В Хамовническом суде Москвы в среду продолжились слушания по делу панк-группы Pussy Riot, участницам которой инкриминируется хулиганство в храме Христа Спасителя. Закончив с потерпевшими, суд приступил к допросу свидетелей обвинения.
Они пришли в храм, чтобы объявить войну Богу и войну Русской православной церкви
В ходе заседания суд успел допросить двух свидетелей, в частности казначея Богоявленского кафедрального собора Этери Гонашвили – именно там подсудимые устроили «панк-молебен» за несколько дней до аналогичной акции в храме Христа Спасителя.
«То, что я увидела, было недопустимым. Это вакханалия! Мне после увиденного стало плохо. Это очень тяжело забыть. Я уже полгода это помню», – сказала Гонашвили. Также она пересказала историю (сама она этого не видела), как в их собор однажды зашла обнаженная девушка. «И ничего ей за это не было».
Второй свидетель Олег Угрик не был очевидцем, но увидел в интернете ролик с видеозаписью выступления в храме и обратился в прокуратуру, передает РИА «Новости».
«Эта акция направлена против Церкви, – говорил в суде Угрик. – Они пришли в храм, чтобы объявить войну Богу и войну Русской православной церкви. Ну что ж, они не первые, не первые и не последние, кто борется с ней». По его словам, ненависть к РПЦ звучит в словах песни, исполненной панк-группой.
Угрик, который занимается «общественной работой с детьми и взрослыми», также раскритиковал название группы, которое перевел как «Гнойный разгул», внешний вид девушек. «Это волк в овечьей шкуре. Сейчас миллионы людей стоят на их стороне, они пустили гной в обществе», – заявил он.
Свидетель заявил, что плохо чувствовал себя физически после просмотра ролика с «панк-молебном». При этом он опасается, что в связи с распространением этого видео «общественная опасность возрастает как снежный ком».
Угрик признался, что хотел добиться свидания с арестованными девушками, чтобы «наставить их на путь истинный», но получил отказ.
Конец цитаты
Перед началом заседания пресс-секретарь суда Дарья Лях сообщила, что Хамовнический суд Москвы ввел ограничения на репортажи по делу участниц группы Pussy Riot.
«В online-репортажах из зала суда запрещается раскрывать фактические обстоятельства дела, о которых свидетели рассказывают в своих показаниях», – сказала она.
Пресс-секретарь пояснила, что такая мера необходима для того, чтобы свидетели не знали, о чем рассказывали их предшественники. Процессуальное законодательство запрещает свидетелям присутствовать в зале суда до допроса, чтобы их показания были объективными и на их точку зрения не влияла информация других очевидцев.
Лях добавила, что вместе с тем журналисты могут передавать впечатления свидетелей об увиденном, эмоции, которые вызвал у них «панк-молебен», и другие подробности.
Позднее руководитель пресс-службы Мосгорсуда Анна Усачева пояснила «Интерфаксу», что журналисты имеют полное право на освещение открытого судебного процесса, включая прямое цитирование и анализ полученной информации. Вместе с тем она отметила, что в ходе освещения открытого судебного процесса прессе «следует учитывать распоряжения председательствующего по делу судьи, а также руководствоваться как действующим законодательством, так и здравым смыслом».
«Прежде всего, надо сказать, что есть ст. 241 УПК России «Гласность», – прокомментировал газете ВЗГЛЯД адвокат, член Общественной палаты Анатолий Кучерена. – В данной статье четко указано, как проходит разбирательство уголовного дела в наших судах. Практически во всех случаях у нас разбирательство открытое, за исключением случаев, предусмотренных 241-й статьей: когда это может привести к разглашению государственной или иной охраняемой законом тайны, когда рассматриваются дела о совершении преступлений лицами, не достигшими 16 лет, и так далее.
