Премьер-министр России Дмитрий Медведев пообещал по просьбе премьер-министра Казахстана Карима Масимова рассмотреть вопрос о передаче республике для захоронения останков одного из лидеров казахского национально-освободительного движения Кейки Батыра.
Останки одного из лидеров нашего национально-освободительного движения находятся в Музее антропологии
Поясним, что останки «казахстанского батьки Махно» Нурмагамбета Кокембаева (более известного как Кейки Батыр) постигла судьба, не совсем обычная для национального героя. Останки Батыра хранится в петербургской Кунсткамере – Музее антропологии и этнографии (МАЭ) РАН.
«И у нас есть один вопрос, – обратился Масимов к российскому коллеге во время встречи, состоявшейся накануне в Москве. – Я бы вас очень хотел попросить, чтобы вы дали поручение по крайней мере разобраться в этом вопросе: останки одного из лидеров нашего национально-освободительного движения того периода Кейки Батыра находятся в Музее антропологии и этнографии имени Петра Великого РАН. Если бы мы имели такую возможность или обменяться, или какую-то форму найти, чтобы вернуть его останки в Казахстан и захоронить на территории Казахстана», – сказал Масимов.
По версии, которой придерживаются казахские историки, Кейки Батыр, который успел повоевать и с царской, и с Красной Армией, в 1923 году скрывался в Кызылкумах, был «захвачен красноармейцами» в собственном доме и обезглавлен. В казахстанских СМИ бытует утверждение, что в доказательство ликвидации «бандита Кейки» голову отправили в Оренбург – тогдашний центр Киргизской (Казахской) АССР, а затем и в центр, «в подарок Ленину». По мнению казахского историка Манаша Козыбаева, в 1926 году «череп предводителя кулан-кипчаков Кейки Батыра» оказался в Ленинграде, в Кунсткамере – в той же антропологической коллекции, что и череп Кенесары-хана, вождя казахского восстания середины XIX века.
В подтверждение своей версии казахская сторона ссылается на 20-летней давности сообщение российского дипломатического ведомства: «МИД РФ свидетельствует свое уважение Посольству РК в Москве и ответ на ноту МИД РК № 19/63 от 13.01.95 г., имея честь сообщить следующее: череп Кокембаева действительно хранится в антропологическом фонде кунсткамеры г. С.-Петербурга».
В ряде СМИ сообщалось, что череп Кейки Батыра «выставлен в качестве одного из экспонатов», что не совсем верно – если он действительно там, то он находится в многочисленной краниологической («череповедческой») коллекции антропологического фонда Кунсткамеры.
Заметим, что всего в этом фонде Музея антропологии и этнографии находится 776 коллекций, содержащих более 178,5 тыс. единиц хранения. Собственно, «охота за черепами» – образцами от палеолита до современности была начата еще в середине XIX века, основоположником сравнительной анатомии академиком Карлом Бэром. И сейчас в коллекции остеологических и краниологических материалов (проще говоря, костей и черепов и их фрагментов) – около 15 тыс. экспонатов.
Восстание в тылу
Нурмагамбет Кокембаев (Кокембайулы), более известный как Кейки Батыр, был одним из предводителей другого, куда более масштабного, среднеазиатского восстания – 1916 года. Поводом для бунта, как известно, стал указ Николая II о привлечении «инородцев» на тыловые работы в прифронтовой зоне. Напомним, в разгаре была Первая мировая война.
Восстание охватило среднеазиатские владения Российской империи, от нынешней Астаны (тогдашнего Акмолинска) до Ферганской долины. В роли противников восставших оказались не только царские власти, но и русские переселенцы – крестьяне, получившие земли в Семиречье после столыпинской аграрной реформы. С точки зрения идеологов восстания, мобилизация противоречила особому статусу подданных-инородцев, а переселенцы отнимали землю у местных жителей. По утверждению ряда историков, жертвами восставших стали более 2 тыс. поселенцев.
Нерешенный земельный вопрос вкупе с агитацией религиозных проповедников, призывавших к газавату, сделали свое дело. В разгар мятежа только в Тургайском уезде под началом лидера повстанцев Амангельды Иманова находилось около 50 тысяч «штыков». Восставшие прервали связь между Ташкентом, Верным (Алма-Атой) и Европейской Россией. Власти не могли игнорировать и тот интерес, который к восстанию проявил противник России – Османская империя, а также соседний Китай, где за пять лет до этого произошла революция.
Для подавления восстания в глубоком туркестанском тылу было введено военное положение. Против повстанцев действовали 30 тысяч солдат регулярной армии под руководством туркестанского генерал-губернатора Алексея Куропаткина, в недавнем прошлом – военного министра и главнокомандующего во время русско-японской войны.
Отряд Кейки Батыра действовал в одном из эпицентров восстания, в районе города Тургай, и принимал участие в штурме этого города. Восстание было подавлено в январе 1917 года. По разным данным, потери повстанцев составили от 3,5 тыс. до 60 тыс. человек. Но, строго говоря, смута в казахстанских и среднеазиатских степях лишь затухла – и разгорелась вновь с началом гражданской войны (которая в Туркестане продолжалась вплоть до 1930-х годов).
Одни командиры повстанцев 1916 года, такие как Амангельды Иманов и Алиби Джангельдин, выбрали союз с большевиками, были посмертно были причислены к героям гражданской войны и соответствующим образом увековечены. «Хан» Тургая эмир Абдулгафар Жанбосынов и командир Кейки Батыр оказались по другую сторону и были включены в пантеон национальных героев лишь после распада Советского Союза. В 1996 году в честь 125-летия Кейки Батыра был открыт бюст на родине героя, в областном центре Аркалык.
В поисках затерянного черепа
Отметим, что казахстанские власти уже не впервые просят Россию вернуть останки Кейки Батыра.
В мае этого года министр культуры и спорта Казахстана Арыстанбек Мухамедиулы сообщил республиканским СМИ как о свершившемся факте: Россия уже согласилась вернуть череп из Кунсткамеры в Казахстан. И более того – «сейчас прорабатывается вопрос доставки, все под личным контролем».
«Наши ученые нашли, где хранится череп, – рассказал Мухамедиулы в интервью другому СМИ. – В экспедицию отправлялся директор алма-атинского государственного музея, все архивные данные нашли. Осталась только техническая процедура».
Судя по тому, что генконсульство Казахстана в Санкт-Петербурге обращалось в РАН с соответствующим запросом еще в 2004 году, ученые напали на след как минимум 10 лет назад. На деле же если ссылка на сообщение МИД от 1995 года соответствует действительности, то соответствующие просьбы Астана посылала еще два десятилетия назад.