Болезнь Альцгеймера, рак, множественный склероз, эпилепсия и многие другие распространенные заболевания – таковы, по утверждению Ульяны Супрун, потенциальные сферы применения каннабиса в медицине. С заявлением о целительных свойствах этого продукта глава украинского минздрава выступила на своей странице в Facebook* после того, как на сайте Верховной рады была зарегистрирована петиция с предложением разрешить использование каннабиса в медицинских и научных целях.
«Использование таких препаратов помогло бы примерно двум миллионам граждан, которые страдают от хронических болей и других расстройств», – написала украинский министр. Она сослалась на соответствующий опыт 25 штатов США, Австралии, Канады и других стран.
На данный момент употребление каннабиса на Украине не запрещено, однако под запретом находится его выращивание, распространение, транспортировка и продажа. Например, незаконный посев конопли в количестве до 10 растений карается штрафом, а более 10 кустов – лишением свободы на срок до трех лет.
Правоприменительная практика по этому направлению достаточно активна, а полицейские сводки позволяют судить о том, что производство марихуаны на Украине налажено в промышленных масштабах. Вот лишь несколько недавних примеров. В конце прошлого года в Черниговской области был задержан гражданин, у которого изъяли ровно центнер конопли; сейчас ему грозит от пяти до восьми лет лишения свободы. Незадолго до этого в городе Болград Одесской области полиция арестовала местного жителя, который наладил выращивание конопли на собственном чердаке – у него обнаружилось 40 килограммов марихуаны. В городе Хмельницком в октябре было уничтожено около тонны наркотических веществ, главным образом марихуаны.
На этом фоне и разворачивается дискуссия о как минимум частичной легализации каннабиса. Началась она еще в 2013 году, при Викторе Януковиче, когда Украина приняла Стратегию государственной наркополитики до 2020 года. В ней среди приоритетов было названо изучение перспектив медицинского применения каннабиноидов в качестве обезболивающих и других лекарственных препаратов. А после Евромайдана лоббирование этой темы резко усилилось. В 2016 году группа депутатов Верховной рады во главе с бывшим министром здравоохранения Олегом Мусием зарегистрировала проект закона о внесении каннабиса в перечень препаратов, оборот которых допустим в научных и медицинских целях.
В марте 2017 года украинский минздрав вынес на обсуждение идею увеличить размеры наркотических средств и психотропных веществ, находящихся в незаконном обороте, основываясь при этом на рекомендации ООН. Далее было подсчитано количество людей, предположительно, нуждающихся в приеме марихуаны в медицинских целях. Цифру в 2 млн пациентов, прозвучавшую в заявлении Ульяны Супрун, ранее уже называл ведущий научный сотрудник Института физиологии имени Богомольца Дмитрий Исаев.
Не обошлось в этом процессе и без поддержки «прогрессивной общественности», которая отметилась рядом громких акций. Например, в прошлом году в Киеве состоялся уже не первый «конопляный марш свободы», где собрались несколько сотен участников, требовавших легализации каннабиса не только в медицинских, но и в научных целях. «На Украине незаконное выращивание лечебного растения становится популярным бизнесом. Мне неоднократно по разным каналам поступали от непонятных людей предложения нас «полечить» после того, как мы выступили за легализацию медицинской марихуаны, за доступ к ней пациентов», – заявила по итогам марша украинской газете «Життя» Нина Резниченко, лидер общественной организации «Афина. Женщины против рака».
По факту определенные элементы легализации уже имеют место. В прошлом ноябре Государственная служба Украины по лекарственным средствам и контролю над наркотиками выдала первую лицензию на импорт и реэкспорт сырья и продукции, получаемых из конопли. Досталась эта лицензия компании C21 Investments Inc., одному из лидеров каннабис-индустрии в США, выращивающему коноплю на собственных плантациях в штате Орегон.
О промышленном производстве конопли на днях говорил в своем выступлении вице-премьер кабинета министров Геннадий Зубко. Он заявил, что выращивание конопли в промышленном масштабе могло бы принести стране весомый доход. «Именно к этому вопросу мы сейчас должны возвращаться: сколько нужно выращивать льна, сколько нужно высаживать других растительных культур, в том числе конопляных, для того чтобы увеличивать валовой продукт... И вернуться к тому, чтобы мы имели классный доход и не думали о том, что можно каким-то нетрадиционным методом лечиться», – сказал Зубко.
Канадский след
В том обстоятельстве, что за легализацию конопли в медицинских целях ратует глава украинского минздрава, нет ничего удивительного. Как известно, Ульяна Супрун – этническая украинка, родившаяся в США и перебравшаяся на историческую родину в дни Евромайдана – целенаправленно продвигает на вверенной ей должности любые «инновации» в здравоохранении, причем неизменно в рамках борьбы с «советскими мифами».
