Глава Следственного комитета Александр Бастрыкин заявил в пятницу, что одной из причин девальвации российского рубля стало незаконное распространение инсайдерской информации.
Инсайдеры, если получают какую-то информацию, имеют преимущество в том, что они могут успеть первыми купить или продать какую-то бумагу
«Например, известно, что столь глубокая девальвация российского рубля была связана не только с фундаментальными факторами экономики – падением мировых цен на энергоносители, большой импортозависимостью российской экономики, ужесточением монетарной политики США, мировой рецессией, но и с сильнейшим спекулятивным давлением на него. При этом некоторые крупные участники валютного рынка строили свои спекулятивные стратегии с финансовыми инструментами таким образом, словно им было во всех деталях известно о динамике дальнейших курсовых колебаний национальной валюты», – сказал Бастрыкин на заседании круглого стола во Всероссийском государственном университете юстиции.
Он полагает, что без обладания инсайдерской информацией они вряд ли совершали бы подобные спекулятивные сделки, связанные с высокими рисками, и использовали бы для этого практически всю доступную им ликвидность.
Бастрыкин отметил, что нормативная база по этим вопросам нуждается в совершенствовании. «Одной из проблем является наличие в законе множества так называемых мертвых норм, которые имеют крайне низкий правоприменительный потенциал. Они лишь создают видимость уголовно-правовой защищенности соответствующих общественных отношений, которые в действительности нисколько не защищены от посягательств».
Глава ведомства сообщил, что за три года действия статей 185.3 и 185.6 УК РФ, предусматривающих ответственность за манипулирование рынком и незаконное использование инсайдерской информации, по ним возбуждено всего три дела. По мнению Бастрыкина, это связано не только с отсутствием навыков выявления подобного рода преступлений, но и с тем, что статьи сформулированы так, что их применение практически невозможно.
Борьба со спекуляцией
Бастрыкин не впервые высказал озабоченность по вопросам уголовного наказания за махинации на валютном рынке. В декабре 2014 года, после того как президент Владимир Путин, выступая с посланием к Федеральному собранию, потребовал от Банка России и правительства «жестко и скоординированно отбить охоту у спекулянтов играть на колебаниях курса рубля».
В то же время глава Центробанка Эльвира Набиуллина не поддержала главного следователя. «Я исхожу из того, что уголовная ответственность наступает тогда, когда есть нарушение закона, такую ответственность предполагающего. На наш взгляд, действующего сейчас законодательства достаточно. Если мы увидим, что чего-то недостаточно, мы выйдем с соответствующим предложением», – заявила она. «В настоящий момент такой необходимости нет», – подчеркнула глава Банка России.
И вот теперь, похоже, такой момент наступил. По крайней мере ЦБ выступил в пятницу с заявлением, прямо поддерживающим идею Бастрыкина: Центробанк призвал изменить закон об инсайде и манипулировании.
Нынешнее законодательство предусматривает ответственность за манипулирование рынком и за неправомерное использование инсайдерской информации. Ст. 185.3 УК РФ определяет манипулирование рынком как «умышленное распространение через средства массовой информации, в том числе электронные, информационно-телекоммуникационные сети (включая сеть Интернет), заведомо ложных сведений или совершение операций с финансовыми инструментами, иностранной валютой и (или) товарами либо иные умышленные действия, запрещенные законодательством Российской Федерации о противодействии неправомерному использованию инсайдерской информации и манипулированию рынком, если в результате таких незаконных действий цена, спрос, предложение или объем торгов финансовыми инструментами, иностранной валютой и (или) товарами отклонились от уровня или поддерживались на уровне, существенно отличающемся от того уровня, который сформировался бы без учета указанных выше незаконных действий, и такие действия причинили крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжены с извлечением излишнего дохода или избежанием убытков в крупном размере». За это предусмотрено до семи лет лишения свободы.
Ст. 185.6 УК РФ предусматривает наказание за «умышленное использование инсайдерской информации для осуществления операций с финансовыми инструментами, иностранной валютой и (или) товарами, к которым относится такая информация, за свой счет или за счет третьего лица, а равно умышленное использование инсайдерской информации путем дачи рекомендаций третьим лицам, обязывания или побуждения их иным образом к приобретению или продаже финансовых инструментов, иностранной валюты и (или) товаров, если такое использование причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода или избежанием убытков в крупном размере» – до шести лет.
