Общественное мнение в Молдавии расколото не меньше, чем на Украине: куда идти, на Запад или на Восток, граждане так и не определились. Чуть больше сторонников у вступления в Таможенный союз, при этом власти упрямо ведут страну по пути евроинтеграции. Правда, по дороге правящая уже несколько лет коалиция Либерально-демократической и Демократической партии растеряла большинство своих сторонников. И теперь весь расчет только на инерцию самого процесса, как и на то, что основным проводником интеграции является соседняя Румыния, на которую чрезвычайно сильно завязана молдавская власть.
Чрезвычайно велики шансы на то, что Румыния совершит экономический аншлюс Молдавии, используя соглашение об ассоциации и зоне свободной торговли
«Хотя Молдова, в отличие от Украины, не подписывает, а только парафирует соглашение с Евросоюзом – в дальнейшем его должен будет еще одобрить наш парламент, – сама подготовка соглашения вызвала огромный негативный резонанс в стране, потому что девять десятых его содержания, особенно в той части, которая касается зоны свободной торговли, скрываются не только от общества, но и от депутатов, – говорит один из лидеров молдавской Партии коммунистов, депутат парламента Марк Ткачук. – Никто не видел этого секретного соглашения. А продвигают его те же самые люди, что развязывали приднестровский конфликт, а потом выступали за объединение с Румынией. Сейчас лозунг объединения с Румынией непопулярен, так что решили зайти с другой стороны. Но при этом снова начала муссироваться тема, что Молдова – это второе румынское государство, об этом недавно заявил президент республики. Хотя формально и говорят, что у них нет планов объединения, понятно, что это их последний редут, это их логово».
В начале ноября власти собрали в Кишиневе массовый митинг в поддержку своего европейского курса, в ответ Партия коммунистов Республики Молдова (ПКРМ) взяла курс на свержение правительства и досрочные выборы (хотя и до очередных уже осталось меньше года).
Последние два месяца в Молдове нарастает протест, на 23 ноября запланирован большой марш на Кишинев, говорит Ткачук: «Протестующие соберутся со всей страны, чтобы еще раз продемонстрировать свое недоверие власти. И показать, что все международные соглашения, которые эта власть подписывает, нелегитимны и не пользуются общественной поддержкой и доверием. Никакой политики евроориентации у этой власти нет, непонятно, как вообще можно пытаться принимать внешнеполитические решения при таком уровне поддержки. Есть олигархический бандитский режим, которому не доверяют 76% граждан. Социологические опросы показывают, что действующему правительству доверяют 13%, совокупный рейтинг всей власти составляет чуть более 20%, а у оппозиционной Партии коммунистов, поддерживающей вступление в Таможенный союз, подходит к рубежу 60%. Независимо от того, какими будут парламентские выборы, досрочными или очередными, их выиграет оппозиция. И мы твердо заявляем, что все документы, которые входят в общий пакет «вильнюсской сделки», будут оспорены и не будут иметь никакой силы для Молдовы. Так что нынешние решения обратимы».
«Процесс евроинтеграции и, как его часть, процесс сближения Молдавии с НАТО начался не при нынешних властях, а при правившей Коммунистической партии, – напоминает политолог, действительный государственный советник РФ 1-го класса Модест Колеров. – Коммунисты стали резко выступать против евроинтеграции и НАТО, только когда оказались в оппозиции. Поэтому нет серьезных оснований полагать, что, вернувшись к власти, они окажутся верны своей оппозиционной риторике.
Впрочем, вполне вероятно, что коммунисты действительно изменили свою позицию, все-таки речь идет не только о смене исторического союзника, но и о сохранении шансов на воссоединение Молдавии.
«Даже сторонники евроинтеграции понимают, что это никакая не интеграция, ничего похожего на европейскую модернизацию здесь нет, речь идет о союзнических отношениях, – говорит Марк Ткачук. – Европейский союз формирует в своем восточном подбрюшье ось своих антироссийских союзников. А сами европейские реформы отброшены в Молдове далеко назад. Соглашения приведут к тому, что обе стороны возьмут на себя внешнеполитические обязательства, а также откроют рынки для сбыта. В случае с Молдовой ЕС инициирует раздел страны, ведь соглашения предусматривают раздел страны по Днестру – от наших властей уже потребовали фактически установить границу с Приднестровским регионом. Территориальная целостность Молдовы неоднократно подчеркивалась, в первую очередь со стороны России, а сейчас те процессы, которые проводит ЕС, могут привести к поглощению Румынией той части Молдовы, что так стремится в Европу».