Что касается рассуждений по поводу ст. 278, где речь идет о допросе свидетелей. Вполне возможно, что сами свидетели могут поставить так вопрос перед судом: чтобы данные о самом свидетеле не были в публичном пространстве. Если речь идет о необходимости обеспечения безопасности свидетеля, тогда такой вопрос абсолютно корректен и может встать в ходе рассмотрения уголовного дела. Он может сказать, что не хочет, чтобы его снимали или кто-то писал то, что он говорит. Тогда судья должен сам в каждом конкретном случае принимать решение».
«Если процесс открыт, то лица, присутствующие в зале, по закону вправе вести аудиозапись и письменную запись. Проведение фото- и видеосъемки допускается только с разрешения председательствующего в судебном заседании», – добавил он. «Есть еще ст. 49 закона «О средствах массовой информации», где речь идет об обязанностях журналиста. Здесь акцент делается на то, что надо соблюдать особую осторожность, когда идет публикация информации, связанной с судопроизводством: принцип презумпции невинности и ряд других вопросов. Сам автор статьи, когда освещает судебные события, должен соблюдать корректность в соблюдении морально-этических норм», – обратил внимание Кучерена.
«Я думаю, что это неразумно, потому что общественное внимание очень приковано к этой ситуации, – заявил газете ВЗГЛЯД председатель Союза журналистов Всеволод Богданов. – Наверное, необходимо было сделать так, чтобы было понятно, чего добиваются органы власти. Чтобы была понятна истина, кто прав, кто виноват, было бы целесообразно, чтобы общество увидело, что это за люди и что происходило на самом деле».
Противопоказаний к суду нет
Между тем самим подсудимым внезапно потребовалась медицинская помощь, для чего к зданию, где проходил процесс, прибыли врачи.
Вскоре машины медиков уехали, госпитализация девушкам не понадобилась. Врачи заявили, что состояние здоровья подсудимых позволяет им принимать участие в дальнейших судебных заседаниях.
Скорые были вызваны для Марии Алехиной, которая почувствовала себя плохо. «Сейчас врачи сделали ей уколы, и она чувствует себя немного лучше, однако о полноценном участии в судебном заседании речь идти не может», – сообщил Николай Полозов.
Позднее скорая вновь была вызвана к зданию суда. В этот раз медицинская помощь понадобилась и одному из адвокатов – Виолетте Волковой.
«Все подсудимые и адвокат были осмотрены. У адвоката Виолетты Волковой нормальное давление, нормальный пульс, от кардиограммы она отказалась», – сказала судья Марина Сырова. Она добавила, что у подсудимых все показатели в норме, показаний для госпитализации нет, по заключению врачей все они здоровы. «Врачи продолжить процесс разрешают», – отметила судья.
Когда участниц Pussy Riot провели в зал, то на вопрос о самочувствии они ответили: «Нормально».
«Сговор сторон»
В ходе заседания обе стороны заявили отвод судье. «Адвокат потерпевших заявил отвод судье Сыровой. Интересный поворот. Теперь все понятно. Решили перехватить инициативу. Еще вчера Волкова заявила, что планирует отвод», – сообщил адвокат подсудимых Николай Полозов в своем микроблоге в Twitter.
«Накануне Волкова (один из адвокатов Pussy Riot Виолетта Волкова – прим. ВЗГЛЯД) видела, как судья и адвокаты потерпевших общались наедине. Сейчас истребуем видеозаписи с камер наблюдения в суде», – написал Полозов.
Адвокат потерпевших Алексей Таратухин сказал, что судья нарушает их права. Позволяет адвокатам защиты комментировать ответы потерпевших. «Ваша честь, пожалуйста, отведитесь», – попросила Волкова. «Потерпевшим отведена роль статистов в этом спектакле, мы на это не согласны», – добавил Таратухин.
«Два адвоката пришли к судье за справками о занятости в процессе, встретились, а теперь обвиняют ее в сговоре», – заявил прокурор Никифоров.
