На фоне молитвенного стояния в защиту веры и автопробегов в поддержку РПЦ вышедших на улицы родителей и учителей практически никто не заметил. Хотя прошедшая 21 апреля в Петербурге акция отличалась креативностью – собравшиеся «изгоняли бесов невежества и клерикализма».
С решением о закрытии школы должны согласиться и педагоги, и родители, и жители конкретного района
В Москве на митинге было немного народу – собралось около 400 родителей, а также школьных и вузовских педагогов. Больше всего среди митингующих оказалось тех, кто недоволен слиянием московских школ. Были здесь и представители общественного движения, выступающего за изменение школьного меню, а также представители крупнейших вузов – МГУ, РГГУ, Бауманки. К концу митинга люди, вышедшие на площадь со столь разными требованиями, решили объединиться, чтобы дальше защищать образовательный процесс в столице. В следующую субботу должно пройти первое заседание вновь созданной инициативной группы.
Претензии к проекту
До вступления в силу ФЗ-83 (закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений») осталось чуть больше двух месяцев. И хотя в некоторых регионах он уже начал действовать, противники закона уверены, что только после 1 июля мы в полном объеме сможем оценить все последствия изменений.
Организатор протестных акций – межрегиональный профсоюз работников образования «Учитель». Его сопредседатель Андрей Демидов говорит, что у педагогов и родителей претензии не только к ФЗ-83, но и к закону об образовании, который еще не принят.
«Есть два проекта закона об образовании – подготовленный Минобразом и альтернативный, так называемый смолинский. Нам ближе проект Олега Смолина, но при существующем балансе сил в Госдуме у него практически нет шансов на прохождение», – сказал в интервью газете ВЗГЛЯД Демидов.
Основные претензии к проекту, подготовленному Министерством образования, касаются оплаты труда учителей и финансирования школ в целом.
«В смолинском проекте заложены некие параметры, ниже которых не может быть финансирование школ. В минобразовском проекте нет конкретных показателей. Принципиальным моментом представители профсоюза считают и зарплату преподавателей (педагогических работников детсадов, преподавателей школ и вузов). Хотя, надо признать, что то, что предлагает Смолин (параметры финансирования школ – прим. ВЗГЛЯД), было и до него, в предыдущем законе. Но поскольку эти нормы не выполнялись, видимо, министерство решило, что они вообще не нужны.
«В законопроекте написано, что при расчете зарплаты педагогического работника надо исходить из показателя не меньше среднего по экономике данного региона. Это та установка, которую дал Путин. Ее заложили в проект Минобраза. Мы же предлагаем, как в законе от 1991 года, исходить не из средней зарплаты по экономике, а из средней в промышленности. Все-таки повыше будет зарплата у педагогов. Кроме того, она должна быть средней по России, а не по конкретному региону. В Трудовом кодексе есть норма: за равный труд – равная зарплата. Но труд один, федеральная программа одна, а зарплаты у учителей в регионах очень разные. Ну и сама зарплата должна рассчитываться исходя из нормы рабочего времени», – считает Андрей Демидов.
Но если вышеизложенные претензии касаются непосредственно педагогов, то другая проблема затрагивает всех – учителей, школьников, их родителей. Речь идет о развернувшемся процессе слияния, реорганизации и ликвидации школ и учреждений дополнительного образования.
«Этого категорически делать нельзя, кроме совсем крайних случаев. С решением о закрытии школы должны согласиться и педагоги, и родители, и жители конкретного района. По сельским школам это прописано в законе. Но сейчас в регионах очень лихо закрывают школы, делая это в два приема. Сначала школу реорганизовывают, сливают ее с другой. И на это не требуется согласия жителей. Она становится филиалом. А потом филиал закрывают, что не запрещено законом. Поэтому мы считаем, что в законе надо четко прописать, что согласия схода требует не только ликвидация, но и реорганизация школы. И реорганизация не должна сопровождаться сокращением образовательных услуг, предоставляемых населению. Норму эту нужно распределить не только на село, но и на города», – пояснил Андрей Демидов.
#{interviewsociety}Сейчас профсоюз «Учитель» подготовил письмо, которое будет направлено депутатам всех фракций.
«Мы хотим, чтобы они поддержали эти наши предложения. Даже если не пройдет проект Смолина – а мы реалисты и понимаем, что весь проект не пройдет – мы будем бороться за эти изменения уже во втором чтении», – поясняет Демидов.
Со стороны может показаться, что вся эта история носит политический характер. Однако за смолинский проект выступают педагоги, придерживающиеся самых разных политических взглядов. Собственно, им вообще неважно, кто из политиков защитит интересы образования.
Отменить без рассмотрения
Пожалуй, ни один из федеральных законов за все последние годы не вызывал такой негативной реакции, как ФЗ-83. Ну, разве что закон о прохождении техосмотра. Профсоюз «Учитель» требует отмены ФЗ-83.
«Его надо отменять. Если в нем и есть какие-то полезные элементы, они могут быть интегрированы в закон об образовании», – говорят педагоги.
