Президент Турции Реджеп Эрдоган оказался в крайне сложном положении впервые за 13 лет своего правления. Политические оппоненты усиливают позиции и выдвигают ему небывалые условия. Обстановка на границе с Сирией становится все более напряженной, что толкает Эрдогана к решительным действиям против не только «Исламского государства*», но и курдских повстанцев. Туманны и его собственные перспективы у власти. При этом от будущего Эрдогана зависит и Россия, которая долгие годы строит свою политику на общении с нынешним турецким президентом.
Преследование оппонентов
Салахаттин Демирташ (фото: Umit Bektas/Reuters)
|
Лидер прокурдской Демократической партии народов Турции Салахаттин Демирташ в пятницу обвинил президента страны Реджепа Эрдогана в политическом преследовании. Показателем этого стало расследование, которое проводит Генеральная прокуратура Турции в отношении Демирташа. Курдского политика подозревают в причастности к погромам прошлогодней давности, в период с 6-го по 8 октября 2014 года, в ходе которых погибли более 30 человек, несколько сотен получили ранения различной тяжести.
От уголовной ответственности Демирташа защищает депутатский мандат, и прокуратуре понадобится привести веские доказательства его вины, чтобы лишить его иммунитета.
«Реджеп Тайип Эрдоган делает это для создания неверного представления (о Демократической партии народов) в обществе, – уверен Демирташ. – Его не интересуют мирный процесс и разоружение курдских боевиков», – цитирует его Euronews. По словам Демирташа, Эрдоган прежде всего хочет, чтобы партия провалилась на досрочных выборах, которые необходимо будет провести в случае, если не будет сформировано коалиционное правительство.
Напомним, что в июне в Турции прошли парламентские выборы, ставшие большим успехом для прокурдской Демократической партии народов и провалом для президентско-премьерской Партии справедливости и развития. ДНП сумела перейти 10-процентный барьер, благодаря чему в парламенте появилась партия, представляющая интересы курдов. А партия Эрдогана потеряла конституционное большинство, что лишило ее возможности продвигать нужные реформы без согласования с партнерами по коалиции.
Кризис перекрывает «Турецкий поток»
Тем временем так и не подписаны договоренности по проекту «Турецкий поток». В июне представители Газпрома выступали на Международном конгрессе газа в Париже, где анонсировали начало строительства газопровода. Гостям форума были представлены готовый проект и его новое официальное название: в английской версии оно изменилось с Turkish Stream на TurkStream. Утверждалось, что строительство начнется в конце июня 2015 года.
Причин тому, что договоренностей все еще нет, множество. Среди них вопрос скидки на газ и много технических нюансов. Но есть и политическая загвоздка: договоренности должны быть рассмотрены представителями правительств обеих стран, а в Турции таковое до сих пор не сформировано.
После парламентских выборов Партия справедливости и развития натолкнулась на вполне ожидаемые трудности. Три прочие партии, прошедшие в парламент, являются ее оппонентами, и никто из них не согласился объединиться с ПСР. Эрдоган тянул до последнего, но в итоге более чем через месяц после выборов, 9 июля, дал премьер-министру Ахмеду Давутоглу мандат на формирование кабинета. Подтолкнула его к этому критика со стороны самого старого оппонента – лидера Народно-республиканской партии Кемаля Кылычдароглу, который обвинил Эрдогана в намеренном затягивании процесса. Дело в том, что, пока не сформирован новый состав правительства, сохраняется предыдущий, хотя формально все его члены уже ушли в отставку. Новое правительство должно быть сформировано в течение 45 дней с получения мандата, то есть у Давутоглу есть время до 23 августа.
Как только новый состав парламента будет утвержден, можно будет рассматривать и разного рода контракты, например «Турецкий поток». Этим объясняется, в том числе, намерение Владимира Путина встретиться с Реджепом Эрдоганом в сентябре, о чем сообщил в пятницу Дмитрий Песков. Однако если и к 23 августа правительство сформировать не удастся, то президенту придется пойти на повторные выборы, результаты которых могут быть для него еще хуже, нежели предыдущие.
Если не Эрдоган, то кто?
Директор исследовательского центра «Ближний Восток – Кавказ» Станислав Тарасов отмечает, что ситуация в Турции уникальна для новейшей истории страны. «Правительства до сих пор нет, и неизвестно, есть ли подвижки с формированием. По некоторым прогнозам, на очередных досрочных выборах, которые планируются на ноябрь, партия Эрдогана вообще может провалиться», – сказал Тарасов газете ВЗГЛЯД. Несмотря на то что официально повторные выборы не анонсированы, среди членов Партии справедливости и развития уже распространяются листовки с инструкциями для подготовки к перевыборам, рассказал он.
Эти процессы оттягивают подписание договоренностей по «Турецкому потоку», отмечает в беседе с газетой ВЗГЛЯД директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров. А если в ноябре будут новые выборы, то ситуация может существенно поменяться. «По сути, Эрдоган сейчас – как английская королева. Власть находится у премьер-министра Давутоглу. И мы исходим из того, что Эрдоган является негласным хозяином Давутоглу, и если мы с ним договоримся, то он даст ему нужную команду. Но если на выборах в ноябре они не наберут нужное количество голосов, чтобы доминировать в парламенте, то встает вопрос: с кем вести переговоры? Эрдоган – президент, по закону он главнокомандующий и может начать войну, например. Но экономические вопросы решает премьер-министр», – напоминает Багдасаров.
