Весь путинский период Николай Патрушев входит в число высших руководителей страны. Сначала он стал преемником Путина на посту главы ФСБ, а последние восемь лет работает секретарем Совета безопасности.
Секретарь Совбеза заявил, что если Киев будет следовать нынешним курсом, то Украина прекратит свое существование
СБ в последние четыре года окончательно превратился в главный коллегиальный орган управления Россией. В него входят как силовики и министры президентского блока, так и главы палат парламента.
Совбез занимается самым широким кругом вопросов. Но, кроме того, лично Патрушев относится к числу четырех человек, вырабатывающих внешнеполитический курс страны: наряду с Путиным, Сергеем Ивановым и Сергеем Лавровым. На Западе Патрушева традиционно изображают «ястребом», хотя он просто трезвый реалист, не питающий никаких иллюзий в отношении атлантистов, которые на наших глазах подвели мир к предвоенной ситуации.
Да и внутри «четверки» нет никакого разделения на голубей и ястребов, как нет и принципиальных разногласий по поводу оценки международной ситуации и целей России. Но из всего коллектива Патрушев самый непубличный. Это объясняется как складом характера и биографией, так и нынешней должностью, позволяющей не отвлекаться на церемонии и ритуальные выступления. Поэтому главной формой донесения взглядов секретаря Совбеза до страны и мира являются его интервью.
Хотя Патрушев и так крайне осторожен в высказываниях, он редактирует уже состоявшееся интервью, убирая все излишне откровенное. Тем важнее и интересней то, что в итоге появляется в прессе – как и в случае с его интервью «МК» во вторник.
В большом разговоре все прежде всего отметили слова Патрушева о том, что ради достижения доминирования в мире США необходимо максимально ослабить Россию, и «не исключается достижение этой цели и путем распада Российской Федерации». Как сказал Патрушев, «Вашингтон считает, что при желании способен сыграть роль катализатора этого процесса», что «откроет Соединенным Штатам доступ к богатейшим ресурсам, которыми, по их мнению, Россия располагает незаслуженно».
Это высказывание важно прямым обозначением целей стратегического противника – но в нем нет ничего принципиально нового, потому что нечто подобное Патрушев уже говорил. В целом в послекрымский период наше высшее руководство, от Путина до Лаврова, стало откровенней высказываться в отношении действий США. Не потому, что узнало что-то новое про планы Вашингтона, а потому, что сами отношения с атлантистами вошли в стадию открытого геополитического конфликта. Даже сверхсдержанный Патрушев стал более резким – на войне как на войне. При этом Кремль всегда подчеркивает, что не мы начали конфронтацию с США – и в этот раз Патрушев снова напомнил, что «инициатором нынешнего конфликта является США. Европа же подчиняется их воле», а «для нейтрализации «чрезмерно самостоятельных» членов НАТО (Франции, Германии и Италии) Вашингтон умело использует антироссийскую ориентированность стран восточного фланга Североатлантического блока».
Действительно, наращивание давления на Россию началось в 2011 году – с арабских «цветных революций» и подготовки к выборам президента. Вашингтон не хотел возвращения Путина и стал практически в открытую вмешиваться во внутренние дела нашей страны. После провала попытки предотвратить президентство Путина Штаты перешли к ужесточению политики сдерживания России и ее «огораживания» – что в итоге достигло своего пика в перевороте на Украине. Говоря об украинском конфликте, Патрушев не только сказал, что «мировое сообщество нам должно сказать спасибо за Крым. Спасибо за то, что в этом регионе, в отличие от Донбасса, обошлось без массовой гибели людей», но и дал свой прогноз на будущее Украины. И это одно из двух самых важных его заявлений в этом интервью.
Фактически секретарь Совбеза заявил, что если Киев будет следовать нынешним курсом, то Украина прекратит свое существование. Это не ультиматум и не запугивание, а просто констатация реальности. И объяснение того, как оценивают ситуацию на Украине в Кремле – то есть нашей стратегии в отношении этого государства.
«В настоящее время руководство Украины – это ставленники США, которые выполняют чужую волю, направленную на дальнейшее отдаление их страны от России. У такого политического курса нет перспективы. Если от него вовремя не отказаться, то он приведет и к полному краху украинской экономики, и к распаду Украины.
Вместе с тем и в Российской Федерации, и на Украине проживает, по сути дела, один народ, который пока разделен. На Украине неизбежно настанет время переосмысления того, что сейчас делается. В конечном итоге нормальные отношения между нашими странами обязательно восстановятся».
Да, Патрушев ничего не говорит о том, что в Кремле исходят из неизбежности воссоединения в будущем двух стран – а зачем это озвучивать сейчас, когда конфликт и внутри Украины, и между Киевом и Москвой усиленно раздувают как изнутри, так и извне? Зачем давать повод для обвинения России в экспансии (никому в мире нет дела до воссоединения русского народа и территорий), когда сначала надо отбить атаку, позволившую атлантистам взять под контроль Киев, не позволив при этом еще и построить стену между нами и Евросоюзом.
Да, Патрушев упоминает о том, что «мы заинтересованы в том, чтобы Украина сохранилась как единое государство, и совсем не заинтересованы в ее распаде. Мы считаем, что Минские договоренности должны быть полностью выполнены. Вопрос в том, есть ли такая готовность у властей в Киеве». Но это действительно так – Россия не хочет распада Украины, потому что это приведет к новой крови и осложнит, хотя и не отменит будущее воссоединение с Россией. Но, чтобы приостановить уже де-факто состоявшийся развал Украины, нужно отказаться от самой модели «Украина не Россия, а часть Европы» (причем атлантической, да и еще и антироссийской по своей направленности). Способна ли нынешняя украинская элита к этому? Нет – и значит, все идет к закреплению раскола Украины. Пока что на Киев и Донбасс – который, оставаясь под российским покровительством и защитой, будет ждать момента пересборки Украины-Малороссии-Новороссии.