Просто следует за трендами
Инвестиционный директор BGP Litigation Михаил Славков в интервью газете ВЗГЛЯД высказал мнение, что заявления о том, что спекуляции могли сказаться на валютном курсе, преувеличенны. «Сырьевые и валютные рынки – самые большие в мире и в значительной части определяются макроэкономикой. Рубль, увы, остается сырьевой валютой, поэтому просто следует за трендами на рынке сырья», – пояснил он.
Сами эти статьи по сути являются нормами, применение которых практически невозможно
Трудности привлечения к уголовной ответственности за «манипуляции рынком», по его словам, обусловлены несколькими причинами. «Доказать игру на инсайде очень трудно (нужны специалисты, технические средства и т. д.). Нет социального заказа на такие дела, ибо народу мало понятно, кто конкретно понес убытки – это же не истории с дольщиками или валютными ипотечниками. Наш рынок находится под сильным влиянием крупных компаний, госбанков и госкомпаний, мало независимых операторов, поэтому наши инсайдеры могут быть очень влиятельны», – сказал Славков.
«Курс формируется все-таки под влиянием рыночных обстоятельств, – сказал газете ВЗГЛЯД начальник управления торговых операций на российском рынке «Фридом Финанс» Георгий Ващенко. – А инсайдеры, если получают какую-то информацию, имеют преимущество в том, что они могут успеть первыми купить или продать какую-то бумагу. Они не в силах сформировать какой-то тренд и удержать его».
Он отметил, что делиться с трейдерами инсайдерской информацией могут только очень высокопоставленные должностные лица. К примеру, если говорить о валютном курсе и о Центробанке, то доступ к информации об изменении ставки рефинансирования имеют только члены совета директоров, присутствующие на соответствующем заседании. «Не думаю, что они используют такую информацию в своих целях», – полагает он.
Инсайда практически не видно
«Проблема инсайда есть на всех основных рынках мира, хотя считается, что прежде всего это касается традиционного рынка акций, иногда рынка облигаций, – прокомментировал газете ВЗГЛЯД директор аналитического департамента «Альпари» Александр Разуваев. – На валютном рынке это тоже есть, хотя и не стоит так остро. Думаю, сегодняшние разговоры связаны с тем, что нефть очень дешевая, все смотрят на курс, в том числе и силовые органы. На самом деле не очень понятно, какой тут инсайд может быть – экспортеры известно когда налоги платят. Не очень понятно, какая информация имеется в виду, кроме корпоративной. В принципе, если мы знаем, что какой-то экспортер продает валюту или будет заход иностранных денег на российский рынок акций, то да».
По его мнению, «информации, которая есть у рынка, достаточно, чтобы понимать, как поведет себя валютный рынок». «Инсайда, на чем можно сыграть, практически не видно. Теоретически можно сыграть – заседание ЦБ по ключевой ставке. Но рынок обычно знает, как будет, ожидания есть, и ожидания с фактом всегда бьются», – добавил Разуваев. «У нас очень сильная волатильность, курс меняется много раз в течение дня. Это хлеб для спекулянтов», – отметил он.
В качестве наиболее хрестоматийного использования инсайдерской информации в России он привел 2004 год. «ЮКОС висел, непонятно было, что с ним будет, колебания могли в течение дня достигать нескольких десятков процентов. Все время выходили противоречащие друг другу новости. Например: группа каких-то инвесторов купит контрольный пакет акций ЮКОСа у российского правительства, заплатив все налоги. ЮКОС плюс 30% сразу. Потом выходит новость, что государство будет продавать за долги Юганскнефтегаз по балансовой стоимости, то есть не за 20 млрд долларов, а за 1,9 млрд. ЮКОС сразу станет не плюс 30%, а минус 40%. Те, кто получал доступ к этой информации раньше, даже за минуту, успевали на этом очень хорошо заработать. Например: вы покупаете акцию за 10 долларов, когда она поднимается, продаете по 13 долларов. Потом можно брать акции у брокера в долг – тут же продать их. А когда выходит новость, что ключевой актив ЮКОСа будет продан в 10 раз дешевле, стоимость акции падает до восьми долларов. Акции, которые вы только что продавали по 13, вы покупаете по восемь и отдаете брокеру. На первой сделке вы заработали три доллара, на второй пять долларов – с одной акции», – рассказал Разуваев.
По его словам, в мировой практике процессов об инсайде, доведенных до обвинительного решения суда, практически нет.