Согласно новому закону, репатриантом считается лицо, прибывающее на историческую родину как постоянное место жительства. Репатриантов будут обеспечивать питанием и средствами гигиены, а также деньгами на карманные расходы – 200 злотых (то есть около 50 евро) ежемесячно, пока те не найдут работу. Принципиальна помощь с жильем – вновь прибывающие получат от государства финансовую помощь для аренды, покупки или ремонта оного. И если прежде репатрианты, получившие в дар дом или квартиру, обязаны были заплатить налог, отныне они освобождены от этой обязанности.
Если сделать максимально широкую дефиницию, за картами ринутся в том числе такие люди, в помощи которым Россия никак не заинтересована
Ожидается, что в Польшу в течение десяти лет переедут 10–15 тысяч человек. Цифра небольшая, но нужно понимать, что это лишь «вишенка на торте». Сам «торт» – тот комплекс мер, которые уже много лет предпринимает Варшава, одновременно поощряя переезд в страну этнических поляков и поддерживая польские диаспоры на территории стран-соседей. Наиболее полно он выразился в документе, получившем название карты поляка. Собственно, во многом благодаря ему польским чиновникам теперь очень легко отличить репатрианта, возвращающегося к «своим», от простого мигранта – соискателя польского гражданства.
Вряд ли в странах бывшего СССР найдутся носители польской крови, которые хотя бы в теории не знают, как получить «карту поляка» и для чего именно она нужна. Для остальных стоит пояснить: на территории Польши владелец такой карты обладает многими правами, обычно распространяемыми только на граждан. Например, можно заниматься предпринимательской деятельностью или устраиваться на работу без специального разрешения. Можно пользоваться бесплатным медицинским обслуживанием и – частично – образованием. Есть и разнообразные «приятные мелочи»: имея такую карту на руках, можно посещать государственные музеи, не платя за билет, а железнодорожные билеты покупать с 37-процентной скидкой.
Даже тем, в ком польской крови относительно немного, получить вожделенную карту не так уж и сложно. Необходимо быть гражданином любой из республик бывшего СССР, знать польский хотя бы на базовом уровне и считать его родным языком, а также доказать, что хотя бы один из прямых предков, включая прабабушек или прадедушек, был поляком или имел польское гражданство. В крайнем случае можно предоставить справку от какой-либо польской официальной организации, подтверждающую активное участие в деятельности, которая шла на пользу польскому языку и культуре в течение последних трех лет. Если эти условия соблюдены, «карту поляка» можно получить у ближайшего к месту жительства консула, предварительно подав письменное заявление и некоторые документы.
Карта действительна в течение десяти лет со дня выдачи. Ее действие прекращается, если обладатель окончательно поселится на территории Польши и получит польское гражданство. Карту можно получить и на ребенка, если таковую имеет хотя бы один из родителей.
На одном из мероприятий с участием корреспондента газеты ВЗГЛЯД посол Польши в Латвии Ежи Марек Новаковский сказал: «Политика нашего государства в отношении диаспоры, проживающей в других странах, выражается в поддержке развития и сохранения культуры, языка, связей с исторической родиной».
«Честно сказать, нам было бы грех жаловаться на польское государство. Поддержка зарубежных соотечественников провозглашена в Польше одним из приоритетов – и это не только слова, но и реальная финансовая помощь. Регулярное содействие нам оказывают по самым разным вопросам – и поэтому мы имеем возможность достаточно часто проводить разнообразные культурные мероприятия, поддерживать наше образование, выпускать свои журналы и телепередачи», – подтвердил руководитель даугавпилсского польского общества «Промень» Ришард Станкевич.
Словом, многие русские, разбросанные по бывшим землям СССР, могли бы полякам позавидовать. И они действительно завидуют. В русскоязычной общине латвийской Латгалии, где русские по численности лишь ненамного уступают латышам (если исключить из числа латышей латгалов, то превосходят) и проживает крупная польская община, летом 2009-го случился переполох. Фонд «Русские» объявил о начале раздачи «карты русского», и люди были готовы встать за ней в любую очередь, тема активно обсуждалась в блогах и на улицах. Поначалу мало кто обратил внимание, что карта, которую намеревался раздавать фонд, является чисто символической. Слишком уж красноречив и известен был пример Польши, превратившей «карту поляка» в действенный инструмент поддержки диаспор.
