Российского президента еще не раз попросят высказаться о попытке импичмента Дональда Трампа, которую демократы начали после появления информации о разговоре президентов США и Украины. Подступившись к тому, что сам Трамп уже назвал «попыткой государственного переворота», демократы начали очень рискованную игру. Рискованную не для Трампа, а для репутации американского государства и той же Украины, которая, вопреки желанию Зеленского, окажется в центре взаимных обвинений демократов и республиканцев.
Россия в этой ситуации может позволить себе шутить, как сделал Путин, отвечая на заседании форума Российской энергетической недели на вопрос о том, будет ли Россия вмешиваться в президентские выборы в США в следующем году:
«По секрету вам скажу: да, обязательно будем это делать, чтобы окончательно развеселить вас там как следует. Только вы никому не говорите».
Но в остальном Путин был серьезен. Говоря о публикации записи разговора Трампа и Зеленского, он заявил, что не увидел в содержании беседы ничего компрометирующего:
«Из того, что мы знаем, я вообще не вижу ничего компрометирующего, президент Трамп обратился к своему коллеге с просьбой расследовать возможные коррупционные сделки бывших сотрудников администрации, в принципе так обязан был поступить любой руководитель государства. Все должны знать... во всяком случае в Штатах имеют право люди знать, были коррупционные там ситуации созданы или нет сотрудниками бывшей администрации, чего здесь такого?
Я не увидел, что в ходе этого телефонного разговора Трамп потребовал от Зеленского этот компромат любой ценой и угрожал ему, что не будет оказывать помощи Украине».
Да и сам скандал с разговором Путин оценил как очередной этап в кампании против президента США:
«Используются любые поводы для атаки на президента Трампа. Теперь это Украина и связанные с ней разборки...
Это лишний раз подтверждает, что мы вообще здесь с первого шага были ни при чем, просто искали повод для атак на вновь избранного президента... Нашли другой повод теперь, этот повод связан с Украиной. Это только подчеркивает, что Россия не имеет к этому никакого отношения».
При этом Путин, отвечая на вопрос о своей близости с Трампом, естественно, опроверг ее. Даже абстрагируясь от американской истерии по поводу того, что «Трамп – марионетка Путина», было бы странно, если бы президент России мог таким образом охарактеризовать свои отношения с человеком, с которым они за два года смогли поговорить всего несколько раз. И почти всегда в присутствии других людей, вовсе не переводчиков. Но при этом Путин назвал их отношения доверительными, что в его устах много значит:
«У нас не было никогда никакой близости, ее нет и сейчас. У нас есть деловые, хорошие, на мой взгляд, достаточно устойчивые доверительные отношения, но близость отношений между мной и президентом Трампом никак не повлияла на внутриполитические дрязги в США... Эти все скандалы внутри США возникли до того, как мы познакомились с Трампом, какая же здесь близость?».
Самым интересным был ответ на вопрос о том, хотел бы он, чтобы его разговоры с Трампом тоже были опубликованы. Такие требования звучат со стороны некоторых конгрессменов-демократов не только сейчас. Еще в прошлом году, после первого и единственного отдельного саммита Путина и Трампа в Хельсинки, в США устроили скандал вокруг их беседы один на один и даже пытались вызвать в Конгресс американского переводчика этого разговора.
Сейчас, на фоне подготовки к началу процедуры импичмента, призывы опубликовать разговоры Трампа и Путина или хотя бы показать их стенограммы Конгрессу, звучат снова. Шансов на это практически нет – Белый дом не пойдет на такой удар по репутации США. Публикация разговора с Зеленским была хоть и опасным прецедентом, но все-таки исключением. Трамп специально пошел на это, желая потушить раздуваемый демократами скандал. Но предать гласности переговоры с президентом России – это совсем другая история.
К тому же Кремль еще на днях сообщил, что подобное обнародование возможно только по взаимному согласию сторон – и если американцы обратятся с такой просьбой, ее можно будет обсудить.
Почти стопроцентно не обратятся. К тому же в среду Трамп сказал, что ему «не очень хотелось» публиковать разговор с Зеленским и он надеется, что «мне не придется делать это снова». Но все равно Путина спросили о его отношении к подобному:
«Я ведь не всю жизнь работаю в том качестве, в котором сегодня нахожусь. Прежняя моя жизнь приучила меня к тому, что любой мой разговор может быть опубликован, и я всегда исхожу из этого.
