В пятницу ситуация в Египте, где происходит противостояние властей и масс протестующих, начала стремительно накаляться. Демонстранты штурмуют здания МИД и телецентра, волнения и беспорядки распространяются по городам, сообщается о погибших.
#{image=482023}Газета ВЗГЛЯД обратилась к президенту Института Ближнего Востока Евгению Сатановскому с просьбой прокомментировать, какую подоплеку имеют события в арабской республике и с какими их последствиями может столкнуться Россия.
ВЗГЛЯД: Евгений Янович, после переворота в Тунисе ситуация в Египте обострилась...
Евгений Сатановский: Обострилась – это уже не то слово. Это что-то вроде революционного переворота, а точнее попытки революционного переворота. Поступает какая-то странная информация. Выяснилось, что в Египте расходятся подготовленные инструкции по проведению революционного восстания – по сети египетских блогеров, с одного почтового ящика на другой. Эти сообщения попали в руки корреспондентов «Аль-Джазиры». В общем, это хорошо подготовленные указания, где собираться, куда идти.
Современные электронные средства массовой информации дают великолепную возможность брать мосты, телеграфы и почту. И это все хорошо организуется. Плюс Эль Барадей, которого задержали, «Братья мусульмане*», неожиданно попавшие во всю эту мясорубку, там всех лидеров арестовали.
Восстание идет очень мощное. Девять городов, горят автомашины, счет погибших идет уже на десятки, как сообщают мне напрямую по дипломатическим источникам. Не два-три, а много. Часть полиции перешла на сторону народных масс. Все это мне начинает напоминать «Три толстяка» Олеши с Эль Барадей в роли Тибула.
У Мубарака два варианта. Он может подавить все большой кровью. Очень большой кровью, как китайцы на площади Тяньаньмынь. Но у него просто нет таких ресурсов – ни возрастных, ни силовых. Либо ему придется все передавать главе спецслужб Сулейману. Брать власть и удерживать ее больше некому. О сыне президента Гамале Мубараке (которого готовили в преемники – прим.) как о будущем правителе Египта можно забыть.
Не исключено, что когда все это раскачается и разнесется вдребезги, в конечном счете «Братьев мусульман» вынесет на верхушку политической пирамиды. Но какой кровью и через какое время, мы пока не знаем.
ВЗГЛЯД: Обычно принято рассматривать три версии переворотов в арабских странах: военная хунта, исламисты и происки Запада. Не могли бы вы рассмотреть вероятность этих версий в сегодняшних событиях?
Е.С.: Есть еще четвертая, новая сегодня версия. Гарант, по-русски говоря, настохорошел населению. Вот он пахал, пахал как раб на галерах, но благодарности никакой. Потому что если ты пашешь 24 года, как в Тунисе, или 42 года, как Каддафи в Ливии, или 30 лет, как Мубарак в Египте, или 32 года, как в Северном Йемене, или ты султан Кабуса (султан Омана – прим.), у которого в связи с сексуальной ориентацией детей нет, а ты уже не мальчик, как-то получается все ближе и ближе к перевороту. Я уже не говорю про саудовскую геронтократию, там наследным принцам в районе 80 лет. Там до сих пор дети короля ибн Сауда передают власть друг другу. На дворе уже XXI век, а ибн Сауд жил еще во времена Ленина и Сталина.
Народной массе все это безобразие как-то не нравится: десятки лет один и тот же человек, он уже никуда, часто синильный, а еще дикая коррупция зажравшегося и заворовавшегося окружения и жен с детьми. Социальный лифт нулевой. Жуткая нищета, в которой живут где-то 80 миллионов человек, в Каире 28 миллионов. Причем Каир – один из самых грязных, если не самый грязный мегаполис мира, там с воздухом и водой катастрофа. От четверти до трети египетского хлеба – американская благотворительная помощь. Да, Нил – самая большая река Африки, но толку-то что? Он пересечен Асуаном. В январе отделился Южный Судан, референдум прошел. Джуба (столица Южного Судана) строит гидроузлы на верхнем течении Нила, это вопрос трех, максимум пяти лет. И что тогда будет со стоком в Египет? Это будет просто катастрофа. Без воды жить хуже, чем без нефти, не проживете.
