Грузия приняла решение о высылке одного российского дипломата из состава Секции интересов России при посольстве Швейцарии «в знак солидарности с Великобританией». Решение это далось Тбилиси тяжело и не сразу. Грузинское правительство размышляло несколько дней, а изначально, судя по всему, вообще не имело намерения кого-либо высылать.
Чай на Чавчавадзе
По данным газеты ВЗГЛЯД, решение о высылке было принято под давлением американского и британского посольств, при этом грузинская сторона намеренно выторговала себе пару дней. Дело в том, что жители Тбилиси (и не только русскоязычные) активно выражали свое сочувствие России в связи с трагедией в Кемерово. Возле здания посольства Швейцарии на проспекте Илии Чавчавадзе, где располагается российская Секция интересов, даже вырос небольшой мемориал. В самой секции была открыта книга для соболезнований, а ее глава Евгений Конышев лично встречал гостей и давал доброжелательные интервью местным и иностранным СМИ.
Проводить высылку российских дипломатов в такой атмосфере грузинское правительство просто не посмело. Нужно признать, что это выигрышно смотрится в сравнении с поведением некоторых европейских стран, считающих себя особо демократичными и сострадательными. Даже несмотря на то, что отсрочка могла быть продиктована рациональной оценкой последствий, а не эмоциями.
Без эксцессов, понятное дело, не обошлось, но исходили они исключительно от представителей партии Михаила Саакашвили, так называемых «мишистов», которым все трын-трава. К примеру, активист Гиви Кублашвили устроил уличную свару возле гостиницы «Астерион» в Ортачала, требуя снять с флагштока российский флаг. «Грузинские патриоты не потерпят российский флаг в центре столицы. Флаг страны-оккупанта оскорбляет всех грузин. Пусть снимут сами или же мы залезем и снимем!» – заявил он в ожидании гостиничного менеджера. Менеджер пришел и характерно послал активиста, с чем Кублашвили и удалился. И это был, пожалуй, единственный такого рода инцидент в последние дни.
В Секции российских интересов в Тбилиси десять аккредитованных дипломатов, считая Евгения Конышева, который занимает свой пост чуть менее года. Он приехал в Грузию из Армении, где служил генконсулом в Гюмри. После этого состав секции был почти полностью обновлен. Кстати, в Грузии ее называют за глаза «посольством», но с формальной точки зрения никаких функций, кроме консульских, она не выполняет.
Правда, имеется практика работы с российскими гражданами и вообще с русскоязычным населением, что вызывает у грузинских властей неоднозначную реакцию. Предыдущий глава секции Вадим Горелов ввел традицию «чаепитий», на которые можно было записываться через Facebook. Вокруг этой нестандартной практики поднялся типичный для Грузии хайп, в ходе которого местных активистов (в основном русских и армян) стали обвинять в предательстве и коррупции.
Вообще, русская секция ведет себя в Тбилиси довольно активно, несмотря на официальное отсутствие дипломатических отношений. А потому регулярно становится объектом провокаций со стороны нездорово активных блогеров.
Женевские каникулы
Официальный Тбилиси не называет имени высылаемого дипломата, но его ранг и должность в данном случае непринципиальны. Понятно, что для грузинского правительства это демонстративный шаг, избежать которого они не могли в силу своей внешней зависимости.
В этом году Тбилиси старательно пытался избежать резких движений в адрес Москвы, что ему не слишком удавалось в силу специфики двусторонних отношений и грузинского менталитета. Даже обращение премьер-министра Георгия Квирикашвили к Москве, задумывавшееся как примирительное, оказалось выдержано в таком тоне, что российский МИД вынужден был ответить на него хотя и дипломатично, но довольно резко. Москва категорически против выдвижения Грузией каких-либо предварительных условий для возобновления межгосударственного диалога и отсылает грузинских представителей в Женеву, где с 2008 года ведутся бесконечные переговоры в так называемом формате Карасин–Абашидзе.
Последний по времени и 43-й по счету раунд этих переговоров прошел 27–28 марта и закончился, как и ожидалось, ничем. Грузия упорно пытается расширить формат этих консультаций и подключить к ним представителей США, что ничего, кроме резкого отказа, вызвать сейчас не может.
При этом единственный вопрос, который можно вынести за рамки этих встреч как «предварительное условие», а именно подписание декларации о неприменении силы, превратилось в партию пинг-понга. Россия, а вместе с ней Южная Осетия и Абхазия настаивают на том, чтобы Грузия официально, возможно, даже законодательно задекларировала отказ от применения силы в отношении новых республик. Грузия в ответ почему-то требует того же самого от России по принципу «сначала вы, потом мы» и снова попыталась подключить к этой партии американцев, что, дипломатично выражаясь, и сорвало переговоры.
Россия откровенно тяготится женевскими консультациями, поскольку Грузия превратила их в театр и, как говорит МИД, «использует для озвучивания своих идеологических клише». «Вместо этого Грузии следовало бы наконец всерьез задуматься о восстановлении доверия с соседями: начать в Женеве прямой взаимоуважительный диалог с Абхазией и Южной Осетией, отказаться от подстрекательства других стран к визовой блокаде их жителей, отменить закон «Об оккупированных территориях», прекратить срывать культурно-гуманитарные мероприятия республик за рубежом», – подчеркнули на Смоленской площади.
Но, если говорить откровенно, Тбилиси отменит закон «Об оккупированных территориях» только в случае нашествия инопланетян.
Со своей стороны профессиональные дипломаты относятся к женевским консультациям как к любой другой переговорной площадке, на которой реализуется классическая дипломатия, какой ее знают по МГИМО. Но люди иных, в том числе сопутствующих профессий давно воспринимают Женеву как некий ритуал, отказаться от которого не поднимается рука, а инерция велит поддерживать в полуживом состоянии. Срединной позиции между этими подходами нет.
Скорее всего, силами «чистой дипломатии» выход из этого тупика не пробить, а иных инструментов нет. Потому и приходится играть в эти игры с партнерами, одно поведение которых раздражает, не говоря уже об их политической позиции. Оценка необходимости поддержания этого ритуала проистекает, как правило, из личного опыта: те, кто уже сталкивался с грузинской методой «вести дела», ратуют за закрытие формата раз и навсегда, новички же готовы еще пару раз попробовать.
В то же время в Москве все еще сильны позиции тех, кто считает, что женевские переговоры имеют перспективу. Есть там, конечно, и достижения, кроме того, это едва ли не единственная переговорная площадка с Тбилиси. Такая позиция имеет право на существование, но куда более перспективным был бы перевод переговоров в прямой формат Тбилиси–Цхинвал и Тбилиси–Сухум, что требует разрушения уже сложившегося формата.
Это тупик больше идеологический, чем политический. При прочих равных консультации в Швейцарии можно продолжать до бесконечности. За кулисами делегаций их уже давно называют «женевскими каникулами», но даже в современных условиях «чистая дипломатия» – еще не до конца отжившая практика. А традиции – это вообще святое.