В этом, по мнению молдавского депутата, и состоит серьезнейшее отличие ситуации в Молдове от украинской: если на Украине речь идет о той или иной форме союзничества с Европой, то в Молдове речь идет о возможном распаде страны.
«В этой критической ситуации нужно помнить, что в базовом российско-молдавском договоре Россия является гарантом мирного разрешения приднестровского конфликта и территориальной целостности Молдовы, – говорит Ткачук. – Это очень важное обстоятельство, и России не следует удаляться от этой функции. За 22 года независимости ситуация в Молдове сильно изменилась, она стала другой. Сегодня, когда появился Таможенный союз, то для таких стран, как Молдова, это выход, это дает шанс на стабильное развитие даже при отсутствии общей границы.
Россия могла бы укрепить свое влияние и авторитет, поддерживая такое развитие событий. Евросоюз сегодня поддерживает в Молдове фактически бандитскую власть, которая презирает и европейские нормы: верховенство закона, прозрачность принятия решений, – а Россия выступает за прямо противоположные решения. И это очень важно для репутации и молдавской оппозиции, и российской власти. Большая часть молдавского общества воспринимает отношения двух стран как стратегические».
А нынешняя власть делает ставку на то, что повернуть вспять запущенный механизм ассоциации будет уже сложно.
«Сам процесс реализации соглашения об ассоциации и зоне свободной торговли с ЕС, как было внятно разъяснено официальными представителями ЕС, подразумевает немедленный, автоматический контроль со стороны органов ЕС над экономико-политической ситуацией в Молдавии, причем еще до того, как парламент одобрит это соглашение, – говорит Модест Колеров. – Не приходится надеяться, что власть рискнет выстроить независимый от Евросоюза курс, потому что это автоматически подвергнет сомнению все устойчивые политические и бизнес-связи молдавской политической элиты с Румынией. Ведь для Молдавии Европейский союз был монопольно представлен Румынией, и только в последний год, когда они вышли на финишную прямую переговоров, Бухарест немного отошел на второй план, поскольку дело и так сделано. Сейчас произойдет официальная десуверенизация Молдавии в пользу ЕС – и управляться она будет, безусловно, Румынией».
Румынские паспорта и так есть у многих молдаван, и все равно практически единственный и главный аргумент в пользу евроассоциации для обычных молдаван – безвизовый въезд в Европу. Впрочем, нужны ли молдаване Европе?
Единственное, что обещают европейцы и что привлекает многих жителей Молдовы, – это безвизовый режим и свобода передвижения. Но и здесь по уровню продвижения переговоров о безвизовом режиме с ЕС сейчас лидирует Россия, следом идет Украина, а уже потом Молдова. Говорят о 2015 годе, но эта дата все время переносится.
«Сегодня очень серьезно изменилась геополитическая конъюнктура, в частности, в области трудовой миграции, – говорит Марк Ткачук. – Некоторое время назад большинство наших мигрантов находились в Испании, Португалии, Греции, других странах Евросоюза, но после начала экономического кризиса в 2008 году значительная их часть переместились в Россию. Сегодня большинство наших гастарбайтеров находятся в России».
#{ussr}Вступление в Таможенный союз стало бы однозначным выигрышем для молдавского общества, ведь впервые за 22 года у страны появился бы шанс на нормальное развитие, считает коммунист: «Понятно, что Таможенный союз не много приобретет от вступления Молдовы. Но через республику проходит транзит российского газа на Балканы, и транзитные возможности Молдовы в случае вступления в ТС достаточно велики. Ведь у нас проблемы не потому, что мы такие тупые, а в первую очередь по ресурсным соображениям – в Молдове газ и электроэнергия стоят дороже, чем в соседних Румынии и Украине, что является депрессивным фактором для всякого экономического развития. Если создать обычные, нормальные условия, которые предлагает ТС, то мы начнем очень быстро развиваться, демонстрируя возможности преодоления территориального конфликта с Приднестровьем. Обычно конфликты решаются путем развода, разъединения, а здесь присоединение к ТС могло бы стать началом воссоединения с Приднестровьем, общей платформой. 99% противоречий были бы сняты навсегда».
«Сейчас ПКРМ очередной раз пытается выглядеть пророссийской силой, – говорит Модест Колеров, – но это та самая партия, которая ровно 10 лет назад самым грубым демонстративным образом нанесла пощечину России и президенту Путину, отказавшись от подписания уже парафированного соглашения по приднестровскому урегулированию.
