с Россией. Мы не думаем только о сегодняшнем дне, мы должны думать далеко на будущее».
Но Турция не собирается рвать с НАТО, не говоря уже о том, что и НАТО не может себе позволить порвать с Турцией.
Поэтому Эрдоган позволяет себе практически издеваться над атлантистами, призывая их радоваться поставкам С-400:
«Если у НАТO есть три-пять самых сильных стран-членов, то одна из них – Турция. А в нашем регионе Турция и вовсе самая мощная опора НАТО. Она также одна из двух-трех стран после США, которые аккуратно платят взносы. И если такая обязательная страна, как Турция, получив С-400, станет сильнее в области своей безопасности, кто также станет сильнее? Это усилит и сам альянс. Приобретение ЗРК С-400 сильно повлияет на НАТО. Оно должно быть счастливо от этого».
В НАТО царят совсем другие настроения, но оно, по сути, ничего не может сделать с Турцией. Давить на Анкару бесполезно, более того, опасно – тем самым атлантисты могут действительно спровоцировать выход Турции как минимум из военной организации НАТО (как в свое время сделала Франция), а то и из альянса как такового. Хотя бесперспективность попыток уговорить Эрдогана отказаться от договора с Россией была понятна с самого начала. США в течение всего последнего времени всеми силами пытались воспрепятствовать поставкам С-400, угрожая Анкаре различными карами – с нулевым результатом.
Потому что речь шла не просто о покупке оружия – турецкий президент сделал важнейший для своей страны геополитический выбор и уговорить Эрдогана изменить его было невозможно. Поэтому сейчас США будет куда разумнее смириться с произошедшим: ущерб их репутации и единству НАТО и так уж нанесен, но попытки отыграться на Турции могут привести к несопоставимо большему урону как для атлантического альянса, так и для США. К реальному разрыву с Турцией.
Лучше всего это понимает Дональд Трамп – неслучайно он очень примирительно высказывался по итогам состоявшейся пару недель назад встречи с Эрдоганом в Японии:
«Турция хотела купить «Пэтриот», но Обама отказал ей, хотя мы являемся союзниками. Это было нехорошо. К Турции отнеслись несправедливо. А Турция, чтобы защитить себя, обратилась к России и купила С-400. В этой напряженности нет ошибки Эрдогана. Эрдоган, на мой взгляд, очень крепкий парень, но у нас хорошие отношения».
Да, пока что США все еще угрожают Анкаре отстранением от программы производства F-35. Но выполнение этой угрозы ударило бы по интересам США. И коммерческим (Турция тогда купит российские истребители Су-57), и геополитическим: такого удара турецко-американские и турецко-натовские отношения могут и не выдержать. А это невыгодно в первую очередь самим американцам: потеря Турции для НАТО ничем не может быть компенсирована. А разрыв все еще тесных американо-турецких отношений катастрофически ухудшит и так все более слабые позиции США на Большом Ближнем Востоке.
Так что можно смело прогнозировать, что американские угрозы так и останутся угрозами – никакого воплощения их в жизнь мы не увидим. Конечно, на словах от Турции будут требовать определиться, осознать последствия, но в реальности постараются спустить все на тормозах, чтобы не потерять турок окончательно.
Потому что решение Эрдогана более чем выстраданное и обдуманное. Турция в свое время, то есть после Второй мировой войны, прибилась к США и НАТО во многом из-за страха перед СССР. После развала советского блока Турция была увлечена как надеждами на евроинтеграцию, так и планами по расширению своего влияния на тюркский и исламский мир. Но сближения с Европой не получилось – никто уже не верит, что Турция когда-либо станет членом Евросоюза. Распространение влияния Анкары на тюркские республики бывшего СССР не привело к ее столкновению с Россией. А вот панисламистские планы вступили в серьезные противоречия как с американской политикой в исламском мире, так и с амбициями Саудовской Аравии.
Для увеличения авторитета Турции в мусульманском мире турки не должны восприниматься там как часть Запада, тем более как американские марионетки. Арабы помнят, что они столетиями жили под властью османского халифата, поэтому у турок есть определенный авторитет, однако в качестве американского союзника его не сохранить.
Нет, конечно, курс Эрдогана на большую геополитическую самостоятельность и обособление от Запада вызван не желанием понравиться исламскому миру: он имеет глубокие внутренние причины, является следствием осознанного выбора части турецкой элиты. Но при этом Анкара хорошо понимает: став в глазах исламского мира менее западной страной, она получит большую поддержку и влияние. И это очень важно для Эрдогана, претендующего на то, чтобы его страна стала одним из рулевых полуторамиллиардной мусульманской уммы.
Все конкретные американо-турецкие политические (участие американцев в попытке переворота, Гюлен и прочее), финансовые и региональные противоречия – будь то по Сирии, курдам, Ирану, палестино-израильскому урегулированию, теперь еще и кипрскому шельфу с запасами газа – являются следствием общего расхождения интересов двух стран. Турция пыталась сидеть на двух стульях, быть одновременно и частью атлантического мира, и претендовать на лидерство в мире исламском, который является объектом экспансии и манипуляций со стороны Запада. Долго такая ситуация продолжаться все равно не могла. Но Эрдоган хочет поменять ее не через отказ от сотрудничества с Западом и тем более не через превращение Турции в антизападное государство.
Он хочет ослабить связи с Западом, сблизиться с Россией (сделав так, чтобы второе уравновешивало первое) и сохранить претензии на лидерство в исламском мире. Это не три стула – это желание сделать из Турции полноценного и самостоятельного глобального игрока, одну из великих держав 21-го века, важнейшего игрока в процессе выработки новых правил миропорядка.
И это может у него получиться, если существующие внутри самого турецкого общества (в элите которого сильно западное влияние) противоречия и разногласия не приведут к внутренней междоусобице. Для России выгодна самостоятельная, сильная и дружественная Турция, пусть даже формально она и будет оставаться частью НАТО. Ведь такой Турцией НАТО не сможет командовать, а Россия сможет выстраивать вместе с ней множество взаимовыгодных совместных проектов, не просто экономических, а долгосрочных геополитических. Так что поставки С-400 – это действительно историческое событие.