Давутоглу исполняет обязанности премьера, пока не назначено новое правительство. Но уже сейчас Народная республиканская партия выдвинула условия, при которых согласна вступить в коалицию. «На два года премьер-министр должен быть от них. Это опытнейшая партия, они просто так не заявили бы такие условия, если бы не были уверены в своем успехе, – отмечает эксперт. – А у нас в стране никто не поддерживает отношения с Народной республиканской партией, а это крупнейшая оппозиционная партия Турции, между прочим», – отмечает он. Напомним, что ранее НРП заявила, что не вступит в коалицию с партией Эрдогана ни при каких условиях.
«Сосредоточение на любом лидере никогда не идет в плюс, потому что лидер может поменяться. Это неправильный путь, – отмечает Багдасаров. – Мы идем по накатанной стратегии, поддерживая связь с одним человеком, с которым у нас «дружеские отношения». Но ситуация меняется, особенно на Ближнем Востоке, и мы должны поддерживать отношения как с действующей властью, так и с другими представителями. Так, например, делают немцы, работая на перспективу. Нам надо встречаться с Демирташем как с представителем парламентской партии. Во-первых, у них будет 80 парламентариев, во-вторых, он «левак» больше, чем наши коммунисты. Могут же с ним поддерживать отношения наши левые партии?» – задается вопросом он.
#{interviewpolit}Новый премьер перекроет «Турецкий поток»?
Багдасаров считает, что турки будут и дальше тянуть с подписанием договоренностей по «Турецкому потоку». «Изначально, когда проект анонсировался, президент говорил, что мы дадим шестипроцентную скидку на газ, – напоминает он. – Мы думали, что турки сейчас обрадуются и согласятся. Потом они стали просить 10% скидки, сейчас хотят еще больше. Вспомните, как турки строили газопровод с Ираном в 1996 году. Когда труба была уже подведена к границе, они выставили им требование о скидке в 25%. Сейчас история повторяется. Хорошо, что строительство еще не начато», – добавил эксперт.
Возникновение новых фигур в правительстве может и вовсе воспрепятствовать идее данного проекта, отмечает он, если премьером будет выбран представитель РНП. «Республиканская народная партия побеждает в тех районах, где живут в основном аливи. Напомню, что мы строим АЭС «Аккуй» в турецкой провинции Мерсин. Это Средиземное море, и там живут те самые аливи, которые категорически против строительства этой станции. В рамках предвыборной кампании Кырычдароглу пообещал им, что если пойдет в правительство, то откажется от проекта. А мы уже вложили туда 2–3 млрд долларов. Почему вы думаете, что по «Турецкому потоку» будет по-другому?» – задается вопросом Багдасаров. Аливи в основном поддерживают именно партию Кемаля Кырычдароглу.
Если партия Эрдогана на повторных выборах не вернет себе конституционное большинство, это повлечет за собой катастрофу, считает, в свою очередь, Станислав Тарасов. «Там амбициозные политики, олигархические структуры. Опасность в том, что они могут развалить Турцию ради того, чтобы сохранить свои структуры, что невыгодно для России. Верхушечная дипломатия России, когда ставка делается лишь на одного Эрдогана, – это крах. Нужно работать системно», – полагает Тарасов.
Эрдоган против Демирташа
Уголовное дело против лидера Демократической партии народов возбуждают с целью выкинуть его из политических процессов, считает Станислав Тарасов. В целом это показатель того, что Эрдоган ведет геополитическую игру «на грани фола». «Если раньше можно было говорить, что Анкара имела центральную власть, то сейчас говорить об этом очень сложно», – убежден эксперт. Результат курдов на выборах, по сути, можно считать федерализацией Турции, считает он. «Если посмотреть на карту: Асад выдал курдам автономию, в Ираке курды имеют фактическую автономию. Сейчас турки фактически готовы дать такую автономию», – отметил эксперт.
Уголовное преследование может повлиять на репутацию Демирташа только положительно, потому что за него будут голосовать еще больше курдов, уверен Семен Багдасаров. «Это и желание возмездия со стороны Эрдогана, и видение реальной опасности. На выборах президента в 2014 году Салахаттин Демирташ набрал 9,8% голосов, но это в целом по стране. А на юго-востоке, в местах компактного проживания курдов, за него голосовало большинство. Он президент юго-востока Турции», – поясняет эксперт.
«Эрдоган понял, что сделал большую ошибку. И сейчас он хочет разгромить не просто Рабочую партию Курдистана или Армию освобождения народов Курдистана (боевое крыло РПК – прим. ВЗГЛЯД), а все национально-освободительное движение курдов. Если против РПК проводят боевые действия, нанося авиаудары по позициям их военного крыла, то Демократическую партию народов решили разгромить путем арестов. Эрдоган понял, что если сейчас их не задавить, то территориальная целостность страны будет разрушена в ближайшее время», – отмечает Багдасаров.
В истории Турции было много фактов подавления национально-освободительных движений, в том числе и курдов. Их всегда давили только силой, и Эрдоган не видит иного варианта, считает Багдасаров.
Багдасаров полагает, что Эрдоган специально тянул время для формирования коалиционного правительства. «Он хочет воспользоваться создавшейся в стране ситуацией в свою пользу. Когда в стране была монополия Партии справедливости и развития, было тихо и спокойно. А сейчас, когда нет монополии, – восстание. Любой человек в итоге подумает: пусть лучше будет стабильность, пусть правят дальше. И Эрдоган надеется воспользоваться этой реакцией и на повторных выборах добрать те проценты, которых не хватает ему для того, чтобы вернуть ПСР монополию и дать президенту новые полномочия (главной идеей ПСР было принятие поправок в конституцию, делающих республику президентской, а не парламентской – прим. ВЗГЛЯД). Но даже если это и произойдет, курды не успокоятся. Механизм запущен», – констатирует эксперт.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