«В нашей работе внедрение современных практик медицинской помощи часто должно происходить одновременно с разрушением устаревших методов. А вместе с ними и мифов, порожденных советской системой здравоохранения. Одним из них является проведение массовых флюорографических обследований у здоровых людей с целью остановить туберкулез», – подобных высказываний за Супрун за несколько лет ее работы в правительстве Украины накопилось множество. Именно поэтому ряд украинских экспертов не готовы рассматривать ее инициативы по легализации марихуаны всерьез. «Супрун в принципе фонтанирует подобными идеями на регулярной основе, и пытаться найти какое-то рациональное зерно в ее высказываниях – это, как говорится, удовольствие ниже среднего. Эта инициатива вскоре сменится другой, которая так же пройдет мимо», – говорит киевский экономический аналитик Валентин Приемов.
Однако в случае с марихуаной
за Супрун хорошо прослеживается целая сеть международных лоббистов и технология, уже опробованная в ряде стран.
В Канаде, где прошлой осенью марихуану было разрешено употреблять в «рекреационных» целях, все тоже начиналось с медицины, и между частичной и полной легализацией прошло сравнительно немного времени – 17 лет.
О том, как в этой стране шла борьба за легализацию марихуаны, Ульяне Супрун вряд ли нужно специально рассказывать, учитывая ее отличные связи с Канадой – от ее супруга, канадского украинца Марко Супруна, до многочисленных околомедицинских проектов. Например, средства для обеспечения боевиков Евромайдана индивидуальными аптечками стандарта НАТО основанная четой Супрун организация «Защита патриотов» собирала в США и Канаде. Одной из первых стран, с которой украинский минздрав под руководством Супрун наладил взаимодействие, также была Канада. Делегация во главе с канадским министром занятости, развития трудовых ресурсов и труда Мэри-Энн Мигичук и послом Канады на Украине Романом Ващуком побывала в украинском минздраве в ноябре 2016 года, всего через несколько недель после назначения Супрун руководителем этого ведомства. Мигичук, также родившаяся в семье украинских эмигрантов, является одним из крупных функционеров Либеральной партии Канады нынешнего премьера страны Джастина Трюдо, который и довел до логического завершения процесс легализации марихуаны.
Навстречу выборам
У активизации этой темы на Украине, скорее всего, есть и предвыборный контекст. «Это одна из предвыборных приманок, направленных на мобилизацию молодежного электората, как разговоры о повышении пенсий и снижении тарифов – на граждан старшего поколения», – считает публицист и общественный активист из Одессы Вячеслав Азаров.
Он также отмечает, что предложение легализовать марихуану в медицинских и научных целях может оказаться лишь первым шагом к ее полной декриминализации. Например, в Грузии отмена штрафов за курение каннабиса оказалась лишь промежуточным ходом для того, чтобы поставить вопрос о ее производстве в промышленных масштабах. Правда, в прошлом ноябре правительство Грузии отозвало из парламента законопроект о выращивании конопли для производства фармацевтических и косметических средств на экспорт, так как он оказался слишком «сырым», но, уверен Вячеслав Азаров, на этом дело вряд ли кончится.
«Промышленное производство наркотиков в нищих странах неизбежно ведет к их социальной деградации, – говорит одесский эксперт. – Кроме того, чтобы контролировать частичную легализацию, нужна «здоровая» правоохранительная система. А поскольку реформа МВД на Украине оказалась фикцией и полиция продолжает «крышевать» преступный бизнес, предложенная Супрун легализация просто облегчит массовую наркоманию и наркоторговлю».
Похожей точки зрения придерживается российский политолог, эксперт по российско-украинским отношениям Станислав Смагин. По его мнению, легализация марихуаны в медицинских и научных целях станет началом легализации каннабиса вообще. А это неизбежно приведет к тому, что
Украина станет «мощной экспортной площадкой» и будет поставлять каннабис в Европу, оказавшись в одной компании с Афганистаном – главным мировым экспортером героина.
«В условиях феодализации украинского государства, размытости и распада его правовых и контролирующих механизмов оговорка о легализации каннабиса лишь в медицинских и научных целях значит довольно мало, – считает Смагин. – Главное – это «фактическая, окончательная, настоящая» бумажка о том, что конопля в принципе легальна, а дальше формальные и фактические цели и критерии ее производства могут определяться весьма волюнтаристски. Международные правоохранители при должном разрешении из высших мировых кабинетов на эту игру в исчезающие кавычки могут смотреть сквозь пальцы, как они смотрят на тот же афганский героин.
Ведь еще в 2010 году НАТО устами своего официального представителя Джеймса Аппатурая отвергло российский призыв уничтожить афганские посевы опийного мака, и мотивировалось это тем, что нельзя «уничтожить единственный источник дохода у людей, живущих во второй по степени бедности стране мира». Но ведь и про Украину можно при желании сказать то же самое».
Однако идея легализовать марихуану может натолкнуться на крайне негативную оценку общественного мнения, уточняет Приемов. Эта ремарка подтверждается данными соцопросов, которые приводят сами же сторонники легализации. Например, один из организаторов «конопляных маршей», пресс-атташе Украинской ассоциации медицинского каннабиса Тарас Ратушный утверждал, что идею полной легализации поддерживают только 11% жителей Украины. Наконец, добавляет Приемов, идея легализации марихуаны будет без энтузиазма воспринята теми представителями украинского истеблишмента, которые вовлечены в теневой рынок наркотиков: легализация просто снизит цены на пока еще запрещенный товар.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