Сообщения о возможной продаже Тегерану ракетных комплексов большой дальности С-300 появляются с периодичностью от одного до нескольких раз в год уже лет десять. Причем чаще всего в качестве источника фигурируют иранские высокопоставленные официальные лица. В этот раз СМИ ссылаются на министра обороны страны Мостафу Мохаммада Наджара и заместителя председателя парламентской комиссии по национальной безопасности и внешней политике Исмаели Косари, заявления которых были распространены по каналам официальных агентств IRNA и FARS.
Сообщения о возможной продаже Тегерану ракетных комплексов большой дальности С-300 появляются с периодичностью от одного до нескольких раз в год уже лет десять. Причем чаще всего в качестве источника фигурируют иранские высокопоставленные официальные лица
Косари утверждает, что Москва и Тегеран вели переговоры в течение нескольких лет и теперь близки к завершению сделки. Напомним, что ранее, 6 октября, с аналогичным заявлением выступил официальный представитель иранского МИД Хасан Гашгави. Любопытно, что на сей раз Гашгави не подтвердил, но и не опроверг новое сообщение. «Пока никакого рапорта из соответствующих органов по этому вопросу в МИД не поступало, и я не в состоянии подтвердить или опровергнуть информацию о поставках ракет», – приводит слова дипломата РИА «Новости».
Когда речь идет о демонстрации потенциальной военной мощи, иранские официальные лица не стесняются приукрашивать факты. Примеров тому немало. Так, немного осовремененные истребители американского производства Northrop F-5 Freedom Fighter, спроектированные почти полвека назад, выдаются за самолеты последнего поколения Saege, собственные клоны китайских противокорабельных ракет С-801/802 Silkworm («в девичестве» – советские П-15М комплекса 4К51 «Рубеж», на вооружении с 1960 года) – за «вундерваффе», способное полностью воспретить судоходство на всей протяженности Ормузского пролива, а копию 76-миллиметровой итальянской корабельной артустановки Otto-Melara (лицензия на производство которой закуплена еще при шахе, а производство с трудом освоено совсем недавно) преподносят как «не имеющую аналогов в мире».
При этом стараниями местных «фотошоперов» пара прототипов Saega превращается в авиакрыло, а звено «модернизированных» МиГ-29 на одной из авиабаз на поверку оказывается мастерски выполненной местным любителем стендового моделизма диорамой с использованием пластмассовых моделей-копий. Главное – надуть щеки и объявить всему миру, что чудо-оружие создано исключительно гением местных инженеров, без иностранной помощи, единственно произволением Аллаха.
В общем-то, весь остальной мир знает цену подобным заявлениям и не особенно напрягается по их поводу. Хотя даже подустаревшие «Силкуормы» (хотя определение «устаревшие» справедливо только на фоне самых современных образцов: большинство стран о таком оружии может только мечтать, да и китайцы хорошо постарались в модернизации П-15) – действительно очень грозная сила, с которой придется считаться любому агрессору: пара удачных попаданий способна угробить эсминец и тяжело повредить авианосец. Иное дело, когда речь заходит о таких образцах, как С-300: это оружие с серьезной репутацией. Остановить агрессию оно не сможет, но потрепать агрессора так, что о цене потерь придется крепко задуматься, способно. Конечно, при условии грамотного применения.
Собственно, это и вызывает показные неврозы у израильских политиков, озабоченных ядерной программой Ирана. Действительно, отсутствие у Хусейна сколько-нибудь серьезной ПВО (плюс отличное планирование и помощь со стороны США) позволило израильтянам 7 июня 1981 года совершить налет на иракский исследовательский реактор в Озираке, что в результате привело к полному сворачиванию военной ядерной программы в этой стране. Тогда непосредственно в налете участвовало всего 14 боевых самолетов (ударная группа и прикрытие). Израиль неоднократно заявлял, что в случае необходимости такой авианалет может быть совершен и на иранские объекты.
