Вопрос, вынесенный на венгерский референдум, звучал так: «Хотите ли вы разрешить Евросоюзу принимать решение о переселении лиц в Венгрию без согласия парламента?» Имелось в виду предложение Брюсселя о «квотах» на нелегальных мигрантов. Общая идея в том, чтобы помочь Италии и Греции, не справляющимся с сотнями тысяч беженцев, и «раскидать» перемещенных лиц по всем странам ЕС пропорционально их населению.
Феминистки, гомосексуалисты, евреи, атеисты – все они должны понять, что если в страну придет ислам, с ними будет покончено
Согласно этой математике, Венгрия должна принять 1294 беженца. Казалось бы, незначительная цифра для почти 10-миллионной страны. Однако венгров беспокоил сам принцип, по которому брюссельская бюрократия может перенаправлять потоки мигрантов в любую страну, не советуясь ни с ее руководством, ни с населением. Соцопросы утверждали: около 53% граждан страны «определенно» собирались участвовать в плебисците 2 октября, еще 23% – «скорее всего», с высокой долей вероятности. При этом инициатором референдума выступил лично премьер-министр страны Виктор Орбан. Его партия «Фидес» с успехом перехватила тему борьбы с незаконной миграцией у правой партии «Йоббик», восстановила свою популярность среди электората и в преддверии парламентских выборов 2018 года планирует развивать успех на этом направлении. Уже сейчас у «Фидес» более двух третей кресел в парламенте, так что конституционное большинство для воплощения итогов референдума было обеспечено с самого начала.
Подготовка к плебисциту шла на высшем уровне. Его рекламу давали по ТВ в перерывах между трансляциями чемпионата мира по футболу. Всю страну оклеили плакатами из серии вопросов «Знаете ли вы?» (например, «Знаете ли вы, что парижские теракты были совершены мигрантами?») Либеральные медиа США, Британии и Германии отдали полосы под материалы, осуждающие разгул венгерского «национализма». Фейковая «Партия собаки с двумя хвостами» спародировала правительственную кампанию, расклеив плакаты с вопросами: «Знаете ли вы, что вам на голову может упасть дерево?» Венгры этот юмор не оценили: согласно тем же опросам, более 80% от числа желающих участвовать в референдуме собирались проголосовать против квот на мигрантов.
#{smallinfographicleft=766021}Таким образом, народ и правящая партия были едины в своем желании сохранить национальную аутентичность. На участки зазывались не только те избиратели, кто обычно отдает голоса за консервативную «Фидес», Орбан постарался объединить традиционное большинство с нетрадиционными меньшинствами. Его помощник, историк Ласло Токечки, незадолго до референдума выступил на телевидении, заявив следующее: «Феминистки, гомосексуалисты, евреи, атеисты – все они должны понять, что если в страну придет ислам, с ними будет покончено». В конечном итоге против референдума выступили только небольшие оппозиционные партии, объединяющие левых и зеленых. Однако за пределами страны венгерская инициатива встречала растущее раздражение.
Орбан давно играет роль «плохого парня» на фоне политкорректных руководителей европейских стран. Его инициативы по изменению конституции, где теперь указано, что народ Венгрии «объединяют Бог и христианство», были восприняты в Брюсселе как «бунт на корабле», а его борьба с мигрантами расценивается как опасное посягательство на единство всего Евросоюза. После того как в 2015-м Орбан, дабы пресечь поток мигрантов, приказал воздвигнуть стену на границе Венгрии и Сербии, масс-медиа заклеймили его «неевропейцем». А когда он выступил против квот на мигрантов, министр иностранных дел Люксембурга потребовал вообще исключить Венгрию из Европейского союза.
Дело даже не в откровенном традиционализме и консерватизме политической повестки «Фидес». Куда опаснее для Евросоюза выглядит тот факт, что руководство Венгрии открыто противопоставляет себя единой политической линии Брюсселя, при этом «плохой парень» подает пример тем странам, где к решениям Брюсселя и лично канцлера ФРГ Ангелы Меркель по вопросу беженцев относятся, мягко говоря, критически. По факту именно Венгрия возглавляет страны «Вышеградской четверки» (плюс Чехия, Словакия и Польша) в их бунте против нелегальной миграции. Именно Орбан предложил альтернативный план урегулирования миграционного кризиса, который заключается в том, чтобы отправить всех беженцев из Европы в Ливию, где нужно обустроить один огромный лагерь. Оттуда беженцы могут слать письма с просьбой принять их в Евросоюзе, а бюрократия Евросоюза будет отвечать им вежливым отказом.