#{image=481787}Поэтому вся эта геронтократия сносится масштабными народными волнениями. Ни про какой Запад здесь даже говорить не надо. Никакой сумасшедший с Запада не стал бы раскачивать эти лодки. Про того, кто раскачивает... Можно с интересом посмотреть на канал «Аль-Джазира» и понять, является ли он рукой катарского эмира, или просто журналисты дают информацию, как у них принято, максимально объективно, а дальше трава не расти и стирайте с карты режим Мубарака, если что-то произойдет. Это отдельная тема, но точно не Запад.
Военные... Это не переворот, чтобы военные пришли к власти. Как раз наоборот, все нынешние власти – это либо консервативные или неконсервативные монархии, как в Марокко, в Саудовской Аравии, Эмиратах и других малых монархиях залива, либо это диктаторы, имевшие отношение к ВВС, к Генштабу, к разведчикам – эти люди составляли костяк революций в 50-х годах. Есть еще небольшая прослойка партийных функционеров типа Саддама Хусейна. Но, кстати говоря, например, даже король Абдалла II был при батюшке главой иорданских коммандос-десантников.
Силовики кончились, давно кончились по всему исламскому миру. Это может быть хунта, как алжирская или турецкая, но они уже сходят на нет. В Турции их в сентябре убрали от власти, в Алжире пока у власти, но кто знает...
ВЗГЛЯД: То есть можно сказать, что в Тунисе и Египте мы наблюдаем революцию снизу, имеющую социальные причины и похожую на аналогичные европейские?
Е.С.: Не исключено, что да, со своей спецификой. Хотя в аналогичных ситуациях в Европе отсутствует исламский фактор, слава тебе, господи. А на Ближнем Востоке он присутствует везде. Я часто повторяю: везде в конце туннеля присутствует бородатый человек в чалме и с автоматом. Даже во время исламской революции в Иране, где масса светских лидеров – от коммунистов до умеренных торговцев, поддержавших аятоллу Хомейни – в какой-то момент оказались в ситуации, где вообще никого не осталось, кроме исламских лидеров. И в арабском мире сегодня начинается политическая исламизация ровно по такому же принципу.
ВЗГЛЯД: Как бы вы определили роль исламского фактора в нынешней ситуации?
Е.С.: Примерно такая же, как у Ясира Арафата и первой интифады в Израиле. Она началась без малейшего участия Арафата, он понятия не имел, что она началась. Как только узнал, он ее оседлал, и на ней много полезного себе потом сделал.
Здесь то же самое. Понятно, что это делали не мусульмане. Взрыв готов. Людей подавляли десятилетиями. Они готовы по любому поводу выйти на улицу. Повод нашелся.
ВЗГЛЯД: То есть, по вашему прогнозу, реализуется сценарий, когда плодами революции воспользуется не тот, кто ее делал?
Е.С.: Ну так всегда бывает.
ВЗГЛЯД: Будет ли, на ваш взгляд, волна восстаний распространяться дальше, на соседние страны?
Е.С.: Мы все время говорим про арабский мир. Не хотите посмотреть, что будет происходить, например, в тропической Африке? Что будет происходить с Нигерией, у которой север мусульманский, а юг христианский, в основном, жестко конфликтующий с севером? Арабский исламизированный север был сшит с христианским и языческим югом англичанами и французами, так, кстати говоря, Судан и покололся. Идет раскол всего, что возможно. Какие-то государства уже не существуют. Сомали – уже давно де-факто не государство, Ирак и Афганистан – это территории, которые как-то оккупировали западные страны, но совершенно не создали государственную инфраструктуру. Дальше все это может полететь.
Евгений Сатановский отмечает опасности, которыми чреваты происходящие в арабских странах события (фото: ИТАР-ТАСС) |
ВЗГЛЯД: Но Тунис и Египет – не Сомали, это достаточно стабильные страны...
Е.С.: А кто сказал, что революции происходят в странах с нищим населением? Да никогда этого не будет. Революции происходят в странах сытых, устоявшихся, где есть образованная прослойка, не находящаяся у власти и без малейшего шанса к ней быть допущенной.