«Итак, обе стороны заявили отвод судье Сыровой. Причем по одинаковым основаниям – сговор. Мы предложили просмотреть видеорегистратор. Однако заявители потерпевших не хотят установить истину. Чего проще: взять официальную запись и все посмотреть? Но чуда не будет. Она всем откажет. Правда, этот ПОЗОР навсегда», – прокомментировал в своем микроблоге в Twitter адвокат Pussy Riot Марк Фейгин.
Все просьбы об отводе судья отклонила.
#{crime}Недобровольная голодовка
Во время допроса потерпевших обвиняемая Мария Алехина заявила, что требует на время прекратить суд. «Я не могу участвовать в процессе. Мы не спали, и нас не кормят. Это пытки!» – возмутилась она. Судья отметила, что «врачебные справки из СИЗО говорят о том, что подсудимые могут участвовать в процессе», и предложила приступить к допросу следующего потерпевшего. Она также сообщила, что сегодня «будет выделено время для того, чтобы они могли поесть».
Мария Алехина, чтобы утолить голод, попросила разрешения съесть огурец, на что также получила отказ. «Когда был процесс по Магнитскому, судья Криворучко не разрешил ему налить в стакан кипяток, чтобы он мог заварить себе «Доширак», и это стало легендой. А теперь легендой стали вы как судья Сырова, которая запретила Алехиной съесть огурец», – прокомментировала решение судьи адвокат подсудимых Виолетта Волкова, передает РАПСИ.
Противоположная сторона тоже призналась, что устала, но судья Марина Сырова не сочла это поводом прерывать процесс.
Виновники душевных ран
На предыдущем заседании защита участниц Pussy Riot в очередной раз заявила свои ходатайства о вызове свидетелей, о возвращении дела прокурору и проведении новой психолого-лингвистической экспертизы. В этот раз адвокаты решили не вызывать в суд президента России Владимира Путина, а ограничиться только патриархом Кириллом. Но, несмотря на это, судья Марина Сырова отказала защитникам во всех просьбах.
Как сообщала газета ВЗГЛЯД, в прошедшие дни были допрошены девять потерпевших по делу. Все потерпевшие заявили, что выступление участниц Pussy Riot нанесло им душевные раны, однако все они также отказались от материальных претензий к обвиняемым.
Ранее на суде защита зачитала мнение подсудимых на обвинительное заключение. В нем девушки признали, что совершили ошибку, устроив «панк-молебен» в храме Христа Спасителя, и принесли свои извинения верующим. При этом Надежда Толоконникова*, Мария Алехина и Екатерина Самуцевич отказались признавать себя виновными в инкриминируемом им преступлении.
На судебном заседании во вторник сторона защиты и сами подсудимые обратили внимание на схожесть показаний потерпевших, которые были идентичны и сделаны «под копирку». «Мы обнаружили, что показания двух разных потерпевших содержат одинаковые куски текста, даже с одинаковыми орфографическими и грамматическими ошибками. Это значит, что следователь не записывал показания со слов потерпевших и свидетелей, а сам писал все, что ему было угодно, а они, не глядя, подписывали», – сказал адвокат Николай Полозов.
Он подчеркнул, что это означает, что материалы уголовного дела сфальсифицированы. «Более того, у нас не совпадают номера страниц дела, из чего мы сделали вывод, что более 100 листов были вшиты в него незаконно», – добавил адвокат.
Полозов заявил ходатайство об оглашении показаний двух потерпевших для сравнения. Однако суд отказался сравнить письменные показания потерпевших.
К предварительным слушаниям по делу участниц Pussy Riot суд приступил 20 июля. В ходе заседания, которое проходило в закрытом режиме, судья удовлетворила ходатайство следствия и продлила трем обвиняемым: Марии Алехиной, Надежде Толоконниковой и Екатерине Самуцевич – срок содержания под стражей до 12 января 2013 года.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом