Одной из наиболее серьезных проблем стало то, что у покойного мужа Анны Старобинец было латвийское гражданство, а в этой стране к мужским именам и фамилиям прибавляют букву «с», то есть «Александр» превращается в «Александрс». На этом основании сотрудница ПФР отказалась принимать документы и решила отправить запрос в латвийское консульство относительно идентичности имен «Александр» и Александрс».
Эмоциональный пост Старобинец широко разошелся по «Фейсбуку» (почти 10 000 репостов на момент написания этой статьи). Официальный представитель ПФР Марита Нагога опубликовала ответ, в котором утверждает, что запрос по поводу идентичности имен – это требование закона, которое обойти нельзя.
При этом сторонникам Анны не понравился тон, в котором был написан комментарий Мариты, а сторонники Мариты заявили, что, если Анне что-то не нравится, она может уезжать в Латвию. Анна в ответ заявила, что она и ее дети – граждане России, поэтому уехать могут те, кому не нравится она. Словом, началась обычная фейсбучная дискуссия – бессмысленная и беспощадная. Попробуем вычленить в ней «зерно».
В государственных учреждениях люди действительно сталкиваются с проблемой написания их имен, особенно если речь идет о транскрибации. В России ситуация более простая – разночтения, например, могут быть между именами Наталья и Наталия. Но в англоязычных художественных произведениях недаром часты сценки, когда героев просят произнести их имена по буквам. Потому как даже такое простое имя, как Джон, может быть написано в документе как John, Jon, Johan, Joan, Geon.
Потому в иностранных авиабилетах считаются допустимыми ошибки в именах и фамилиях, в наиболее либеральных авиакомпаниях – до трех букв. Впрочем, нет информации о том, что ошибки или неточности допускаются при оформлении документов на пенсию или в других случаях глубокого взаимодействия с государством.
На фоне регулярно возникающих запретительных инициатив глотком свежего воздуха смотрится идея депутата законодательного собрания Ленинградской области Владимира Петрова разрешить гражданам России иметь разные написания имен, отчеств, фамилий, а также мест рождения в разных документах.
То есть, если женщина предоставляет документы, в одном из которых написано: «Наталья Геннадьевна Фёдорова, место рождения – деревня Елкино», а в другом – «Наталия Геннадиевна Федорова, место рождения – деревня Ёлкино», ее не отправят приводить оба документа в соответствие друг с другом.
Для того, чтобы не поощрять появление ошибок вроде «Масква» или «Владевосток» и не путать действительно разные имена Георгий и Григорий, Петров предлагает создать базу допустимых разночтений. С участием экспертов – филологов и географов должен быть составлен список имен, отчеств, фамилий и географических наименований, которые нужно признать равнозначными.
Разумеется, разнообразные прибалтийские добавки к русским именам или попытки украинцев поголовно переименовать Александров в Олександров, а Андреев – в Андриев также должны быть учтены. Поток трудовых и политических мигрантов с Украины, скорее всего, в ближайшие годы будет только возрастать, а всем им потребуются документы.
Если данная инициатива станет законопроектом, который пройдет все инстанции и будет подписан президентом, непосредственно он коснется не такого уж большого числа людей. Все-таки имена, отчества, фамилии и места рождения с разночтениями – это скорее исключение, чем правило.
Но данный закон лежит в русле правильного тренда, заданного рядом уже работающих государственных проектов и программ. Это и реформа контрольно-надзорных органов, которые должны перейти от карательной функции к сервисной. Это и появление МФЦ и либерализация получения загранпаспортов и прочих документов, которые раньше можно было получить только по месту прописки (то есть, извините, регистрации). Это и разрешение голосовать на выборах по месту пребывания.
Чиновники ПФР, паспортных столов и прочих государственных органов существуют не для того, чтобы портить людям жизнь (хотя многие из посетителей в этом свято уверены). Их задача – поддержание порядка в государственном управлении.
Но не следует забывать, что на дворе второе десятилетие XXI века, когда получить практически любую справку с базовой информацией о человеке можно буквально за несколько секунд.
Как отмечал в ходе выступления на Петербургском экономическом форуме в июне этого года президент Владимир Путин, «цифровая экономика – это не отдельная отрасль, по сути это основа, которая позволяет создавать качественно новые модели бизнеса, торговли, логистики, производства, изменяет формат образования, здравоохранения, госуправления, коммуникаций между людьми, а следовательно, задает новую парадигму развития государства, экономики и всего общества».
Неторопливый бумажный документооборот в 2017 году – это то же самое, что «чистить кирпичом ружья» в середине XIX века (чему так ужасался лесковский Левша).
Отсутствие излишней бюрократии – это не просто удобно для граждан. Это повышает конкурентоспособность страны, скорость ее развития, а значит, в конечном итоге – обороноспособность.
На первый взгляд, проблемы человека, вынужденного доказывать чиновнику, что Пётр и Петр – одно и то же имя, это его частное дело. Но в масштабах государства избавление от излишней волокиты способно сэкономить для бюджета миллиарды рублей.