В четверг директор департамента имущественных отношений Минобороны Дмитрий Куракин сообщил, что глава ведомства Сергей Шойгу поручил проработать вопрос о возвращении министерству ряда проданных с нарушениями объектов.
Лучше не связывать требование о признании сделки недействительной с уголовным делом
При этом, по его словам, ведомство может столкнуться с трудностями при возвращении этого имущества, если формально все сделки были проведены законно. Куракин привел пример с продажей квартиры. «Если вы продали квартиру, а через месяц поняли, что вы продешевили, никто вас не заставлял», – сказал Куракин, отметив, что, как в этой ситуации, так и в ситуации с имуществом Минобороны, суд может встать на сторону покупателя.
В настоящее время сделки, которые в Минобороны считают проведенными с нарушениями, фигурируют в уголовных делах, возбужденных Следственным комитетом. По данным следствия, чиновники Минобороны выбирали из имущественного комплекса Оборонсервиса наиболее привлекательные объекты, участки и акции, вкладывали в недвижимость огромные бюджетные средства, а затем продавали по ценам на сотни миллионов рублей ниже рыночных аффилированным с компанией «Оборонсервис» коммерческим структурам. Ущерб превысил 3 млрд рублей.
Сергей Пашин (Фото: ИТАР-ТАСС) |
Речь идет, в частности, об участке земли в три гектара в Темрюкском районе Краснодарского края, который был незаконно отчужден у государства чиновниками департамента имущественных отношений Минобороны, который возглавляла Евгения Васильева. На этой земле на государственные деньги был построен загородный комплекс более чем за 300 млн рублей, а впоследствии участок был продан всего за 92 млн рублей. В Москве был продан комплекс зданий государственного проектного института, который занимался проектированием объектов в интересах обеспечения обороноспособности страны. Сумма контракта составила на 282 млн рублей ниже рыночной. «Еще три здания в самом центре Москвы и земельный участок под ними были проданы за более чем 700 млн рублей, что как минимум на 200 млн меньше рыночной стоимости. А всем известная гостиница «Союз» и земельный участок под ней на Университетском проспекте столицы были проданы всего за 600 млн рублей, что в полтора раза ниже рыночной стоимости», – говорилось в сообщении СК.
По данным «Новой газеты», покупателем гостиницы Союз стало ООО «Бизнес-Инвест», а в настоящее время объект принадлежит некоему ООО «Холдинг Веста». Расположенный по соседству Дом приемов Минобороны (1,4 тысячи кв. метров) был куплен ООО «Комбинат питания «Арбат» (актуальное наименование – ООО «Пром-Инвест») за 647,7 млн рублей при начальной цене 440,7 млн рублей.
Конечным бенефициаром ООО «Коммандит сервис», которой достались объекты, является бизнесмен Константин Гогелия, имя которого фигурировало в истории с распродажей стратегического запаса горючего, предназначенного для использования в чрезвычайных ситуациях и хранившегося на нефтебазах в пригородах Тбилиси. Между тем в четверг ООО «Коммандит сервис» распространило заявление, в котором говорится о том, что в сделке не было ничего противозаконного. Там отметили, что предметом сделки стал не весь нефтеперевалочный комплекс, а всего 12 объектов, на использование которых в составе комплекса имеется вся разрешительная документация.
Из сообщения следует, что эти 12 объектов были построены предприятием «Коммандит Сервис» в 2005 году «на его же собственные денежные средства на сумму 630 млн рублей в рамках общего проекта по созданию всего нефтеперевалочного комплекса». Затем они были переданы государству в лице территориального управления Федерального агентства по управлению федеральным имуществом по Мурманской области (ТУ ФАУФИ) и сразу же взяты в аренду «Коммандит Сервисом» сроком до 31 декабря 2037 года. В 2010 году, добавляют в письме, помещения передали в пользование Минобороны, при этом ООО «Коммандит Сервис» остался арендатором данных 12 объектов, а когда они были выставлены на торги, приняло в них участие и купило. «Коммандит Сервис», приобретая имущество, дважды оплатила его: первоначально, когда построила объекты, и в результате последней сделки, выплатив выкупную стоимость вторично», – говорится в сообщении.
О том, что юридически может сделать Минобороны в данной ситуации, если захочет вернуть имущество назад, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал федеральный судья в отставке, заслуженный юрист России Сергей Пашин.
ВЗГЛЯД: Сергей Анатольевич, есть ли в данной ситуации юридические возможности для того, чтобы эти сделки были аннулированы?
Сергей Пашин: Надо читать договоры. Есть, собственно, два способа. Первый: расторжение сделки по обстоятельствам, указанным в самом договоре. А второе – это суд. Сделки, заключенные под влиянием обмана, и вообще сделки, которые заключены противно интересам и уставным целям тех, кто этим занимается, тоже могут быть аннулированы по решению суда, а стороны возвращены в прежнее состояние. Это называется двусторонняя реституция.
ВЗГЛЯД: Какие условия необходимы для двусторонней реституции?
С.П.: Обращение одной из сторон. Теоретически может вмешаться прокурор, но, видимо, не в данном случае, потому что Министерство обороны – орган дееспособный и в зависимости не находящийся. Обратиться должны те структуры, которые, будучи юридическими лицами, заключали контракт.
ВЗГЛЯД: Какие доводы они могут привести в свою пользу?
С.П.: Скажем, сделки заключены под влиянием обмана или других обстоятельств, или носили коррупционный характер, то есть сделки были заключены вопреки воле и намерениям организации, самочинно.
ВЗГЛЯД: Какую роль может сыграть тот факт, что по этим сделкам расследуются уголовные дела?
С.П.: Вот это как раз для гражданского процесса плохо: судья, скорее всего, примет заявление, но приостановит производство до решения уголовного суда. Так что лучше не связывать требование о признании сделки недействительной с уголовным делом. Лучше указать, что оформление не такое или чиновник ненадлежащий, что-то в этом духе. А когда уголовное дело закончится и что там будет, мы не знаем.
ВЗГЛЯД: Следователи, расследующие уголовные дела, считают, что стоимость их была существенно занижена. В Минобороны уже высказали сомнения, что этот довод будет звучать убедительно в суде...
С.П.: Сама по себе заниженная стоимость – никогда. Надо доказать именно коррупционную, преступную составляющую, а это только после решения уголовного суда. Если организация действует себе в убыток и если она дееспособна, это, в общем-то, ее проблемы. Это ваше дело, по какой цене продавать. Само по себе это не повод. Заключили сделку, а потом спохватились: «Оказывается, мне не так выгодно». Ну и что? Надо было раньше думать.
ВЗГЛЯД: Если Минобороны получит обратно имущество в рамках двусторонней реституции, что ждет покупателей?
С.П.: Они получат деньги, которыми они расплачивались. Если это гражданский процесс и он не основан на приговоре уголовного суда, то это оно и есть: стороны возвращаются в прежнее состояние.
ВЗГЛЯД: И, на ваш взгляд, для Минобороны проще всего было бы пойти именно таким путем?
С.П.: Во всяком случае, быстрее.