Претензий к закону (особенно со стороны представителей системы образования) – множество. Главное, что в нем не устраивает – ориентированность на зарабатывание бюджетными учреждениями денег. Не может школа до бесконечности придумывать и предлагать услуги. Да и что она может дополнительно создать, кроме платных кружков и платной подготовки дошкольников?
По сути, то, что еще недавно было бесплатным, превращается в коммерческое. А в детсадах произвольно увеличивается стоимость посещения. Например, в Коми детские сады уже перевели в автономные учреждения. В итоге родительская плата выросла в четыре раза, при этом качество услуг осталось на том же уровне, что и было.
«Государство говорит школам – привлекайте частный капитал. Но капитал преследует одну цель – прибыль. А сфера общего интереса – образование – вступает с ним в противоречие. Есть еще одна опасность: сначала государство – единственный учредитель, потом – один из них, а потом и вообще может выйти. При этом школа может быть обанкрочена.
Есть все основания полагать, что в результате коммерциализации бюджетной сферы качество т.н. услуг в образовании, медицине и культуре ещё более упадёт
В наших российских условиях ведь меры никто не знает. Школы будут банкротиться, перепрофилироваться. В результате мы потеряем ряд образовательных учреждений. А наиболее уязвимые районы – села и небольшие города, где платежеспособность населения минимальна», – уверен Андрей Демидов.
Депутат Госдумы Олег Смолин также полагает, что ФЗ-83 совершенно невозможно улучшить, а поэтому его надо отменить. По его словам, по ФЗ-83 государственные и муниципальные учреждения оказались лишенными главного – свободы выбора. Они не могут по собственному желанию избрать статус казенного учреждения, то есть получить государственные гарантии в полном объеме, а могут лишь получить статус автономного или бюджетного учреждения с так называемыми расширенными правами.
В этой ситуации честнее было бы говорить «с усеченными финансовыми гарантиями».
«В настоящее время главной задачей государственных учреждений является предоставление людям социальных благ, а после вступления закона в силу главным станет зарабатывание денег. Однако еще сто лет назад выдающийся экономист и социолог Макс Вебер доказал: принципы работы организаций в коммерческом секторе (секторе бизнеса) и в некоммерческом секторе должны различаться до прямой противоположности. Есть все основания полагать, что в результате коммерциализации бюджетной сферы качество т.н. услуг в образовании, медицине и культуре ещё более упадёт. С таким мнением солидаризируются многие граждане страны», – рассказал газете ВЗГЛЯД Олег Смолин.
По мнению Смолина, принятие закона приведёт к росту социального напряжения в обществе: «Поскольку его действие проявится не сразу, это напряжение вряд ли проявится взрывным образом, как это было после принятия ФЗ № 122 (о «монетизации»), но, скорее, будет накапливаться постепенно, создавая потенциальные и трудно прогнозируемые угрозы. В свое время, выступая на пленарном заседании Государственной думы, я заявил, что в определённом смысле этот закон может считаться экстремистским, поскольку его реализация явно увеличит общее недовольство граждан своим социальным положением, а значит, и недовольство властями. Причем с достаточной вероятностью можно прогнозировать стихийные проявления этого недовольства, не укладывающиеся в действующее законодательство».
Логика противников закона состоит в том, что бюджетные учреждения, вынужденные любыми путями зарабатывать деньги, будут делать это прежде всего за счёт карманов граждан. Другими словами, закон приведёт к вытеснению бюджетного образования, медицины и культуры платными услугами.
Бесплатность вопреки
Однако существует и противоположная точка зрения.
Заместитель руководителя Комиссии по развитию образования Общественной палаты, доктор педагогических наук Любовь Духанина считает, что ФЗ-83 вовсе не отменяет гарантий на бесплатное образование.
«Образование не перейдет на коммерческое финансирование. Это не так. Понимаете, коммерческое финансирование подразумевает полностью оплату обучения родителями. У нас есть Конституция, которая гарантирует бесплатное образование в объеме государственного стандарта. А вот механизмы обеспечения могут быть разными», – пояснила газете ВЗГЛЯД Любовь Духанина. По мнению Духаниной, главная проблема ФЗ-83 – в усложнении бюрократических процедур.
«Государство обязано финансировать из бюджетных средств всю образовательную программу в объеме государственного стандарта. И тут ничего не меняется. То, что сейчас бесплатно, бесплатным и останется. Но ведь у нас сегодня в образовательных учреждениях довольно большой объем платных услуг. Вопрос идет только о том, чтобы все денежные потоки были прозрачными и чтобы родитель действительно мог контролировать и использование бюджетных средств, которые получает образовательное учреждение, и использование денежных средств, которые поступают от родителей. Я считаю, что этот закон не отменяет гарантий на бесплатное образование. Другое дело, что он осложняет процесс получения денежных средств. Вот над этим как над управленческой структурой надо работать. Ее надо упрощать, чтобы не было большого количества бумаг», – считает Любовь Духанина.