Общественный совет (ОС) при Минобороны на одном из ближайших заседаний планирует обсудить выполнение программы по утилизации боеприпасов и обеспечение мер безопасности военнослужащих, принимающих участие в этих работах.

Те, кто говорит, что нужно передать процесс утилизации промышленности и проводить ее безвзрывным способом, не представляют себе природу этого процесса

«Мы намерены внимательно изучить весь комплекс проблем утилизации боеприпасов и ракет с истекшими сроками хранения, включая меры контроля за соблюдением техники безопасности, инструктаж привлекаемых к этим работам военнослужащих, их социально-бытовые условия в местах дислокации центров утилизации, систему премирования за выполнение опасных работ», – сказал РИА «Новости» председатель ОС Игорь Коротченко.

Он отметил, что в ходе предстоящего заседания ОС рассчитывает получить от Минобороны информацию о том, когда, где и в какие сроки предполагается постройка новых, отвечающих мировым стандартам арсеналов и хранилищ боеприпасов, а также о дополнительном использовании возможностей предприятий ОПК для утилизации снарядов без взрывов на основе новых технологий.

«Важно понять, что еще нужно сделать для того, чтобы полностью исключить в процессе утилизации взрывы на полигонах, зачастую приводящие к гибели личного состава, повреждению имущества граждан, значительному экологическому ущербу», – добавил Коротченко.

По его словам, ОС, опираясь на рекомендации профильных экспертов и специалистов, может подготовить и внести на рассмотрение военного ведомства свои предложения по совершенствованию системы мер безопасности при проведении работ по утилизации и уничтожению устаревших боеприпасов.

Кроме того, в Общественной палате (ОП) России в экстренном порядке создается рабочая группа по отслеживанию и мониторингу утилизации боеприпасов методом подрыва, которые в настоящее время осуществляются в рамках Вооруженных сил.

«Мы считаем, что необходимо поднять общественность, чтобы прекратилось это варварство, связанное с утилизацией боеприпасов методом подрыва. Для этой цели в срочном порядке наша комиссия создает рабочую группу», – заявил глава комиссии ОП по национальной безопасности Александр Каньшин, передает «Интерфакс».

В эту рабочую группу войдут правозащитники, представители Комитета солдатских матерей и других общественных организаций, а также бывшие военнослужащие, которые хорошо знают специфику утилизации старых боеприпасов. Каньшин сообщил, что руководителем рабочей группы назначен член комиссии Общественной палаты Богдан Новорок.

По словам Александра Каньшина, члены рабочей группы будут с выездом на место осуществлять мониторинг и общественный контроль за тем, как ведется утилизация боеприпасов в местах их подрыва.

Глава комиссии ОП отметил, что применяемые в России методы уничтожения старых боеприпасов несовершенны и опасны, они приводят к человеческим жертвам.

Как сообщала газета ВЗГЛЯД, 9 октября на полигоне Донгуз в Оренбургской области произошел несанкционированный подрыв снарядов. По данным источника, взрыву предшествовал пожар, который возник в ящиках с боеприпасами.

По сообщению командования, произошли взрывы 4 тысяч тонн снарядов, из них: 1,379 тысячи тонн – 100-мм снарядов, 400 тонн – авиационных бомб, 2,3 тысячи тонн – 280-мм реактивных снарядов системы «Ураган». На данный момент взрывы прекратились, место происшествия осматривают следователи.

Позже в регистратуре центральной районной больницы Оренбургского района сообщили, что в медучреждение поступили четверо пострадавших в результате взрыва, однако руководитель пресс-службы Центрального военного округа Ярослав Рощупкин утверждает, что в результате ЧП никто не пострадал ни среди военнослужащих, ни среди гражданского населения.

Между тем военные прокуроры заявили, что предупреждали командование Центрального военного округа об угрозе несанкционированных взрывов на полигоне Донгуз и требовали через суд запретить там взрывные работы, сообщил главный военный прокурор Сергей Фридинский.

Что становится причиной взрывов на арсеналах и о том, как с этой проблемой бороться, газете ВЗГЛЯД рассказал председатель Общественного совета при Минобороны России Игорь Коротченко.

ВЗГЛЯД: Игорь Юрьевич, почему военные решили прекратить утилизацию на Донгузском полигоне только после четвертого взрыва в этом регионе?

Игорь Коротченко: Очевидно, что каждое происшествие такого рода вносит определенные корректировки. К сожалению, это выясняется уже по результатам ЧП. Но в целом объем советского оружейного наследства настолько велик, что утилизация боеприпасов будет занимать еще достаточно продолжительное время и, как это ни покажется печальным, будет сопровождаться инцидентами.

Поскольку правила безопасности детально разработаны, а инструктажи проведены, можно рассчитывать на сознательность военнослужащих. Однако практика показывает, что безалаберность, либо халатность, либо нарушения техники безопасности встречаются достаточно часто и практически в 100% случаев произвольных взрывов. В этом-то и кроется главная проблема – в человеческом факторе.