В Тунисе зеленщик покончил с собой. Зеленщик с высшим образованием! Пришел местный ОМОН и сказал: «Справка есть? Нет? Денег дай». Зеленщик покончил с жизнью. Потому что высшее образование дает ему возможность понять, насколько никчемную жизнь он ведет и насколько у него нет шансов...
В этой ситуации Египет с колоссальной технической интеллигенцией, старыми университетскими традициями, университетом Аль Асхар, где колоссальное исламское влияние на ситуацию – половина идеологов «Аль-Каиды*» пришла из Египта.
#{image=481791}Египет очень уязвим. Что мы, собственно, и видим.
ВЗГЛЯД: В каких других странах наиболее велика вероятность полыхнуть?
Е.С.: Йемен. Катастрофическая ситуация. И рядом с Тунисом Алжир, где теплится и вот-вот может взорваться гражданская война. Алжир хуже Египта, Йемен хуже Алжира. Йемен – это катастрофа. В столице Сана складывается ситуация, когда уровень воды – ноль. Первая столица мира, полностью оставшаяся без воды. Все население под наркотиками, под катом. Что же, несчастные наркопотребители так и должны сидеть? Будет взрываться. Ситуация препаршивейшая, честно говоря.
ВЗГЛЯД: В связи с происходящим в Тунисе и Египте имеют место единичные случаи, или идет переформатирование всей политической карты региона?
Е.С.: Эффект домино. Судан, от которого никто ничего не ожидал, взорвал ситуацию. Это очень опасно, и ничего хорошего с этим сделать нельзя.
ВЗГЛЯД: Каковы ваши прогнозы? Придут ли там к власти фундаменталисты, или все-таки это будут относительно светские, интегрированные в мировое сообщество режимы?
Е.С.: Если вы сейчас идете по Египту, вы видите в Александрии женщин в чадре, чего в жизни никогда не было. Идет резкое усиление по всему политическому региону. Кончился светский арабский мир. Кончился арабский мир социалистической ориентации. Кончился, в конце концов, милитаристский хунтовый арабский мир. Исламистская система гораздо более жесткая и всеохватывающая, и ей необходимо, чтобы она была монопольной. Она и стремится это создать.
ВЗГЛЯД: Как, на ваш взгляд, Россия должна действовать, реагировать, принимать какое-то участие во всех этих процессах?
Е.С.: Во-первых, нам нужно эту заразу к себе не занести. Пару лет назад рубили, с трудом зарубили щедрое предложение университета Аль Асхар за русские деньги учить всех наших муфтиев. И некоторые из нашего высокого начальства это поддержали. Понятно, что эти муфтии сейчас бы здесь такое устроили, на Северном Кавказе, в Татарстане, Башкортостане – легко.
Во-вторых, у нас и масса студентов в этом самом Аль Асхаре учится. Нелегалы обратно возвращаются жесткими радикалами. Все это показывает статистика. Исключения подтверждают правило, потому что исключений практически нет. Нам нужно включить очень серьезный фильтр по террористам. В Домодедово прослеживается арабский след. Лицо человека – не кавказское. Плюс шрапнель, которую он взорвал – так называемая палестинская гранитная бомба. Основной удар нанес гранитный щебень на взрывчатке, который не ловится металлодетекторами. Это палестинская технология. Сейчас это может пойти косяком.
На всех картах джихада Россия есть цель. Как и Америка, как и Европа. Идеи о том, что мы близки к исламскому миру как православные, очень интересные, но осталось только, как говорится, уговорить невесту. Надо объяснить «Аль-Каиде», что мы к ней близки. По Буденновску, Беслану, Норд-Осту, терактам в метро и в аэропорту я как-то боюсь, что не поверят.
Ситуация со взрывами для нас главная проблема и опасность сейчас. Необходимо жесточайшее восстановление тотального контроля за всем, что происходит у исламистов на дальней периферии и на подступах к столице и крупным городам. Ничего умнее, к сожалению, сказать не могу, потому что революции и бунты склонны распространяться.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