В беседе с корреспондентом газеты ВЗГЛЯД сопредседатель партии «Русский Союз Латвии» Мирослав Митрофанов говорил, что вопрос о «карте русского» в республике реанимируется на протяжении достаточно долгого времени – и столь же регулярно затихает. «Для российской власти чрезвычайно трудно определить границы понятия «соотечественник», которому полагается эта самая карта. Если сделать максимально широкую дефиницию, за картами ринутся в том числе такие люди, в помощи которым Россия никак не заинтересована. Например, наши ярые «нацики» при желании тоже ведь могли бы попасть в категорию соотечественников. Или какие-нибудь равнодушные циники, которым на Россию наплевать и которые хотят лишь расширить круг своих возможностей. Если, напротив, сделать очень суровые условия предоставления статуса соотечественника, кого-то наверняка невольно дискриминируют, оттолкнут от РФ ее искренних друзей. Так и ходит этот вопрос по кругу», – отметил он. При этом Митрофанов уверен, что когда-нибудь Россия обязательно возьмется за решение этой проблемы.
Со своей стороны страны Прибалтики к введению «карты русского» вряд ли отнесутся благожелательно. «Карте поляка» тоже рады не везде, но в рамках своей политики поддержки польских диаспор Варшава не боится идти на конфликты.
Так, шесть лет назад белорусский конституционный суд счел ряд норм польского закона «О карте поляка» «противоречащими нормам международного права». Годом позже белорусский парламент запретил своим депутатам пользоваться «картой поляка».
Негативно к этой политике относится и Литва, у которой с Польшей старые разногласия по поводу культурного давления официального Вильнюса на местные польские общины. Глава парламентского комитета по международным делам Аудронюс Ажубалис прямо заявлял, что сам факт существования «карты поляка» угрожает дружественным отношениям Польши и Литвы. Ему вторил председатель комитета по праву и правопорядку Стасис Шедбарас: «Введение документов, дающих преимущество по национальному признаку гражданам Литвы одной национальности, не совсем лояльный подход по отношению к соседней стране». В 2012-м сейм тоже рассмотрел предложение о запрете обладателям «карты поляка» избираться в парламент, но принято оно не было.
Зато на исходе прошлого года сенат Польши принял новый «Закон о карте поляка». Теперь решение о выплате денежной помощи владельцам карт, ходатайствующим о виде на жительство, будет принимать не уездный староста, а территориальный руководитель более высокого ранга – воевода (правда, староста по-прежнему будет отвечать за выплату социальной помощи). Действительно, процесс легче контролировать на уровне 16 воеводств, а не 330 уездных старост. При этом сроки предоставления денежной помощи теперь ограничены девятью месяцами, а заявки больше не принимаются от лиц, которые уже пользовались социальной помощью в статусе члена семьи заявителя. Национализм национализмом, но на чем-то нужно и экономить.
Но гораздо важнее поправки в нормативные акты, принятые сеймом в сентябре и январе того же года: владельцам «карты поляка» упростили процедуру получения польского гражданства до минимума. При этом парламентарии проголосовали за единогласно. «Мы даем возможность очень быстро получить польское гражданство. А в течение первых, самых трудных адаптационных месяцев польское государство окажет им поддержку, для того чтобы они чувствовали себя здесь как дома», – заявил тогда глава парламентской комиссии по связям с поляками за границей, депутат от правящей партии «Право и справедливость» Михал Дворчик.
Грань между гражданином и «поляком по карте» стала совсем тонкой, а трансфер – быстрым: разрешение на пребывание в стране теперь выдают бесплатно, год проживания в Польше автоматически приводит к полноправному гражданству, гарантируется эвакуация и предоставление эффективной помощи в третьих странах в экстренных случаях. Правительство даже частично оплачивает таким лицам курсы польского языка и повышения квалификации.
Польша – не единственный пример политики собирания разделенного народа в рамках одного национального государства. Но в ее случае она наиболее полная, последовательная, цельная и продуманная, ввиду чего сравнима с куда более известной израильской программой репатриации и масштабной, но довольно осторожной немецкой. В этом смысле она почти идеальна для изучения на тот случай, если Россия когда-нибудь решит отказаться от полумер и пойти аналогичным путем.