В воскресенье Дональд Трамп улетит из Вашингтона в Токио – с Японии начнется его десятидневное турне по Азиатско-Тихоокеанскому региону. Президент США посетит пять стран: Японию, Южную Корею, Китай, а потом примет участие в двух международных саммитах, которые пройдут во Вьетнаме и на Филиппинах.
К моменту его прибытия во вьетнамский город Дананг он уже успеет переговорить с Синдзо Абэ, выступить с грозной речью в адрес Северной Кореи в Сеуле, столице Кореи Южной, и провести переговоры с Си Цзиньпином в ходе визита в Китай. И везде среди главных тем будет северокорейская. Трамп столь многое поставил на мифическую «корейскую ракетно-ядерную угрозу», что уже не может себе позволить просто так оставить Пхеньян в покое. Да и не из-за маршала Кима все это затевалось.
Во Вьетнаме Трамп увидит Путина, и в Дананге, скорее всего, пройдет их вторая встреча.
Кремль и Белый дом пока что говорят о ней только как о возможной. Но понятно, что это связано с тем, что Трамп продолжает находиться под обстрелом из-за «русских связей» и вынужден минимизировать любую информацию по русскому направлению. Вопреки своему желанию он так и не смог организовать полноценный саммит с Путиным и вынужден довольствоваться подворачивающимися международными встречами. В начале июля это был саммит «большой двадцатки» в Гамбурге, и вот теперь саммит АТЭС в Дананге.
Первая встреча прошла менее чем через полгода после вступления Трампа в должность – и тогда к ней было приковано повышенное внимание мировой прессы. Путин и Трамп проговорили тогда в общей сложности больше трех часов: сначала два с лишним на двухсторонней встрече, а потом еще час на общем приеме. Была продемонстрирована явная взаимная симпатия, но ни к какому прорыву та встреча, естественно, не привела.
Потому что Трамп остается под ударом и прицелом Конгресса и СМИ за «русские дела» – и, не желая обострять свое внутриполитическое положение, подписывает принимаемые Конгрессом законы о санкциях против России. Кремль, в принципе, с пониманием относится к проблемам президента США – и, отвечая на выпады в целом, продолжает ждать, пока Трамп сумеет освободиться от пут, которыми его спеленал Конгресс.
За четыре месяца, прошедшие после первой встречи с Путиным, ему этого сделать не удалось. Хотя Трамп немного улучшил свое положение, боевые информационные и политические действия против него не прекращаются ни на секунду. Трамп сетует, что расследование мифического «русского следа» мешает ему вести международные дела, но это не волнует его противников, то есть американский истеблишмент. Более того, именно это и является одной из главных целей всей кампании по диффамации Трампа: заблокировать его планы по реформированию как внутриполитической элиты, так и внешнеполитической стратегии США.
Единственный шанс изменить все для Трампа – перетянуть на свою сторону большинство в Конгрессе, что возможно будет или по итогам следующих парламентских выборов (но до них еще год), или же через победу в информационной войне, которая принудит Конгресс поддержать Трампа. Победой в информационной войне станет для Трампа переключение внимания с его «грехов» на проступки Хиллари Клинтон и демократов как таковых – и тут у него есть некоторые успехи. Впрочем, пока что они не таковы, чтобы говорить о том, что перелом в пользу Трампа произошел.
В таком состоянии президент США и приезжает на встречу с Путиным – в ситуации, когда он понимает, что Путин видит всю его слабость и уязвимость. А это само по себе неприемлемо для Трампа – он был настроен вместе с Путиным менять мир (понятно, что в американских интересах, но так, как их представляет Трамп, а не глобалистская и, по сути, антиамериканская элита), а вместо этого одной ногой торчит в капкане, который ему расставил истеблишмент его собственной страны, а другой увяз в корейской теме.
Да, корейскую ядерную угрозу выдумал сам Трамп. Точнее, он взвинтил эту тему до того уровня, который уже несколько месяцев заставляет особо нервных оценивать шансы на ограниченную ядерную войну.
Конечно, Трамп поднял ставки на корейском столе не от хорошей жизни. С одной стороны, ему нужны были инструменты для давления на Китай, кто-то натолкнул его на мысль, что «корейская бомба» – это прекрасный повод для торга с Пекином. С другой – Трампу нужно было как-то перебить тему «русского следа», с помощью которого его избивали американские СМИ.
