Последние недели были отмечены странными, разнонаправленными тенденциями в российско-турецких отношениях.
События последних лет подтвердили очень давнюю политическую аксиому: Россия и Турция являются естественными геополитическими соперниками
С одной стороны, 10 марта прошел визит Реджепа Эрдогана в Россию, по результатам которого оба национальных лидера выразили оптимизм и твердую уверенность в светлых перспективах двухсторонних отношений.
16 марта Владимир Путин принял верительные грамоты нового турецкого посла в России и вновь заявил о нормализации российско-турецких отношений.
С другой, одновременно с оптимистичной риторикой принимаются решения – обеими сторонами, – которые трудно расценивать как дружественные.
Наиболее заметными в этом ряду со стороны Турции стали следующие новости.
1. Анкара прекратила паромное сообщение с Крымом, которое было возобновлено в октябре 2016 года.
2. Турция устроила спектакль, возможно, в качестве предупреждения или прощупывания почвы, на предмет введения заградительных пошлин для российского зерна. И хотя информация была опровергнута, «осадочек остался».
Однако неверно было бы сказать, что «игра идет в одни ворота». Россия со своей стороны продолжает держать Турцию в подвешенном состоянии по ряду крайне животрепещущих для нее вопросов.
1. Владимир Путин пообещал в ближайшее время снять запрет на найм турецких рабочих, введенный после атаки на российский бомбардировщик. Однако тема восстановления безвизового режима для граждан Турции, крайне актуальная в этой связи, Кремлем игнорируется.
2. Россия сняла запрет на поставки некоторых турецких продуктов, но это коснулось самых малозначимых для турок позиций (репчатый лук, брокколи, жевательная резинка и т. п.). При этом ключевые товары (помидоры, огурцы и т. д.) остались под эмбарго.
3. Нельзя забывать о неблагоприятном для Анкары развитии событий в Сирии, чьи власти прямо потребовали от турецких войск покинуть территорию страны, причем подкрепили требования неприятными для турок военными достижениями. В результате глава Генштаба Турции заявил о достижении целей операции «Щит Евфрата» в Сирии, что видится скорее сохранением хорошей мины при плохой игре, нежели отражением реального положения дел.
Крайне показательной является позиция Кремля по поводу данных «обменов любезностями». На вопрос о возможных турецких заградительных пошлинах на российское зерно последовал официальный комментарий, что это не повлияет на нормализацию двухсторонних отношений, то есть откровенно недружественный шаг турецких властей вызвал очень спокойную реакцию российской власти.
Для рядовых россиян ситуация усугубляется недавними перипетиями двухсторонних отношений – от сбитого российского бомбардировщика до спасения Кремлем Эрдогана в ходе попытки военного переворота. В этой ситуации явно недружественные шаги Анкары воспринимаются особенно обостренно, а расслабленная позиция Кремля по данному поводу требует объяснений.
По совокупности обстоятельств все отчетливее создается впечатление, что данные «спарринг-бои» стали частью некой непубличной сделки между Москвой и Анкарой, которая была заключена (или окончательно подтверждена) в ходе недавнего визита Эрдогана.
В связи с этим возникает вопрос: что это может быть за сделка и в чем ее суть?
События последних лет подтвердили очень давнюю политическую аксиому: Россия и Турция являются естественными геополитическими соперниками, которые всегда имеют длинный список камней преткновения, по которым их позиции диаметрально противоположны. Историки насчитывают двенадцать русско-турецких войн за чуть менее чем полтысячелетия. Однако вот уже сто лет странам удается преодолевать противоречия, временами крайне жесткие, без использования военной силы.
Возможно, именно здесь кроется секрет неоднозначности нынешней ситуации.
Какие бы острые противоречия ни были между Россией и Турцией по многим вопросам, есть два важнейших обстоятельства, которые заставляют их продолжать диалог и находить общий язык.
Во-первых, жесткий (вплоть до военного) конфликт между странами станет «подарком судьбы» для очень большого количества стран, активно играющих в черноморском и ближневосточном регионах. Результатом российско-турецкого противостояния станет взаимное ослабление, что порадует слишком многих наших партнеров.
Во-вторых, помимо противоречий, у России и Турции есть ряд тем, в которых страны взаимосвязаны и взаимно заинтересованы самым глубоким образом, например, в сфере энергетики: у Турции серьезный энергодефицит, а для России крайне привлекателен турецкий рынок для поставок энергоносителей и электроэнергии. Весьма показательно, что в ходе визита в Москву турецкий президент назвал реализацию проекта АЭС «Аккую» как одну из стратегически значимых задач, жизненно важных для его страны.
По совокупности это позволяет предположить основные пункты нового status quo росийско-турецких отношений:
· Максимальное соблюдение публичного политического «политеса».
· Непересечение определенных «красных линий», чтобы не допустить сползания двухсторонних отношений обратно в «ледниковый период», поскольку от этого выиграют только третьи страны.
· А в остальном – традиционная конкуренция и торг, в том числе с «болевыми приемами», по широкому спектру тем. В общем, то, что в классическом фильме характеризовалось фразой «Словом, идет нормальная будничная жизнь».
Для кого-то такая позиция может показаться слабостью Кремля, учитывая, сколь многим ему обязан лично Эрдоган. Однако Турция была и остается важнейшей региональной державой, пусть даже некоторые ее привычки и традиции не слишком приятны и понятны из России.
Соседей по глобусу не выбирают. А к чему приводят попытки решения проблемы неудобного соседа кардинально – будь то путем блокады или обрыва всяческих связей, пусть даже в ущерб себе – наглядно показывает опыт Украины.