В воскресенье президент Владимир Путин утвердил новую Морскую доктрину и Корабельный устав ВМФ. Церемония подписания состоялась в здании Государственного музея истории Санкт-Петербурга в Петропавловской крепости перед началом Главного военно-морского парада.
Выступая на параде, президент отметил: в новой Морской доктрине Россия «обозначила границы и зоны своих национальных интересов – и экономических, и жизненно важных, стратегических». «Прежде всего это наши арктические акватории, воды Черного, Охотского и Берингова морей, балтийские и курильские проливы. Их защиту будем обеспечивать твердо и всеми средствами», – сказал он.
Ключевым фактором в этом вопросе глава государства назвал возможности Военно-морского флота. «Он способен молниеносно ответить всем, кто решит посягнуть на наш суверенитет и свободу», – подчеркнул Путин.
В новой Морской доктрине (с полной версией документа можно ознакомиться здесь) определены основные угрозы для безопасности России. В их числе – цель США на доминирование в Мировом океане и их глобальное влияние на развитие международных процессов. Кроме того, в качестве угрозы названы продвижение НАТО к российским границам и активизация морских учений близ морей, прилегающих к России.
В числе рисков морской деятельности указывается существенная зависимость России от морских перевозок, несоответствие состояния и состава научно-исследовательского флота современным требованиям и масштабам задач, а также санкции, которые касаются в том числе судостроительных предприятий.
Эксперты отмечают, что новая версия Морской доктрины – хорошо проработанный документ, который призван улучшить ситуацию в Военно-морском флоте РФ. Кроме того, документ отражает сегодняшнюю геополитическую реальность, а одним из важных достоинств доктрины является ее понятность и структурированность.
«Это хороший, детальный документ. Во-первых, стоит обратить внимание на Общее положение. Там даны основные понятия, от которых можно отталкиваться как при работе с документом, так и при оценке нашей военно-морской деятельности», – сказал в разговоре с газетой ВЗГЛЯД научный сотрудник Института мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО) РАН Илья Крамник.
Не менее важно, что в документе сразу даются понятия «национальной морской политике», «морской деятельности» и «национальным интересам». «Хорошо названы все основные угрозы и вызовы национальной безопасности, которые у нас есть на морских просторах, включая как антропогенные, так и природные моменты. И что самое важное – очень подробно и конкретно дано региональное деление», – заметил он.
«Мировой океан очень четко поделен на регионы. И для каждого из них определен свой специфический набор задач. Их будет осуществлять как Военно-морской флот, так и гражданские структуры, которые занимаются морской деятельностью. Государство же должно создать соответствующую инфраструктуру и установить правовые нормы регулирования», – добавил собеседник.
«Этот набор позволяет считать доктрину вполне конкретным документом, задающим понятные и верифицируемые цели. Если же они не будут выполняться, то ответственность за это будут нести вполне конкретные лица. То есть это по-настоящему рабочий инструмент, а не набор благих пожеланий», – утверждает Крамник.
Документ также призван показать миру наши намерения, уверен собеседник. «Мы показываем, что продолжаем свою деятельность в Мировом океане. Кроме того, Россия не откажется от постройки морского флота, а также экономического и военного присутствия в ключевых регионах. Более того, для всех становится понятным, что мы определяем свои цели и задачи, исходя из национальных интересов, вне зависимости от того, кто что думает по этому поводу», – говорит Крамник.
При этом эксперт пока не берется прогнозировать, за какой период времени будут достигнуты все поставленные цели. «Каждая из задач может быть реализована в разном объеме. И нынешние задачи соответствуют сегодняшним мировым реалиям. Со временем они будут меняться, а вслед за ними и задачи. Что касается вопроса денег, то нынешний бюджет вполне достаточен», – пояснил он, добавив, что важно эффективно распорядиться имеющимися ресурсами.
