Бывший премьер-министр России, экс-глава МИД РФ Евгений Примаков скончался на 86-м году жизни 26 июня.
Счастье для нашей страны в том, что Евгений Максимович достиг в своей жизни очень высокого профессионального успеха и смог реализовать эти свои уникальные качества в интересах страны
«Президенту доложили скорбную новость о кончине Евгения Максимовича Примакова. Президент глубоко соболезнует родным и близким Евгения Максимовича, всем тем, кто его знал», – сообщил пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков. Владимир Путин неоднократно отмечал, что «Евгений Максимович был государственным человеком, ученым, политиком и оставил после себя очень большое наследие», добавил Песков.
По словам Пескова, последний раз Путин встречался с Примаковым около месяца назад. «Евгений Максимович прислал президенту свою новую книгу, и по этому случаю Владимир Путин его посетил – президент сам к нему приезжал», – отметил он.
Во время их последней встречи речь, возможно, шла о международных проблемах. «Президента всегда интересовали глубокие точки зрения Примакова на мировые процессы, особенно в такой непростой обстановке», – уточнил Песков.
«Примаков внес решающий вклад в преодоление последствий дефолта и кризиса 1998 года. Его правительство заслонило собой огромную амбразуру и позволило стабилизировать страну», – считает министр иностранных дел Сергей Лавров, передает ТАСС.
Депутат Госдумы, бывший посол России при ЕС Василий Лихачев соболезнует семье Примакова. «Ушел из жизни человек, с которым связано становление и развитие сразу нескольких эпох и нескольких периодов международной дипломатии», – цитирует Лихачева РИА «Новости».
Сейчас, по его мнению, нужно принять решение о том, как увековечить память Примакова. «Пусть это будут площади, улицы, научные исследования, докторские диссертации. Я думаю, что нужно обязательно учредить международную премию мира и безопасности имени Евгения Примакова», – добавил Лихачев. «Это две составляющие, две направляющие линии, два приоритета, которым он посвятил свою жизнь. Причем посвятил профессионально, будучи глубоким патриотом и великолепным знатоком международных, политических, экономических, культурных процессов, происходящих в мире», – отметил Лихачев.
#{bigimage=911989}
Евгений Примаков навсегда останется человеком высочайшего патриотизма и исключительной порядочности, отметил председатель комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев, хорошо знакомый с Примаковым. «Мне посчастливилось работать с ним многие годы, и для меня он всегда был и навсегда останется человеком высочайшего патриотизма, абсолютной государственности во всех своих действиях, во всех своих решениях, безупречного профессионализма и исключительной человеческой порядочности», – сказал сенатор, передает ТАСС.
«Счастье для нашей страны в том, что Евгений Максимович достиг в своей жизни очень высокого профессионального успеха и смог реализовать эти свои уникальные качества в интересах страны, в интересах всей российской нации, в интересах всего народа, на очень многих, очень высоких постах», – добавил Косачев.
Евгений Примаков внес огромный вклад в становление современной России, в развитие государства и общества, считает спикер Госдумы Сергей Нарышкин. «Пришла плохая весть. Не стало Евгения Максимовича Примакова, удивительного человека, государственного деятеля. Его профессиональная карьера во многом была связана с международными отношениями, в том числе на посту министра иностранных дел. Он внес огромный вклад в становление современной России, в развитие государства и общества», – сказал Нарышкин, передает РИА «Новости».
От журналиста до политика мирового масштаба
Евгений Примаков родился 29 октября 1929 года в Киеве, однако детство и юность он провел в Тбилиси, где жила семья его матери Анны Примаковой. Сведений об отце нет. После 7-го класса школы Примаков поступил в военно-морское училище в Баку, практику проходил на учебном корабле «Правда». Через два года, однако, у него был обнаружен туберкулез легких, и он был отчислен из училища по состоянию здоровья.
В 1953 году Примаков окончил арабское отделение Московского института востоковедения, а в 1956-м – аспирантуру экономического факультета МГУ. В 1969 году защитил диссертацию по теме «Социальное и экономическое развитие Египта», став доктором экономических наук.