Поэтому когда пытались какой-то скандал очередной раскрутить по поводу нашей встречи с президентом Трампом в Хельсинки, мы прямо сказали администрации: ну если кто-то хочет что-то узнать – опубликуйте. Мы не против. Уверяю вас, там нет ничего, что бы компрометировало президента Трампа...
Просто они не захотели этого делать, насколько я понимаю, из принципиальных соображений. Есть вещи, которые должны быть закрытыми и все».
В принципе, Путин сказал банальность – понятно, что опыт работы в разведке научил его очень внимательно следить за тем, что он говорит не только публично, но и по телефону (и не только). Став президентом, он еще более внимательно стал подходить к своим разговорам, тем более с иностранными лидерами, тем более по телефону. Да и через переводчика, потому что кто знает, на кого работает человек, который переводит вашу беседу? Неслучайно Путин уже после того, как стал президентом, выучил английский. Естественно, он не может общаться на нем так же свободно, как на немецком, но это позволяет при необходимости перекинуться несколькими фразами тет-а-тет.
Представить себе, что в телефонном разговоре или в беседе через переводчика Путин мог обсуждать с Трампом какие-то щекотливые или даже секретные (в смысле шпионажа) темы, может только воспаленное воображение трампоненавистника и русофоба, причем русофоба абсолютно некомпетентного. То, что два этих качества совмещаются в некоторых нынешних борцах с Трампом, включая конгрессменов и телеведущих – неудивительно. Удивительно, что этим продолжают кормить американскую публику.
Кстати, у Путина уже был случай публикации беседы с ним без его ведома и согласия. В 2002 году он встречался с Андерсом Фог Расмуссеном, датским премьер-министром, ставшим потом более известным в качестве генсека НАТО. Сам же Путин и напомнил об этой истории несколько лет назад:
«Он меня попросил об этой встрече, она не была запланирована. Я согласился, мы встретились, поговорили. Он, оказывается, взял с собой диктофон, тайно записал наш разговор, а потом опубликовал в прессе. Я не мог поверить своим ушам и глазам. Чушь какая-то! Он объяснил это так, что записал этот разговор для истории. Я польщен, конечно, но надо было хотя бы предупредить. Или хотя бы спросить разрешения опубликовать эти переговоры. Какое доверие может возникнуть после таких инцидентов».
Дальше было смешно: сразу после того, как Путин рассказал про эту историю, в НАТО, чьим генсеком тогда был Расмуссен, гневно опровергли российского президента. Шел апрель 2014-го, отношения России и Запада и так раскалились до предела, а тут еще Путин упрекает в неслыханном:
«Эти обвинения совершенно абсурдны. На протяжении всего своего пребывания на посту премьер-министра Андерс Фог Расмуссен никогда не носил диктофона, чтобы записывать переговоры с господином Путиным или кем-то другим... Чтобы отвлечь внимание от собственных незаконных и нелегитимных действий на Украине, Россия выдвинула немало ложных обвинений против НАТО».
Но тут же вмешалась датская пресса – журналист Кристофер Гулдбрансен сообщил, что сам нацепил на Расмуссена этот микрофон, когда снимал документальный фильм «Фог за кулисами»:
«Это произошло только потому, что я прикрепил ему микрофон на пресс-конференции. Он очень внимательно следит, чтобы у него не было микрофона в таких ситуациях».
С той пресс-конференции премьер отправился на встречу с Путиным, после чего записанная беседа и попала в документальный фильм.
То есть с Расмуссена как бы попытались снять ответственность – забыл, не знал. Вот только это не объясняет, почему потом случайную запись все-таки включили в документальный фильм, не спросив разрешения у Владимира Путина.
Да и в том разговоре с Расмуссеном не было ничего заслуживающего внимания, кроме обмена репликами на тему работы прессы: датчанин сказал Путину, что «ваши журналисты критичны не меньше, чем наши», на что Путин по-английски ответил «They are bandits all of them» (Да они все бандиты). Путин периодически использует слово «бандит» в шутливой форме и на русском – вот, мол, бандит какой. Но в отношении тех, кто ведет кампанию против Трампа и Путина, это слово можно употреблять без всякого юмора.