Удивительно, но, по мнению немецких журналистов, ссылка на президентский пост – это прекрасная новость для Урсулы и для женщин в целом. «Она была первой женщиной на посту министра обороны Германии, первой женщиной на посту главы Еврокомиссии и первой женщиной–президентом ФРГ. Этот пост станет венцом ее политической карьеры», – пишет Spiegel. Однако сама фон дер Ляйен вряд ли так считает.
«Должность президента Германии абсолютно церемониальная, в то время как должность главы Еврокомиссии очень важная, с колоссальными властными полномочиями», – объясняет газете ВЗГЛЯД замдиректора Центра комплексных европейских и международных исследований Дмитрий Суслов.
Более того, по словам Суслова, за последние несколько лет эти полномочия существенно увеличились за счет национальных правительств стран – членов ЕС. Брюссель даже пытается контролировать общую оборонную политику, для чего был создан пост еврокомиссара по обороне и космосу. Его занял Андреас Кубилюс – бывший премьер Литвы, мощной космической державы.
Кубилюс будет курировать выполнение озвученного фон дер Ляйен плана по перевооружению ЕС общей стоимостью 800 млрд евро. Иными словами, у главы ЕК есть не только полномочия, но и контроль за колоссальными денежными потоками.
Урсула фон дер Ляйен по праву считает все это своим личным достижением. «Она использовала и войну на Украине, и борьбу с ковидом для того, чтобы расширить собственную власть и власть Еврокомиссии над ЕС», – говорит Дмитрий Суслов. Наверняка она хочет пользоваться этими достижениями еще как минимум четыре года – срок ее полномочий заканчивается в 2029-м.
Однако у канцлера Германии Фридриха Мерца другие планы. «Урсула на протяжении последних многих десятилетий была политическим соперником Мерца внутри блока ХДС-ХСС. А сейчас Мерц, очевидно, метит на роль политического лидера Европы», – говорит Дмитрий Суслов. В интересах канцлера отправить главу Еврокомиссии в почетную ссылку, либо заняв ее место самому (непопулярному Мерцу сулят досрочную отставку с первых дней канцлерства), либо поставив туда марионетку.
Вероятно, Мерц считает, что ряд национальных государств поддержат его амбиции, потому что им не нравится политика Урсулы фон дер Ляйен. «Правление Урсулы усилило власть брюссельской бюрократии, усилило власть Еврокомиссии, но существенно ослабила Европу, в какой-то степени даже заложило мину замедленного действия под самим Европейским союзом», – считает Дмитрий Суслов.
В своем стремлении к личной власти Урсула нарушила систему сдержек и противовесов между национальными и наднациональными органами управления. Евросоюз создавался как добровольное объединение стран с передачей Брюсселю полномочий только в отдельных областях, и национальные государства всегда скептически относились к стремлению глав ЕК к своему усилению.
Например, попытка принять общеевропейскую конституцию провалилась на взлете – на первом же национальном референдуме, который прошел во Франции в 2005 году. А стремление централизовать власть другими способами привела к выходу Великобритании из ЕС.
Благодаря пандемии, украинскому кризису и масштабной антироссийской истерии Урсуле удалось навязать национальным правительствам согласие на усиление своих полномочий.
Но это усиление не привело к видимым положительным результатам.
Прежде всего потому, что ее политика подорвала и продолжает подрывать экономическую конкурентоспособность ЕС. Отказ от российских энергоносителей, более жесткая политика в отношении Китая и наконец заключение невыгодной и унизительной торговой сделки с Дональдом Трампом. Все это показывает, что Урсула фон дер Ляйен не оправдала выданный ей вместе с полномочиями кредит доверия.
Это, по мнению национальных стран и части европейской бюрократии, может стать проблемой не только для Урсулы, но и для всего Евросоюза. Ее неэффективное использование полномочий приводит к усилению партий евроскептиков и, соответственно, к дискредитации самой идеи наднациональной европейской интеграции.
«В Брюсселе, как и во многих государствах – членах ЕС, распространилась идея о том, что важнее служить определенным главным принципам или определенным политическим ценностям, чем служить людям. Это странно. Для меня наша первая миссия – служить интересам наших наций», – говорит венгерский премьер Виктор Орбан, старый враг Урсулы.
Но если поставить целью смену главы ЕК, то на кого Урсулу менять? Например, на Мерца.
«Фридрих Мерц еще менее популярный канцлер, чем Шольц по истечении 1100 дней. Однако на евросоюзовском фоне считается, что у него практически нет других конкурентов. Кроме, разумеется, Урсулы», – говорит Дмитрий Суслов.
Действительно, лидер Франции Эммануэль Макрон выглядит еще более слабым, чем Мерц. Его правительство балансирует на грани отставки, а сам президент зарекомендовал себя как человек, который слишком много говорит и слишком мало делает. К тому же он досиживает свой последний срок и воспринимается как хромая утка. А Мерц на подъеме.
Канцлер бодро включился в дело по сдерживанию России и поддержке киевского режима. Причем как на словах (в виде жестких антироссийских заявлений), так и на деле. Например, пообещал финансировать Украину на девять миллиардов евро в год в ситуации, когда, по его же словам, ФРГ как «государство всеобщего благосостояния в том виде, в котором мы имеем его сегодня, больше не может финансироваться за счет того, что мы можем себе позволить экономически».
Проще говоря, на немцев у него денег нет.
Вопрос в том, готова ли Европа к политическому лидерству Германии не через прокладку в лице Еврокомиссии (как это было при Ангеле Меркель) а напрямую. Причем не через призму американской гегемонии, а в условиях ослабления американского контроля над Европой.
«Скорее всего, не готова. Как минимум Польша и Франция не примут это лидерство по историческим и политическим причинам», – считает Дмитрий Суслов.
Не исключено, что попытки Мерца подсидеть Урсулу фон дер Ляйен приведут не к ее отставке, а к усилению хаоса и противоречий внутри Евросоюза, к росту не только антибрюссельских, но и антигерманских настроений в ЕС. Россию это устраивает.