Эксперт также считает, что новая Морская доктрина может открыть дополнительные возможности для развития кораблестроения. «Есть позиции, где мы занимаем если не лидирующее положение, то весьма высокое. В строительстве атомных подводных лодок и ракетного оружия мы – неоспоримые лидеры», – перечислил собеседник. При этом необходимо улучшить работу систем управления, целеуказания и связи, а также использование беспилотников различных типов.
Отдельно эксперт обратил внимание на вопрос строительства авианосцев. «Доктрина говорит о том, что мы должны сохранять производственный потенциал, который позволит строить авианосцы. А уж будет потенциал реализован или нет – это вопрос к конкретным документам, которые примут в рамках реализации Морской доктрины», – считает Крамник.
«Морская доктрина – это наш ответ тем угрозам, которые создают США и НАТО на всех направлениях, включая Артику, Средиземное море, Балтику и отдельно – Калининградскую область. Здесь также следует учитывать вероятное включение Финляндии и Швеции в НАТО», – сказал в разговоре с газетой ВЗГЛЯД военный эксперт, капитан 1-го ранга запаса Василий Дандыкин.
«В документе утверждается, что при необходимости Россия может создать свои базы в других странах мира, где это целесообразно с точки зрения защиты коммуникаций, гражданских лиц и наших интересов в Африке, Азии и Латинской Америке», – заметил собеседник.
Дандыкин указал, что в Морской доктрине также обозначены зоны национальных интересов, прежде всего – на Курилах и в Арктике. Он напомнил, что Министерство обороны России предложило обязать иностранные военные и государственные суда заходить в акваторию Северного морского пути только по дипломатическому разрешению. «Таким образом будет поставлена точка в амбициозных попытках США создать нам неприятности на этом направлении», – подчеркнул военный эксперт.
«Что касается Корабельного устава, также принятого сегодня, то это документ служебного пользования, который также отвечает новым реалиям. Сейчас строится целый ряд новых кораблей, поступают новые средства вооружения, – добавил Дандыкин. – Как сказал верховный главнокомандующий – это гиперзвуковые ракеты «Циркон», которые не имеют аналогов в мире. Несмотря на большие усилия, военные США не смогли приблизиться к созданию чего-либо подобного». Военно-морской флот, несмотря на санкции и давление со стороны Запада, будет получать и новые корабли, и новые средства вооружений. Дандыкин также напомнил, что Корабельный устав принимался в 90-е годы. «Сейчас назрела необходимость уточниться, «осмотреться в отсеках», как говорят моряки», – отметил капитан 1-го ранга запаса.
«Россия не только великая сухопутная держава, что очевидно по границам, но и великая морская держава. Наша страна отличается рекордной в мире площадью морской акватории – 8,6 млн км². Россию омывают три океана – Атлантический, Тихий и Северный Ледовитый. Западным коллегам следует понять, что наступает эра многополярного мира и в этом мире политика России на морях и океанах будет иной», – акцентировал Дандыкин.
В свою очередь капитан III ранга запаса Максим Климов в разговоре с газетой ВЗГЛЯД указал на амбициозность поставленных целей. «Теперь дело за промышленностью, которой предстоит создать новые корабли, и кадровым составом флота, которому придется их освоить в полной мере, – говорит собеседник. –
Исполнение новой Морской доктрины очевидно потребует частичного перераспределения средств и выделяемых ВМФ денег. Возможно, средства должны быть перенаправлены со строительства подводных лодок на надводные корабли, в том числе авианесущие, и морскую авиацию».
Климов также не исключил, что в перспективе возможно развитие успеха в области гиперзвуковых технологий. «При этом необходимо четко понимать, что полная реализация возможностей гиперзвуковых ракет требует качественной системы разведки и целеуказания. И это один из важнейших приоритетов развития Военно-морского флота и Вооруженных сил России», – подчеркнул он.
«Также новая Морская доктрина – это очевидный вызов Соединенным Штатам. Это своего рода заявление о готовности оспорить господство США в Мировом океане для обеспечения выполнения стоящих перед Россией задач», – резюмировал Климов.