На полном серьезе крайне трудно оценивать военно-промышленный потенциал государства, находящегося в параллельной реальности. Там действуют иные законы физики и логики. Там живут гномы-инженеры, там для производства 10 танков в месяц достаточно кузнечного горна и древнего магического свитка, а ингредиенты для мифриловой суперброни (+150 к защите, +200 к морали) собирают в горах в новолуние.
Самая большая проблема – это отсутствие на Украине производства стволов. Любых стволов – от оружейных до танковых
Когда на обложке журнала «Оружие Украины» появился рисунок фронтальной проекции очередной «вундервафли» от воинов духа из инженерной группы печально известного карательного полка «Азов», это дало повод некоторым украинским СМИ опубликовать новость под заголовками вроде «На Украине показали новый танк», как будто речь идет о серийном изделии или хотя бы полноразмерном макете. Все признаки стиля «магического реализма» налицо: надо только вообразить – и танк возникнет наяву из ниоткуда, как Сивка-Бурка, «гремя огнем, сверкая блеском стали».
Суть бумажного проекта «азовцев», ушедших в АТО с профильного факультета «Гусеничные машины», приблизительно такова. Берется шасси танка Т-64. Из боевого отделения и отделения управления демонтируются бак-стеллаж и аккумуляторная батарея. Высвободившееся место занимает бронекапсула. На место башни устанавливается необитаемый боевой модуль с механизированной укладкой. Куда девается при этом весьма значительная АКБ, никто не знает, «термоядерный реактор на схеме условно не показан». Снаружи все, что только можно, покрывается блоками КАЗ и ДЗ. Все, проект готов. Любой поклонник WoT нарисует не хуже. Но тут разработчики решают сразу три серьезных задачи: и державе послужить (небось «прославленный» полк льготами не обойдут), и от передовой откосить, и бабла при удачном раскладе попилить. Заявленная стоимость проекта составляет 1 млн долларов за один танк, который, как заявляется, призван составить конкуренцию российской «Армате».
#{smallinfographicleft=746278}В свое время в СССР велись разработки различных проектов высокозащищенных танков, концептуально схожих с российским Т-14, то есть с необитаемой башней и экипажем в отдельном отсеке («бронекапсуле»). Так, в середине 80-х в Харькове в рамках НИОКР по теме «Молот» был создан уникальный танк «Объект 477», останки которого сегодня можно видеть в запасниках Музея БТТиВ в подмосковной Кубинке. За основу проекта харьковчане тогда взяли шасси и элементы ходовой части танков Т-64/Т-80, удлинив ходовую на один опорный каток (их стало семь вместо традиционного для советского танкостроения шестикаткового шасси). Такое решение потребовалось не только для более полной реализации тяговых характеристик мощного (1500 л. с.) мотора 6ТДФ, но и для более равномерного распределения веса по каткам – танки подобной компоновки имеют в этом плане свои особенности.
Ничего подобного мы в представленном проекте не видим – ходовая часть остается без изменений. Впрочем, какое может быть дело до наследия советских КБ бойцам из «Азова». Украинское танкостроение идет своими путями, не ведомыми ни россиянам («москалям»), ни инженерам старой («коммунячьей») школы. Тон на современной Украине задают фанатизм и невежество.
Предположим, что шасси Т-64 под модернизацию в стране найдется достаточно: по официальным данным, на ХБТРЗ их имеется более 500 штук и еще сотня Т-80. По данным украинских блогеров, на восстановление танков четвертой-пятой категории годности после хранения на БХБТ требуется от года до двух лет, но блоги – не самый достоверный источник информации. Однако техника пятой категории хранения – это фактически голые бронекорпуса, требующие капитального ремонта, так что если и не год, то несколько месяцев этот процесс занимает. Следовательно, о заявленных «10 танках в месяц» и речи идти не может. Конечно, можно было бы модернизировать и ходовые танки, но кто же позволит забирать их из частей, ослабляя и так не блестящую боеготовность.
Помимо времени, ремонт БТТ требует еще и денег. По словам народного депутата Украины Антона Геращенко, «цена восстановления одного старенького Т-64 – от двух до четырех миллионов гривен», то есть примерно 100–200 тысяч долларов по нынешнему курсу. Последний контракт на поставку 50 отремонтированных танков Т-64БВ в Демократическую Республику Конго, согласно заявлению директора дивизиона бронетанковой, автомобильной, инженерной и специальной техники Укроборонпрома Вадима Федосова, увеличил объемы производства Харьковского бронетанкового завода «почти до 100 млн гривен» (11,6 млн долларов). То есть танки были проданы фактически по цене металлолома – около 200 тысяч долларов за единицу.
Таким образом, чтобы модернизировать десять танков на миллион каждый, требуется продать не менее 50. Надолго ли в таком случае хватит складских запасов, подсчитать нетрудно.
Даже если забыть про фантастический проект азовских двоечников, ситуацию с украинским танкостроением сегодня можно охарактеризовать одним старомодным, но очень емким словом – амба. В прошлом году тамошние СМИ с восторгом сообщали, что в результате ревизии на складах обнаружено «несметное» (буквально) количество двигателей и трансмиссий для танков Т-64 и Т-80. В совокупности с капитальным ремонтом это позволит некоторое время поддерживать танковый парк на ходу. Однако производство новых моторов украинская «оборонка» так и не смогла наладить за более чем двадцатилетний срок, и если некоторое время оно еще теплилось, то в конце концов было угроблено окончательно.