Нужно понимать, что фронда Орбана довольно рискованна. Для небогатой Венгрии жизненно важны и хорошие деловые отношения с Германией, и возможность для венгров искать работу по всей Европе, и гранты от Евросоюза. Однако по вопросу о мигрантах руководство страны препирается с Брюсселем с тем же непоколебимым упрямством, с каким в свое время спорил с ЦК КПСС товарищ Янош Кадар.
В качестве ответа Будапешту председатель Европарламента Мартин Шульц предложил урезать финансирование Венгрии и других стран, которые «не согласны проявить солидарность в вопросе приема беженцев». В то же время Amnesty International выпустила доклад о том, как плохо относятся в Венгрии к мигрантам. В пятницу правозащитники даже провели небольшой митинг в Будапеште, а оппозиционные партии «Вместе» и «Диалог для Венгрии» попытались снизить явку, агитируя граждан «оставаться дома, чтобы остаться в Европе». А буквально за несколько часов до начала голосования появился странный информационный вброс: несколько австрийских и немецких сайтов опубликовали информацию о неких «секретных переговорах», которые провели Ангела Меркель и Виктор Орбан. Якобы канцлер Германии обещала премьер-министру Венгрии инвестиции и помощь в спорах относительно строительства АЭС «Пакш-2» с российским участием в обмен на «правильные результаты референдума».
Не понятно, как Орбан в таком случае мог бы за одну ночь переубедить миллионы своих соотечественников. Однако оставалась лазейка в подсчете явки избирателей. Результаты референдума в принципе не имеют юридической силы для Евросоюза, но обязаны приниматься во внимание. Правда, только в том случае, если референдум действительно состоится, то есть в нем примут участие не меньше 50% избирателей (4,137 миллиона голосов). Как бы в пику вбросу Орбан принял участие в референдуме одним из первых и, едва выйдя с избирательного участка, напомнил журналистам, что Венгрия – единственная страна в Европе, где жизненно важный вопрос миграции открыто вынесен на обсуждение народа. Это противостояние венгров с Евросоюзом он сравнил с Будапештским восстанием 1956 года и прорывом заграждений на границе с Австрией в 1989-м, ставшим символом конца социалистической Венгрии.
В ночь на 3 октября о результатах голосования никто не спорил, было очевидно, что венгры скажут миграции «нет». А вот итоговая явка вызвала шквал комментариев – около 40%, таким образом, референдум считается несостоявшимся. Это удар и для Орбана, потратившего почти 100 млн долларов на агитацию в СМИ, и для его партии, и для всех противников миграционной политики Брюсселя. Ангела Меркель – встречалась она с Орбаном или нет – сможет вздохнуть свободно. На референдуме в Венгрии победила бюрократия Евросоюза.
Другой вопрос, что это временная победа. Миграционный кризис никуда не делся. Сотни тысяч беженцев – реальных и самоназванных – продолжают штурмовать и необратимо менять старую Европу. Никуда не исчезли и противники этой самоубийственной политики, пытающиеся отстоять свою национальную и культурную идентичность перед лицом нового переселения народов. А Виктор Орбан и польский «серый кардинал» Ярослав Качиньский, объявившие «культурную контрреволюцию» против Брюсселя, по-прежнему будут пытаться ее осуществить.
В любом случае, против миграционной политики Брюсселя проголосовали около трех миллионов человек в десятимиллионной стране. Порядка 95% венгров, пришедших на избирательные участки, отказали руководству ЕС в праве переселять беженцев без консультаций с их правительством. Для Евросоюза эти цифры станут напоминанием о том, насколько опасной для самого его существования может стать политика бесконтрольного приема мигрантов. А для Орбана – поводом продолжить свой торг с руководством ЕС.