В итоге Трамп скорее проиграл, чем приобрел на корейской теме: никто не верит его угрозам (потому что войны не начинаются на пустом месте), а самостоятельно выйти из тупика он не может. Ему нужна помощь Китая и России. Причем не в том смысле, что Си и Путин принудят Кима разоружиться перед Трампом – это и невозможно, и невыгодно ни Москве, ни Пекину, а в том, что придумают какую-то схему перевода кризиса из стадии угроз в стадию переговоров. Собственно говоря, об этом Трамп и будет в первую очередь говорить с Путиным во Вьетнаме.
Тем более что тайные переговоры на тему того, как же нам начать официальные переговоры, уже давно идут – и прямые американо-северокорейские (о них можно только догадываться), и косвенные (через Москву и Пекин). Настало время переводить все в открытый формат. И после того как Трамп в ходе поездки в Пекин на следующей неделе последний раз попытается шантажировать китайцев корейской картой, он будет говорить о КНДР с Путиным.
В интервью Fox News, отвечая на вопрос о предстоящей встрече с Путиным, Трамп сказал: «Путин очень важен, поскольку они могут помочь нам с Северной Кореей». То есть повторил уже ранее высказанную им мысль, что хорошие отношения с Россией могли бы помочь решению корейской проблемы.
Трамп назвал и две другие темы для обсуждения: «Они могут помочь нам с Сирией. Мы должны поговорить об Украине».
Эти темы понятны – как и Иран с Афганистаном, которые также наверняка будут обсуждаться на встрече. И в каждой из этих тем у двух президентов есть возможность найти взаимовыгодные решения.
Россия может помочь Трампу с КНДР. Речь не идет о том, что Россия будет давить на КНДР, принуждая ее к разоружению, но помочь с продвижением в сторону переговоров Москва может. Никакой альтернативы переговорам все равно нет, и сейчас важно только, чтобы сам Трамп мог наконец-то себе их позволить. Тогда шестисторонние переговоры (США, КНР, Москва, Япония и две Кореи) можно будет организовать достаточно быстро.
По Сирии разговоры будут идти в сторону того, что делать с Ближним Востоком в целом. Тут дело не только в соперничестве, но и во взаимодействии. Да, США потеряли влияние в регионе, Россия его сильно нарастила – но все остается взаимосвязанным. И восстановление единства, «сборка» нами Сирии идет параллельно с игрой с курдами, которую ведут США. Все это связано и с проблемой единства Ирака как такового, и с турецким перепозиционированием между США и Россией, и с педалированием Вашингтоном иранской темы. Большой Ближний Восток тяготит Трампа, но, чтобы сохранить лицо при неизбежном через пару лет выходе из Афганистана США, нужно сотрудничать с Россией.
И все же главными для Трампа в разговоре с Путиным будут вовсе не региональные и даже не глобальные проблемы.
Важнее всего ему – понять, как к нему относится Путин. Да, если на их первой встрече им обоим интересней всего было познакомиться, составить первое впечатление друг о друге, сверить свои заочные впечатления с очными, то сейчас речь уже о другом. Не о том, чтобы проверить, как выполняются июльские договоренности (а они хоть в какой-то форме, но были), а о том, чтобы понять, кто с какой позиции действует.
Трампа дико раздражает то, что он так и не стал полноправным президентом. И хотя Путин всячески дает понять, что не собирается этим пользоваться, ясно, что сам американский президент думает, что на самом деле президент России не считает его полноценным партнером. Да и сам Трамп не привык проводить переговоры в таком ограниченно дееспособном состоянии. И уж тем более чувствовать (или даже допускать) снисходительное отношение к себе партнера-противника.
В июле в Гамбурге Трамп наверняка надеялся, что к следующей, ноябрьской встрече с Путиным он подойдет уже в гораздо лучшей форме, освободившись хотя бы от части висящих у него на руках врагов. Увы, этого так и не произошло. Однако Трамп не относится к тем людям, которых ломают неудачи, – наоборот, они его закаляют. Ну а разговор с Путиным будет полезным в любом состоянии.