В 1480 году Русью вот уже 18 лет правил создатель русского национального государства – великий князь Московский Иван III, принявший гордый титул «государь всея Руси». И это не случайно – именно Иван III прославился как собиратель русских земель, объединив под своей властью не только земли Москвы, но и Новгород, Тверь, Ростов, Ярославль. Вместо небольшого княжества всего за несколько десятилетий появилось большое и сильное Русское государство, сравнимое по мощи со своими соседями – Большой Ордой и Литвой.
Вдохновленный успехами, Иван III вступил в брак с дочерью последнего наследника византийского трона – Софьей Палеолог. Так он унаследовал связь с великой православной державой и принял в качестве герба своего государства древний символ Римской империи и дома Палеологов – двуглавого орла. По приказу государя всея Руси началось невиданное ранее масштабное каменное строительство: был построен Московский Кремль – самый большой замок в мире, возведены удивительно красивые соборы. Россия преобразилась.
Но для всех этих достижений потребовались годы тяжелого труда, упорных и кровопролитных войн, тонкой работы искусных дипломатов. Одной из самых важных задач, стоявших перед Иваном III, было освобождение от вассальной зависимости, связывавшей русские княжества с Золотой Ордой и ее наследниками.
После завоевания Руси в середине XIII века огромная территория от Кипчакской степи на юге до бескрайней тайги на севере попала в зависимость от татарских ханов из династии Чингизидов – потомков великого завоевателя. Это означало, что любой русский князь получал власть не по обычаю и праву наследования, а по воле хана Золотой Орды, который имел право дать ярлык на княжение любому претенденту, которого считал законным. Русь платила татарам унизительную дань, около 10% годового дохода. Во время завоевательного похода хана Батыя были сожжены города, разрушены крепости, погибло множество людей, сильно пострадала торговля и ремесло.
Золотоордынское иго мешало развитию Руси, поэтому почти сразу после завоевания началось вооруженное сопротивление иноземной власти. В 1380 году в сражении на Куликовом поле объединенные силы русских княжеств разбили армию Мамая, но, к сожалению для русских, татары были еще слишком сильны. Претендент на ханский трон Тохтамыш с помощью войск Тамерлана вновь объединил Орду. Освобождение от ига пришлось отложить на сто лет.
К 1471 году усиление Русского государства вызывало серьезные опасения как у ордынцев, так и у союза Польши и Литвы, во главе которого стоял король Казимир IV Ягеллон. Именно он решил нанести удар по Руси и отправил к хану Ахмату посланника Кирея, который должен был договориться о совместном походе на Москву. Войско собиралось не быстро и только в 1472 году татары отправились на войну. На берегу Оки близ Тарусы, всего в 140 км от Москвы, их встретило русское войско под командованием князя Василия Верейского, вооруженное пушками и пищалями. Заняв удобную позицию на берегу, московские воины не дали переправиться через реку. Раздраженный неудачей Ахмат приказал отступить, но по дороге домой захватил и сжег городок Алексин, перебив всех его жителей.
Одержав верх, Иван III отказался платить дань. Ахмат некоторое время подождал, видимо надеясь, что московский князь одумается, и в 1476 году отправил к Ивану III посольство. Татарин объявил государю всея Руси требования покорности и вручил то, что сейчас называется верительной грамотой, подтверждавшей его полномочия.
Это была традиционная ордынская пайцза с изображением Чингисхана, которую в русской летописи назвали «басма», то есть «изображение» или «портрет». По обычаям, заведенным еще Чингисханом, такой символ означал высшие полномочия владельца, и его оскорбление приравнивалось к оскорблению самого хана. Но Иван III был не из пугливых, он не стал по обычаю выходить к послу, принял его во дворце, сидя на троне, как правитель независимого государства. Великий князь выслушал ордынские требования, демонстративно плюнул на изображение предка хана Ахмата, сломал пайцзу и, бросив ее на пол, растоптал. Послу же было приказано возвращаться с таким ответом: «Ступай объяви хану: что случилось с его басмою и послами, то будет и с ним, если он не оставит меня в покое». Это означало только одно – войну.
Такие дела в то время быстро не делались. Надо было хорошенько подготовиться и собрать достойное войско, которое могло бы одержать победу над русскими. Кроме того, стоило найти союзников и дождаться удачного момента, чтобы нанести удар.
Время пришло в 1480 году. Казимир IV обещал татарам ударить по Москве с запада, братья Ивана III – князья Андрей и Борис – поссорились с ним из-за спора о праве бояр на выбор какому князю служить. Хранители древних феодальных обычаев настаивали на том, что недовольный великим князем боярин может покинуть Москву вместе со всеми своими владениями и людьми, выбрав себе нового сеньора. Иван III, стремившийся к объединению всех русских земель, категорически отрицал это право. Конфликт привел к тому, что в январе братья-князья собрали войско, ушли к западной границе и начали переговоры с Казимиром IV. Ахмат, внимательно наблюдавший за делами на Руси, пришел к выводу – пора седлать коней!