Слова о «пока разделенном народе» показывают, что Патрушев исходит из того же, что и Путин – есть один большой русский народ, частью которого являются и «украинцы», который будет воссоединен. Как и когда – он, само собой разумеется, не скажет, потому что никто не знает будущего, но важно, что руководство России исходит именно из самого факта существования единого русского народа и работает на его воссоединение. И вся тактическая работа и стратегическая политика Кремля выстраиваются именно ради достижения этой цели.#{ussr}
Естественно, такая политика не терпит суеты и огласки, и она будет успешной только в том случае, если проводящие ее люди не сомневаются в ее правильности и не боятся принимать решения. И как раз к теме ответственности руководства страны и относится второе важнейшее высказывание Патрушева в этом интервью.
Отвечая на вопрос о расчете американцев на то, что у России иссякнут экономические ресурсы и она поднимет руки вверх, Патрушев сказал, что мы самодостаточная страна, которая вполне может сама себя обеспечить. И перешел к параллелям с событиями четвертьвековой давности:
«Вы меня спрашивали о распаде Советского Союза. СССР, кстати, распался вовсе не из-за проблем в экономике. Лидеры СССР попросту растерялись. Они не понимали, что и как им надо было делать, не видели путей решения проблем страны. Ну и самое главное: руководство СССР не брало на себя ответственность. Оно забыло основной принцип управления государством: если ты принимаешь решение, тебе за него и отвечать. Вспомним, например, решения о применении войск в Грузии или в Литве. Неужели кто-то верит в то, что их приняли на уровне исполнителей? Слушайте, но это же несерьезно.
– Согласен, что это несерьезно. Но какое отношение это имеет к экономическим проблемам СССР или современной России?
– Это имеет самое прямое отношение к разложению государственной системы. Руководство Советского Союза в нужный момент не проявило политической воли, у него не было убежденности в своей способности сохранить страну, в том числе не были приняты и необходимые меры в экономике.
Нынешнее руководство России не раз доказывало, что политическая воля у него есть и оно способно сохранить и укрепить конституционный строй, суверенитет и территориальную целостность государства».
То есть Патрушев совершенно правильно отметил то, что причиной гибели СССР стал вовсе не экономический кризис – а безответственное поведение руководства страны, следствием которого стало разложение государственной системы. Действительно, при всей неповоротливости планового хозяйства страну погубило не падение цен на нефть и даже не бездумная реформа экономики. А шарахание и отсутствие стратегического видения, слабость и трусость тогдашнего руководителя государства Горбачева.
Начав перестройку и политической, и экономической системы без внятного стратегического плана, он вскоре, по мере нарастания противоречий, растерялся, испугался и запутался – и все основные силы тратил на удержание власти, интриги и смену руководящих кадров. Потеряв опору в партии, он стал переносить центр тяжести в советы, расширять права республик, идти на масштабную сдачу позиций страны в мире.
Горбачев недалекого ума человек – но в силу занимаемой должности вся вертикаль власти беспрекословно подчинялась ему. Восстало его окружение только в августе 1991-го – когда обнаружило, что Горбачев доигрался уже до подготовки договора, фактически преобразовывавшего СССР в конфедерацию, то есть разрушавшего единое государство. Причем их бунт фактически поддержал и сам понимавший безвыходность положения Горбачев – но поддержал так, чтобы снова снять с себя всю ответственность. «Валяйте», сказал президент СССР тем, кто взялся за создание ГКЧП – а спустя сутки, видя, что дело не складывается (не столько в силу контригры Ельцина, сколько как раз по причине того, что «путчисты» оглядывались на Горбачева), записал на всякий случай телеобращение о своем «заточении».
Безответственность, непонимание того, что нужно делать, и неуверенность в собственных силах – вот что погубило великую страну. И нынешние руководители Кремля это отчетливо понимают.
Поэтому и говорит Патрушев о том, что они отвечают за принятые решения, что у них есть воля к сохранению и укреплению государства, что они знают, что Россия самодостаточная страна, и верят и в ее и, что не менее важно, в свои силы. Понятно, что секретарь Совбеза говорит в первую очередь о президенте (хотя и не называет его), но имеет в виду и в целом высшее руководство страны, собранное как раз в Совете безопасности. Экономическая политика правительства, как и споры о ней, в этих условиях на самом деле вторичны. При всем огромном значении того, что именно делают и каких макроэкономических взглядов придерживаются те или иные министры и весь кабинет в целом, гораздо важнее уверенность в себе тех людей в Кремле, кто прокладывает курс и ведет Россию вперед.
Через шторм, под ропот «умников» за спиной, продираясь сквозь вражеский огонь к понятной и разделяемой командой цели, к победе. Эта уверенность в сочетании с волей перекрывают ущерб от неприятельских ядер и попытки изнутри раскачать лодку и расковырять еле заделанные старые пробоины. Ответственность первого лица, опирающегося на слаженную работу единомышленников на ключевых постах – очень дорогого стоит. И это то, что сейчас принципиально отличает ситуацию в стране от того, что было в годы перестройки.