ВЗГЛЯД: Главный военный прокурор Сергей Фридинский заявил, что руководству Донгузского полигона уже делалось предупреждение о невозможности проведения утилизации там из-за выявленных многочисленных нарушений. Почему военные не послушались и не прекратили утилизацию раньше?

И.К.: Мне неизвестно, получали ли военные на Донгузском полигоне предупреждения. Обычно, когда ГВП выносит какие-то предупреждения, на них следует незамедлительная реакция. Для начала необходимо разобраться в ситуации. Но в целом главная проблема кроется в том, что отдельные военнослужащие отступают от правил техники безопасности.

Поэтому необходимо более тщательно подбирать людей для команд, занимающихся утилизацией, проводить тщательный инструктаж и вводить меры материального поощрения за опасную работу. Надо стараться, чтобы для решения задач по утилизации в первую очередь привлекались профессионально подготовленные военнослужащие, которые способны соизмерить степень риска со своими действиями.

ВЗГЛЯД: А можно ли при утилизации применять безвзрывные методы?

И.К.: Те, кто говорит, что нужно передать процесс утилизации промышленности и проводить ее безвзрывным способом, не представляют себе природу этого процесса. Потому часть боеприпасов расснаряжать промышленным способом невозможно. Боеприпасы приходят в такое состояние, что максимум, что с ними можно сделать, – это изъять из хранилища, со всевозможными мерами предосторожности перевезти куда-то на ближайшие площадки, которые позволяют проводить утилизацию методом подрыва.#{weapon}

Боеприпасы невозможно перевозить на большие расстояния, промышленность не сможет их расснаряжать способами, которые сегодня существуют. Потому что боеприпас в таком состоянии, что с ним в любой момент может что-то произойти. Советское наследство находится в очень опасном состоянии. Промышленность может утилизировать только 15–20% от всего объема. Их технические ресурсы не позволяют перерабатывать то огромное количество боеприпасов с истекшими сроками хранения. Поэтому армии приходится самой решать эти проблемы.

ВЗГЛЯД: Какие еще полигоны могут быть закрыты?

И.К.: Скорее всего, это будет комплексное решение специальной комиссии. Затрудняюсь давать какие-либо оценки, в данном случае должна прозвучать точка зрения специалистов-взрывотехников.

ВЗГЛЯД: Кроме человеческого фактора, что может случить причиной несанкционированных детонаций боеприпасов?

И.К.: Целый класс боеприпасов находится в таком состоянии, что их утилизация возможна только методом прямого контролируемого подрыва. Поэтому часть таких боеприпасов придется уничтожать на местах с максимальными мерами предосторожности. Если этой проблемой занимались 15–20 лет назад, у нас бы сейчас не возникало ситуации, когда боеприпасы складированы еще сразу после Великой Отечественной войны и до сих пор лежат в арсеналах. И естественно, что они за эти годы пришли в такое состояние, что их трогать-то опасно, не то что утилизировать. Но, тем не менее, приходится этим заниматься, потому что сейчас арсеналы и склады зачастую находятся в городской черте, а это опасное соседство надо прекращать.

ВЗГЛЯД: Глава комиссии ОП по национальной безопасности России Александр Каньшин заявил, что «на опасных работах задействованы солдаты срочной службы – это просто мальчишки, абсолютно неподготовленные к этим опасным работам по перевозке устаревших боеприпасов». Действительно это так?

И.К.: Прежде чем приступить к утилизации, люди проходят подготовку. И не может быть такого, чтобы взяли солдата-призывника и поставили на эти работы, ничему не обучив.

ВЗГЛЯД: Еще Каньшин сообщил, что при ОП срочно создается рабочая группа по отслеживанию и мониторингу утилизации боеприпасов методом подрыва. Как будет осуществляться работа этой группы?

И.К.: Со стороны Общественного совета при Минобороны готовы к тесному взаимодействию и координации действий, чтобы исключить ЧП при утилизации боеприпасов. Разумеется, что и с Александром Николаевичем Каньшиным, и его коллегами по Общественной палате, экспертами, которые войдут в рабочую группу, готовы к сотрудничеству. Нужны предложения, особенно экспертные, чтобы обезопасить процесс.

ВЗГЛЯД: Какие, на ваш взгляд, необходимо предпринять меры, чтобы в дальнейшем избежать взрывов на арсеналах?

И.К.: Нужно уже сейчас закладывать и создавать новые арсеналы и базы хранения, которые были бы безопасными, то есть построенные по новым методикам, с компьютерным поштучным учетом боеприпасов. Также надо разрабатывать и производить серийно боеприпасы, которые даже при горении в штабелях не детонируют, а просто выгорают. Такие виды и их укупорки разрабатываются активно на Западе.