В июне передовые силы Ахмата подошли к русской границе. Узнавши о выступлении татар, великий князь Московский собрал войско и выступил к Оке, где обычно переправлялись золотоордынские войска, идущие в набег на Русь. Однако хан не стал повторять ошибку восьмилетней давности, пытаясь переправиться через реку под направленными на его войско стволами артиллерии. Он двинулся на запад, рассчитывая обмануть русских, нанести удар с направления, где его никто не ждал, а возможно и соединиться с литовским войском. Путь пролегал через литовские земли, так что русским было очень сложно понять, куда и с какой скоростью движется Ахмат.
В конце сентября 1480 года Иван III с основными военными силами вернулся в столицу, нуждавшуюся в защите. Его сын Иван Молодой с небольшим отрядом был послан на реку Угру с приказом занять броды и внимательно следить за действиями Ахмата. Ситуация была сложная, поражение означало крушение надежд на объединение русских земель и возвращало Русь к ситуации чуть ли ни столетней давности. Пришлось даже отправить великую княгиню Софию с государственной казной на север, в Белоозеро. Иван III сказал жене ехать до самого Белого моря, если он потерпит поражение и татары возьмут Москву.
Близ города Воротынска татары должны были соединиться с армией Казимира IV, но тут судьба встала на сторону москвичей. В набег на подольские земли Великого княжества Литовского пошел крымский хан Менгли-Гирей. Он был вассалом Османской империи, справедливо считал ханов Золотой Орды своими врагами и претендовал на получение дани от Литвы. Менгли-Гирей решил, что стоит помочь врагу своего врага, и нанес удар, который заставил Казимира IV забыть про обещания, данные хану Ахмату, и увести армию на защиту своих владений.
Не дождавшись союзника, Ахмат все же решил не останавливаться – этого требовал престиж государства. В это время в Москве Иван III совещался с митрополитом и боярами. Речь шла о том, стоит ли пытаться остановить ордынское войско или покориться татарам, признав их власть. И Православная церковь, и русская аристократия решительно высказались за продолжение войны. И тут новая удача – князья Андрей и Борис, прослышав о татарском набеге, одумались и предложили Ивану III мир.
Великий князь забыл про старые обиды, не стал преследовать мятежников и присоединил их войско к своему. В начале октября русские полки выступили на решающую битву.
Татары предприняли несколько попыток с наскока овладеть переправами, на которых стояли отряды наследника московского трона. 8 октября к Угре подошли главные силы во главе с ханом Ахматом, но были остановлены. Началось то самое, что потом было названо «Стоянием на Угре». Русские артиллеристы и стрелки, обучению и оснащению которых Иван III уделял много внимания и денег, показали себя с самой лучшей стороны. Татарам никак не удавалось переправиться на русский берег под плотным огнем.
Ахмат в ответ хвалился: «Даст Аллах зиму на вас – когда все реки станут, то много дорог будет на Русь». 26 октября Угра встала, крепкий лед превратил поверхность реки в удобную переправу в любом месте. Удержание бродов более не имело смысла. Великий князь приказал полкам как можно быстрее отступить к Кременцу, а затем к Боровску, где соединить все силы и дать генеральное сражение. Это известие посеяло панику среди русских воинов – многие решили, что татары уже переправились на другой берег и идут на Русь. С большим трудом удалось навести порядок и ждать.
И тут сработала военная хитрость, задуманная Иваном III чуть раньше. Еще когда не встали реки, великий князь отправил своего воеводу князя Василия Звенигородского с небольшим отрядом в набег на столицу Золотой Орды – волжский город Сарай-Берке. Спустившись на лодках по Оке, а затем по Волге, русские достигли лишенной защиты столицы, захватили и сожгли город.
Появление в глубоком тылу вражеского войска испугало Ахмата. К тому же ударили сильные морозы. Узнав о примирении Ивана III с мятежными братьями, хан понял, что победа упущена, и приказал своему войску отступить. Как повелось, по дороге домой татары разграбили земли своего союзника Казимира IV. Вероятно, Ахмат нашел в этом некоторое удовлетворение, отомстив правителю Польши и Литвы за провал похода на Русь.
Впрочем, неудачи продолжали преследовать Ахмата. Прослышав, что хан пришел домой с добычей и распустил войско, на него внезапно напали ногайцы. Ахмата зарезали сонного в собственном шатре, а победитель – хан Ибак – отправил в Москву письмо, извещавшее Ивана III, что его грозный соперник мертв.
Русское войско во главе с великим князем возвратилось в Москву, встречаемое радостным народом. Русское государство подтвердило свое право на независимость. Главная задача Ивана III была успешно выполнена. Вскоре Большая Орда прекратила свое существование. А в 1552 году царь Иван IV взял Казань, завершив тем самым историю многовекового противостояния России и степных захватчиков.