Это сделали те же самые люди, которые сейчас возглавляют партию. Они не только отрицают возможность развода с Приднестровьем, но и опираются на принятый при них закон о статусе левобережных районов, который отрицает не только субъектность Приднестровья, но вообще его существование как некой территориальной целостности. Ни разу никто из них не заявил о том, что уважает волю приднестровцев, заявленную 97% на референдуме о независимости и свободном присоединении к России».
У Приднестровья все эти годы была специфическая позиция, они хотели независимости, но все-таки в большей степени она была декларативной, считает Ткачук.
«Прагматические силы в Приднестровье понимают, что все-таки лучше объединить Молдову, чтобы это была стабильная страна без каких-то попыток внутриполитического реванша. Консенсус по этому поводу всегда существовал. Но сейчас Приднестровье оказывается в своеобразном капкане из-за дрейфа Украины и позиции руководства Молдовы, которое оказывает давление на Тирасполь с целью изменить его политическую позицию. Его толкают к тому, чтобы он стал независимым или российским анклавом, еще в большей степени, чем Кишинев, это делает Бухарест. Там всегда мечтали, чтобы Приднестровье было независимым, тогда можно будет перекроить Молдову, вернуться к старым рубежам».
А по мнению Колерова, нынешние молдавские власти не готовы уйти в Европу в одиночку, оставив Приднестровье самостоятельным: «И официальные заявления, и экономическая и политическая практика Молдавии показывают, что кишиневские власти взяли курс на отдельное, без учета Приднестровья, вступление в интеграционные форматы не для того, чтобы отпустить Тирасполь на свободу, а для того, чтобы никак не учитывать его мнение. Одновременно молдавские власти взяли курс на прямое экономическое и политическое удушение государственности Приднестровья. Они ни разу не давали оснований полагать, что они признают независимость Приднестровья».
Точно так же независимое Приднестровье не входит и в планы евроинтеграторов.
«В ближайшие 10 лет чрезвычайно велики шансы на то, что Румыния начнет и закончит экономический аншлюс Молдавии, используя соглашение об ассоциации и зоне свободной торговли, – говорит Колеров. – Что будет в этой ситуации с Приднестровьем? Молдавии его не жалко, они пойдут по пути его экономического и социального истребления. Какие меры при этом будут использованы – это уже вопрос техники. Европейские чиновники будут поддерживать отдельную субъектность Приднестровья, для того чтобы парализовать его волю к борьбе за независимость. А потом принесут его в жертву – может быть, и Украине».
В нынешней ситуации, по мнению Колерова, Москва должна активно продемонстрировать свою поддержку Тирасполю: «Россия ничем не дала понять, что готова защитить интересы Приднестровья в случае присоединения Молдавии и Украины к ассоциации с Европейским союзом, ведь тогда оно окажется эксклавом по отношению к России. Хуже того, с начала 2006 года Приднестровье в нарушение протокола, подписанного им с Молдавией под гарантии России, оказалось в экономической блокаде, которую осуществляют Украина и Молдавия. И за истекшие семь лет Москва ни сделала ничего, чтобы защитить Приднестровье от этой блокады. И сейчас Россия ни слова не говорит о том, что она поможет Тирасполю преодолеть блокаду, угрожающую ему после вильнюсского саммита. А ведь даже если Украина не присоединится к ассоциации, то одного участия Молдавии будет достаточно для создания массы проблем Приднестровью. Потому что все без исключения хозяйствующие субъекты Приднестровья, которые выходят на внешний рынок, зарегистрированы в Молдавии и автоматически попадают под этот пресс».
Недавних заявлений вице-премьера Дмитрия Рогозина о том, что соглашение Молдавии с ЕС может заставить Москву задуматься о новом статусе Приднестровья, по мнению Колерова, явно недостаточно. Нужны еще и меры экономического характера.
«С приднестровской стороны было внятно сказано, что поскольку экономическая интеграция Приднестровья с Россией сейчас затруднена, то давайте проводить корпоративную интеграцию. Но и в этом плане ничего не делается. Если бы сейчас вся экономика Приднестровья принадлежала не просто российским собственникам, а российским государственным корпорациям, то еще можно было бы понять, как мы можем помочь Тирасполю. Руководители Приднестровья открыто говорят, что надвигающиеся события угрожают самим основам их государственности. Россия должна предпринять действия, хотя бы подобные тем, что содержались в указе Путина в апреле 2008 года. Тогда, в тот момент, когда угроза агрессии Грузии стала уже очевидной, был принят указ о мерах социально-экономической поддержки Абхазии и Южной Осетии, фактически это было полупризнание их независимости. Если бы такое было сделано в отношении Приднестровья, то ситуация стала бы значительно лучше».