Все производимые сегодня «новые» моторы являются по сути «откапиталенными». Регулярно озвучиваются планы по возобновлению производства моторов 5ТДФ на заводе им. Малышева – и регулярно же срываются. Очередная попытка перезапуска моторного производства намечена на текущий год с неочевидным результатом. По сведениям из открытых источников, производство моторно-трансмиссионных отделений для танков на сегодня составляет 49–50 комплектов в год. Этого не хватит даже на восполнение потерь в боевых действиях, ведь даже в условиях действующего на востоке страны «перемирия» ВСУ (по признаниям и волонтеров, и участников боевых действий) теряют по нескольку десятков танков в год разбитыми или захваченными.
Вторая головная боль украинского танкопрома – это броня. Единственный завод, способный ее выпускать, находится в Мариуполе, это предприятие производило бронелисты и башни еще для довоенных советских танков БТ и Т-26. Неудивительно, что украинские военные так держатся за этот прифронтовой город, потеря которого будет означать окончательный коллапс для всего ВПК страны.
Особая статья – качество мариупольской продукции. Один из пользователей социальных сетей метко назвал ее «уникальной украинской броней марки «Трещинка». Неприятности с БТР, поставленными в Таиланд, дают основания сомневаться в способности украинского ВПК выпускать хорошие броневые заготовки. О скандале с бронеавтомобилями «Дозор» газета ВЗГЛЯД сообщала ранее, и в этом смысле не важно, что бронелисты были изготовлены в Польше. Вполне возможно, что сама по себе польская броня была хорошего качества, но украинские мастера угробили ее ненадлежащей обработкой. Отсюда вывод: даже возможные поставки из-за рубежа не компенсируют отсутствие грамотных специалистов и потерю технологии.
#{weapon}Но самая большая проблема – это отсутствие на Украине производства стволов. Любых стволов – от оружейных до танковых. Организация под названием «КБ Артиллерийское Вооружение» в Киеве есть, а стволов нет. Их производство организовать старались, но не смогли. В Сумах существует завод им. Фрунзе, выпускающий утяжеленные трубы для нефтедобычи и бурового оборудования. Стволы для 125-мм пушек 2А462ФМ пытались делать из этих заготовок. Получившееся изделие назвали танковым орудием КБА-3, которыми оснастили танки Т-80УД из пакистанского заказа, и было это еще в 1997 году. Однако, по распространенному в украинских изданиях мнению, эксперимент закончился неудачно. Ресурс ствола орудия 2А46, согласно открытым данным, составляет 600 выстрелов. У его варианта 2А46М с хромированным каналом – 1200. Но, по некоторым сведениям, стволы сумского производства выдерживают не более 300, причем далеко не все. В этой ситуации стволы советского выпуска были сняты с танков, находившихся в резерве. Прошедшие капитальный ремонт и, возможно, некоторую модернизацию «чисто украинские» пушки КБА-3 были установлены на экспортную партию, а машины из резерва получили негодные стволы. На этом производство стволов в Сумах и завершилось на рубеже 2000-х годов.
Так что же светит в сложившейся ситуации Вооруженным силам Украины? Только поставки старых советских танков из стран бывшего соцлагеря, где они еще имеются в достаточном количестве. Но и в этом случае имеются «подводные камни». В основной массе это танки Т-72 различных модификаций. По сообщениям местных СМИ, несмотря на наличие танкоремонтного завода во Львове, специализирующегося на ремонте машин такого типа, производство запчастей к уральским танкам на Украине отсутствует. Тут уже и союзники не помогут: у них ситуация аналогичная, свои бы машины поддерживать в боеспособном состоянии.
В Польше и Сербии такое производство сохранилось, но ясно, что из-за особых отношений с Россией и зависимости от нее же сербы запчасти на Украину не продадут. Не горят желанием помочь и поляки. В октябре 2014 года польский министр обороны Томаш Семоняк (ныне – в отставке) заявил о готовности поставлять Киеву танки PL-01. Новость об этом была моментально подхвачена тамошними изданиями, не разобравшимися, что на самом деле Украине было обещано знаменитое ucho od sledzia («от селедки ухо»). Польская легкая машина огневой поддержки с элементами техники «стелс» существует сегодня даже не в виде прототипа, а только в виде ходового макета, а производство этого танка начнется (если начнется) не ранее 2018 года.
Блюдут свой интерес и словаки с румынами. Им гораздо выгоднее продавать модернизированные советские танки в Ирак под гарантии и за деньги Минобороны США, чем не просто небогатым, а неплатежеспособным украинцам. И если вдруг и продадут, то те же «мертвые тушки» крайних категорий хранения, пригодные только для каннибализации (ремонт техники путем использования годных частей, снимаемых с разных экземпляров).
Таким образом, принимать всерьез сообщения о перспективных украинских бронеподелках способен только твердокаменный патриот или безнадежный романтик украинского же происхождения (в данном случае это, как правило, одно и то же). Все, дорогие соседи, кончились танцы: добро пожаловать в реальный мир, где в условиях разорванной кооперации с Россией украинский ВПК представляет собой полуразложившийся труп. Если не случится чуда, предпосылок к которому на горизонте не видно, максимум, на что будет способна промышленность украинской державы, – это выпуск легких бронеавтомобилей сомнительного качества, бронированных грузовиков на базе КРАЗ и еще некоторое время – БТР (отчасти – с использованием задела старых бронекорпусов).