В Петербурге в понедельник открылся форум «Атомная энергия, общество и безопасность». Представители Росатома рассказали общественности, что будущее страны невозможно представить без атомной энергетики. Более того, она будет играть еще более серьезную роль, чем сейчас. Но питерских журналистов, присутствовавших на форуме, прежде всего интересовал вопрос, что это за радиоактивные отходы прибыли несколько дней назад в Петербург, а потом отправились куда-то по железной дороге.
Вагоны с этой гадостью продолжают поступать из-за границы в Петербург, а оттуда на Урал и в Сибирь
Директор Департамента по работе с общественными организациями и регионами Росатома Игорь Конышев заверил собравшихся, что волноваться не стоит: «Я уже много раз повторял, что мы не ввозим в страну иностранные ядерные отходы. А отвальный гексафторид урана, который прибыл в порт Петербурга, – это ценное сырье».
Экологи Петербурга, однако, абсолютно не согласны с позицией Росатома. Они говорят, что Россия – единственная страна в мире, которая в промышленных масштабах завозит из-за границы на свою территорию отвальный гексафторид урана.
По российскому законодательству ввоз радиоактивных отходов в страну запрещен, но существуют юридические тонкости, которые позволяют продолжать завозить опасные вещества. О них корреспонденту газеты ВЗГЛЯД рассказал активист «Беллоны» Рашид Алимов: «Согласно закону об использовании атомной энергии, радиоактивными отходами называют ядерные материалы и радиоактивные вещества, дальнейшее использование которых не предусмотрено. Представители Росатома заверяют нас, что с этим самым гексафторидом в перспективе можно будет что-то сделать, а значит, формально это не отходы. Но что на практике представляет это «ценное сырье»?
Из отвального гексафторида урана извлекается какая-то часть урана, а остальное, то есть отходы, остается в России лежать мертвым грузом. И эта оставшаяся часть достигает до 90% от груза. Атомщики говорят о том, что когда-то, может быть лет через 50–100, изменятся технологии и удастся доизвлечь эту оставшуюся часть. После чего это уже будут не ядерные отходы. Но пока никто этого не сделал. И вагоны с этой гадостью продолжают поступать из-за границы в Петербург, а оттуда на Урал и в Сибирь».
В последний раз отходы с немецкого обогатительного комбината в Гронау приплыли в Северную столицу в ночь на 17 апреля. Теперь, после того как их перегрузили с корабля по вагонам поезда, они отправились в путешествие по России. По сведениям «Беллоны», поезд пройдет через Киров, Пермь, Екатеринбург и окажется в Новоуральске Свердловской области.
Насколько опасны вагоны с «ценным сырьем»? Перед отъездом активисты экологических организаций («Беллоны» и «Экозащиты») замерили радиационный фон на определенном расстоянии от поезда (близко подойти не удалось) и он составил 228 микрорентгенов в час. Это примерно в 10 раз больше нормы (20 микрорентгенов в час).
«После чернобыльской аварии продолжаются глобальные споры о мере воздействия радиации на человека. Всемирная организация здравоохранения, например, дает данные, что число жертв катастрофы – 4 тыс. человек, другие источники приводят цифру в 60 тысяч, третьи – 120 тысяч. Известно, что острая лучевая болезнь (когда человек получает ожог и в течение нескольких дней умирает) наступает при радиации, исчисляемой не в микрорентгенах, как в нашем случае, а в сотнях рентгенов, – объясняет Рашид Алимов. – Известны случаи, когда в атомной подводной лодке одни получали очень большую дозу радиации, а другие практически никакой. То есть влияние радиации носит вероятностный характер. Но в любом случае работа с этими отходами ничего хорошего не дает, это дополнительная нагрузка на организм. А что касается безопасности в более широком смысле, то помимо риска для отдельных людей, живущих рядом с портом, работающим на железной дороге, существует риск и транспортных аварий».
В последнее время суда с радиоактивным грузом на борту приходят в Петербург регулярно. Последнее судно прибыло в апреле, до этого в марте и январе. Экологи узнают о таких фактах от своих иностранных коллег и устраивают в порту или на железной дороге акции протеста. Порой митинги заканчиваются вмешательством милиции.
«Интересно, что в США скопилось примерно столько же отвального гексафторида урана, сколько в России, – примерно 700 тыс. тонн. И в Германии, во Франции похожие проблемы. Единственное отличие – они нашли способ постепенно избавляться от них, вывозя их в РФ. А Россия – единственная, кто их принимает, – говорит эколог. – Кто-то смотрит на это с позиции экономической выгоды. Но даже с этим тезисом сложно согласиться. По нашим данным, Россия получает за это меньше, чем стоит хранение бочек с этими отходами в Германии».