«На следующий год у нас идут новые машины БМПТ – боевая машина поддержки танков. Это первый заказ. Это наш совершенно новый продукт. Первые две машины будут нам поставлены уже на следующий год», – приводит слова генерального директора предприятия «Уралвагонзавод» Николая Малых «Интерфакс». Кроме того, директор предприятия сообщил, что Министерство обороны также заказало партию новейших танков Т-90 для российской армии.
В случае полномасштабного конфликта советская стальная лавина могла бы раскатать тонким слоем силы НАТО по всей Европе
За 90 лет с момента первого появления на поле боя танк стал самой грозной сухопутной боевой машиной. С тех пор, как первые «резервуары» (по-английски ‘tank’ – так назывались новые машины в английских документах Первой мировой по соображениям секретности, позднее имя прилипло) вступили в бой в ходе сражения на Сомме 15 сентября 1916-го. Танк был и остается одним из важнейших инструментов для решения боевых задач на суше.
Мощь и эффективность танков оказалась такова, что против них было создано огромное количество специализированных средств уничтожения. Противотанковая артиллерия, ракетные комплексы, самонаводящиеся и самоприцеливающиеся боевые элементы реактивных систем залпового огня, противотанковые вертолеты, мины, ручные гранатометы и реактивные противотанковые гранаты – и список еще не полон.
В немалой степени столь бурному развитию противотанковых средств способствовали два обстоятельства: ошеломляющий успех германского «блицкрига», в котором первую скрипку играли подвижные танковые соединения панцерваффе, и подавляющее качественное и количественное превосходство бронетанковой техники СССР по сравнению с НАТО, вызвавшее на Западе настоящую танкобоязнь.
Действительно, всего пару десятилетий назад в составе только западных округов и групп войск Советского Союза было около 60 тыс. танков. Подавляющее большинство машин относилось к новым по тем временам образцам: Т-64А и Т-64Б, Т-64БВ, Т-80Б, Т-80БВ, Т-72А и Т-72Б. При этом вся группировка НАТО в Европе тогда насчитывала 27 тыс. танков, из них новые машины типа Leopard 2, М1 Abrams и Challenger, способные успешно им противостоять, составляли только примерно одну десятую.
Считалось, что в случае полномасштабного конфликта советская стальная лавина сможет раскатать тонким слоем силы НАТО по всей Европе от Вислы до Лисабона за считаные дни, даже в условиях применения ядерного оружия.
Неудивительно, что в таких условиях насыщению пехоты недорогими, мобильными и эффективными противотанковыми средствами уделялось и уделяется особое внимание.
Если прежде угрозу для танка представлял расчет противотанкового орудия в составе нескольких человек, то теперь опасны даже 1–2 пехотинца, вооруженные ПТУР или РПГ.
Собственно, это стало понятно на завершающем этапе Второй мировой, когда в подразделения вермахта стали в массовом порядке поступать первые практически пригодные к боевому применению образцы ручного противотанкового оружия: «офенрор», «панцеркнаке» и даже противотанковые пистолеты (точнее, противотанковые гранаты к сигнальным ракетницам) – все то, что наши ветераны скопом называют «фаустпатронами».
Потери от «фаустников», особенно в городских боях, были не фатальны, но весьма болезненны, а главное, наличие таких средств на вооружении пехоты негативно сказывалось на боевом духе танкистов, вынудив их действовать «с оглядкой», куда осторожнее, чем прежде.
Но при всей своей мощи и защищенности танк в бою часто бывает бессилен против современных противотанковых средств. Установить на основной боевой танк (ОБТ) еще и комплекс вооружения, способный эффективно решать задачи зачистки поля боя от средств ПТБ, невозможно по элементарным компоновочным соображениям – в результате получается здоровенный «монстр» весом за сотню тонн. Одно время бытовали даже теории о скорой смерти танка как средства вооруженной борьбы.
Одним из выходов из сложившегося тупика представляется максимально возможное освобождение основного боевого танка от несвойственных ему задач. А для этого нужна принципиально новая машина.
Танк – это средство прорыва обороны, которое прокладывает дорогу пехоте, уничтожая все то, что может ей помешать: танки, боевые машины пехоты и бронетранспортеры, пулеметные расчеты и даже снайперов. А вот все то, что может помешать танкам, – гранатометчики, расчеты ПТУР – должно уничтожаться пехотой или средствами поддержки танков.
Собственно, БМПТ и должна выполнять эти задачи, действуя непосредственно в боевых порядках танковых подразделений. Последнее обстоятельство и привело к рождению нового класса боевых машин. Для решения своих задач БМПТ должна обладать подвижностью, а главное – защищенностью на уровне не хуже, чем у основных боевых танков, совместно с которыми ей предстоит действовать.
Обычные БТР и БМП, особенно современные, обладая превосходной подвижностью и подходящим вооружением, на порядок уступают танкам в защите. В бою они погибнут первыми, так и не выполнив своих задач, после чего настанет очередь танков.
Исходя из этих соображений и проектировалась БМПТ. В первом приближении это тот же танк, но с принципиально иным вооружением. За основу уральской машины взято шасси танка Т-72 со всеми присущими ему элементами бронезащиты.
Это позволяет частично унифицировать ОБТ и БМПТ по запчастям и упростить ремонт, кроме того, часть БМПТ может быть получена путем модернизации линейных танков, в том числе и тех, что планируются к утилизации: с хорошей защищенностью, но морально устаревших по вооружению.
После капитальной модернизации на эти шасси может быть установлен новый боевой модуль БМПТ, который включает две 30-миллиметровые автоматические пушки 2А42, 7,62-миллиметровый пулемет ПКТМ с электромеханическим приводом и прицелом ПНК и пусковые установки с четырьмя сверхзвуковыми управляемыми по лазерному лучу противотанковыми ракетами «Атака-Т», которые пробивают любую броню, бетон укреплений и командных пунктов, а также способны поражать противотанковые вертолеты в режиме висения.
Второй модуль корпусного вооружения состоит из двух курсовых автоматических гранатометов АГ-17Д и управляется двумя операторами дистанционно. АГ-17Д обеспечивают поражение целей в ближней зоне (до 1000–1200 метров). Все это позволяет БМПТ с экипажем в пять человек одновременно работать по нескольким целям.
По словам главкома сухопутных войск Алексея Маслова, до 2010 года войска получат роту БМПТ. Это, конечно, капля в море, но надо учитывать, что это принципиально новая, революционная машина.
Ее необходимо испытать, причем в условиях реального конфликта, найти наилучшую тактику боевого применения, выработать принципы взаимодействия с другими видами оружия, прежде всего – с танками, уточнить и, если надо, изменить состав вооружения и оборудования.
Короче говоря, пока за рубежом теоретизируют относительно необходимости БМПТ как таковой, в России начинается серьезная практическая работа по формированию облика нового класса боевых машин, которые, возможно, повлияют на способы вооруженной борьбы так же, как в свое время повлиял на них танк.