Судя по горделивой реплике представителя президента Украины Петра Порошенко в Верховной раде Ирины Луценко, Киев не учел ни одной из претензий России к законопроекту о реинтеграции Донбасса. А это значит, что никакого эффекта, помимо пропагандистского, принятие закона не вызовет.
Зато он де-юре закрепит фактический отказ украинских властей от минских соглашений. Которые, впрочем, и так не выполнялись. Похоже, что с провалом Минска уже смирились и Германия с Францией – если, конечно, Луценко не выдает желаемое за действительное, как это бывает с Киевом регулярно.
Парламентский представитель Порошенко начала рассказ о законе с того, что сообщила о некой «принципиальной новизне»: «Самое важное, что введено, какие новеллы введены в этом законопроекте? В первую очередь, впервые на законодательном уровне будет введено понятие, что Россия является страной-агрессором».
Не очень понятна логика употребления тут слова «впервые». Ранее Рада уже официально признавала Россию «страной-агрессором» – это было 27 января 2015 года, инициаторами стали Юлия Тимошенко, Олег Ляшко и ряд других депутатов. Кроме того, признать Россию агрессором обязали областные рады – что и было сделано в том же 2015 году. Возможно, имеется в виду, что теперь документ, в котором содержатся подобные инсинуации, подпишет президент Украины, но слово «впервые» все равно выглядит странно.
Также, по словам Луценко, в законопроекте введено понятие, что Украина не несет ответственности за то, что делается на временно оккупированной территории. Это уже действительно выглядит неким новшеством. Россия даже в те годы, когда Чечня была де-факто независима, продолжала исполнять социальные обязательства и платить пенсии чеченским пенсионерам. За нарушения прав человека на этой территории западные «правозащитники» также спрашивали с России.
Получается интересная постановка вопроса: «реинтегрировать хотим, отвечать не хотим».
Но, конечно, верхом казуистики является намерение объявить военные действия в Донбассе «самообороной» со ссылкой на статью 51 Устава ООН.
«Это не означает, что мы объявляем России войну, что у нас идет война, нет. Это страна-агрессор. Здесь четко определены международные пункты, которые дают нам возможность это формулировать... Украина имеет право самообороняться. Это, еще раз, не война, а самооборона. И это для того, чтобы Международный валютный фонд давал нам средства, это для инвесторов», – честно призналась представитель Порошенко.
Получается, агрессор есть, самооборона есть, а войны – нет. Ситуация, обратная показанной в запрещенном на Украине российском фильме «ДМБ»: «Ты суслика видишь? И я вижу. А его нет».
Под конец своего выступления Луценко заявила, что Киев уже провел консультации со странами «нормандской четверки» и Соединенными Штатами относительно законопроекта, и никаких возражений документ не вызвал.
К США тут вопросов нет. Поддержание конфликта в Донбассе в тлеющем состоянии выгодно им по всем параметрам – и как средство сдерживания России, и как способ не допустить примирения между Москвой и Киевом, и как способ отвлечь Евросоюз от других мировых проблем, и как потенциальный рынок для продажи оружия и боеприпасов.
А вот заявленное одобрение Франции и Германии вызывает серьезные вопросы к этим странам. Закон, согласно которому страна – участник «нормандской четверки» названа агрессором, закон, который объявляет конфликт в Донбассе международным, закон, который снимает с Украины всякую ответственность за происходящее в регионе, не просто игнорирует минские соглашения. Он им напрямую противоречит.
Таким образом, есть два варианта дальнейшего развития событий. Либо Франция и Германия однозначно выступают против принятия этого законопроекта как полностью перечеркивающего минский процесс. Либо украинский парламент принимает этот закон, президент его подписывает – и после этого стороны уже не считают себя связанными теми договоренностями, что были заключены в Минске.
Судя по тому, что и «хлебное перемирие» в Донбассе, и новое, объявленное в связи с началом учебного года, фактически не соблюдаются, Киев кровно заинтересован в очередном обострении конфликта, чтобы иметь повод в очередной раз обратиться за помощью к Западу и отвлечь внимание собственных граждан от ухудшения экономической ситуации.
Но сам «закон о реинтеграции Донбасса» по сути ничем не будет отличаться от прочих украинских законов, касающихся российского Крыма или непризнанных республик. Он не изменит ничего, кроме юридической фиксации того, что и так очевидно: Киев не намерен соблюдать минские соглашения и не готов признать происходящее в Донбассе гражданской войной.
Так что обсуждать надо не этот сугубо пропагандистский документ, а то, какими методами можно остановить войну.