Между тем в случае развертывания 5–6 дивизионов С-300 вокруг ядерного центра в Парчине только для подавления иранской ПВО, без чего эффективность удара не гарантирована, придется задействовать до полусотни самолетов. Как минимум столько же потребуется для воздушного прикрытия ударных групп, да и самолетов, задействованных непосредственно для поражения объекта, потребуется больше – ведь иранские реакторы, как считается, расположены в хорошо оборудованных укрытиях. При этом непосредственно над объектом атакующих встретят ракеты комплекса ближнего действия «Тор-1М», недавно поставленного Тегерану, так что часть сил придется выделить на их нейтрализацию и подавление.
Считается, что для осуществления такого налета израильтяне должны будут задействовать не менее половины всей своей боевой авиации, при этом потери от ПВО никто оценить не берется. Оставшуюся часть самолетов придется держать на постоянном боевом дежурстве в течение многих месяцев в ожидании возможных ответных действий со стороны арабских союзников Тегерана. Это, в свою очередь, потребует длительного колоссального боевого напряжения всей израильской армии и всего государства, отвлечения людских ресурсов (учитывая особенности комплектования армии) и, что немаловажно, огромных расходов. Вряд ли Израиль был способен пойти на такие жертвы и прежде, а в условиях мирового кризиса – и подавно. А с учетом потенциальной угрозы со стороны С-300 такая операция без непосредственного участия США перемещается в область несбыточных мечтаний.
Желание сохранить за собой гипотетическую возможность нанести такой удар самостоятельно, без прямого вмешательства союзников, заставляет израильтян предпринимать активные действия по линии дипломатов. Местная русскоязычная радиостанция «Седьмой Канал» сообщает, что в ближайшее время для консультаций по поводу возобновления переговоров между Россией и Ираном о продаже систем ПВО/ПРО в Москву прибудет, чтобы выразить озабоченность, один из самых высокопоставленных представителей силовых структур, начальник военно-дипломатического отдела минобороны Амос Гилад.
В ходе двухдневного визита в Москву Амос Гилад встретится с начальником генштаба российской армии, главой ГРУ, руководителями Минобороны и дипломатами. Помимо переговоров о продаже Россией Ирану ракет С-300 Гилад также затронет иранскую ядерную программу и поставки российского оружия «Хезболлах» через Сирию.
В этой истории примечателен еще один момент: противостояние израильского МИД и МО по вопросам поставок оружия третьим странам вообще и военно-технического сотрудничества с Россией в частности.
Так, еще во время «пятидневной войны» МИД рекомендовал правительству полностью прекратить поставки вооружений в Грузию. «Израилю нужно проявлять максимальную осторожность в эти нелегкие дни, – сказал высокопоставленный политический источник «Седьмого канала». – Русские продают много оружия Ирану и Сирии, и не нужно давать им предлог для продажи новейших вооружений. В тот же день, когда мы захотим предотвратить сделки по продаже российского оружия Ирану, наши руки должны быть чисты». Сохранить «чистые руки» не удалось – ракета Python 4, используемая в израильском комплексе ПВО Spider, безошибочно опознается на этом видео.
Вместе с тем глава израильского внешнеполитического ведомства Ципи Ливни, лидер партии «Кадима», полагает, что поставки беспилотных самолетов-разведчиков Hermes 450 в нашу страну (напомним: такую возможность не исключает министр обороны Сердюков, и, по слухам, такие переговоры сейчас ведутся) могли бы способствовать улучшению взаимоотношений. Однако, как сообщала на прошлой неделе газета Ma’ariv со ссылкой на собственные источники в израильском министерстве обороны, это ведомство выступает против продажи беспилотников на основании того, что такие продажи могут способствовать утечкам секретов третьих стран, прежде всего США.
Сомнительно, что «Гермесы» содержат какие-то чрезвычайные американские секреты, скорее всего, такое противостояние вызвано тем, что теперешний глава израильского МО Эхуд Барак возглавляет главного конкурента «Кадимы» на предстоящих 10 февраля выборах в местный парламент – партию «Авода». В любом случае, предстоящий визит Гилада если не расставит точки над «i», то прояснит ситуацию.