Свою карьеру Примаков начинал как журналист в арабской редакции Главного управления радиовещания на зарубежные страны. Всего за год Примаков поднялся от корреспондента до главного редактора. С 1962 года работал в газете «Правда» литературным сотрудником, обозревателем отдела стран Азии и Африки, спустя три года – собкором на Ближнем Востоке с пребыванием в Каире. Во время службы на Ближнем Востоке встречался с самыми видными арабскими политиками того времени, в том числе с Тариком Азизом, будущим вице-премьером Ирака. В 1969 году во время поездки в Багдад познакомился с Саддамом Хусейном.
#{bigimage=911994}
Примаков считался одним из ведущих отечественных востоковедов. Крупный ученый в области мировой экономики и международных отношений, он был директором Института востоковедения АН СССР, профессором Дипломатической академии, академиком-секретарем отделения экономики и отделения проблем мировой экономики и международных отношений, членом Президиума АН СССР.
С 1985 года Примаков в течение четырех лет возглавлял Институт мировой экономики и международных отношений (ИМЭМО), который во времена СССР готовил закрытые доклады для руководства страны. Одновременно выполнял ответственные миссии по заданию советского руководства, среди которых – конфиденциальный полет в Оман для установления дипломатических отношений СССР с этим аравийским княжеством. Особое значение имели и строго конфиденциальные встречи с израильскими руководителями: Голдой Меир, Моше Даяном, Шимоном Пересом, Ицхаком Рабином, Менахемом Бегином. Встречался с Ясиром Арафатом, Абу Айядом, Абу Мазеном, Ясиром Абдо Раббо и другими палестинцами. Откровенные и доверительные отношения установились у него с президентами Сирии Хафезом Асадом и Египта Хосни Мубараком. Являясь одним из ведущих экспертов по внешней политике на Востоке, Примаков издал ряд книг по современной истории Востока.
Таким образом, в большую политику Примаков пришел из академической сферы. Впрочем, мало кто сомневался, что параллельно с академической и журналистской карьерой Примаков наверняка продвигался по карьерной лестнице внутри советской разведки.
Политическая деятельность
Формально Примаков перешел в публичную политику в 1989 году, когда он, будучи кандидатом в члены Политбюро ЦК КПСС, стал председателем Совета Союза Верховного Совета СССР, а затем председателем Парламентской группы СССР.
#{bigimage=911958}
После августовского путча 1991 года Примаков был назначен президентом Борисом Ельциным на должность директора Службы внешней разведки России. «У меня там было много друзей. К тому же я сразу решил для себя, что иду не для политического надзора, а для работы. Профессионалы поняли, что я не разрушитель. Я старался сохранить разведку, приспособив ее к новым условиям и потребностям. Важно было сохранить кадры. Это было оценено профессионалами. К тому же разведка – это прежде всего аналитическая работа. А я этим занимался, еще будучи журналистом», – вспоминал он впоследствии.
В январе 1996 года Примаков занял должность министра иностранных дел Российской Федерации. Часто в кулуарах МИДа его называли не только Примусом и Максом, но и Сфинксом – за невозмутимость и памятуя о годах, проведенных Примаковым на родине пирамид в качестве корреспондента «Правды».
В сентябре 1998 года, когда страну лихорадило после дефолта и отставки правительства Кириенко, по инициативе Бориса Ельцина Примаков неожиданно занял кресло председателя правительства. Его возвышению способствовал тот факт, что, будучи главой МИДа, Примаков сумел наладить отношения сразу со всеми фракциями Госдумы – от либералов до коммунистов. В итоге большинство депутатов Госдумы в решающий момент одобрили его кандидатуру на пост премьера.
По оценке современников, этот шаг был воспринят как жест примирения в адрес коммунистической и националистической части парламента. Как оказалось, это принесло свои плоды. Как признавался позднее в своих мемуарах и сам Ельцин, Примакову удалось довольно быстро успокоить страну, хотя сразу после дефолта многие социологи предрекали России едва ли не голодные бунты. В конце 1998 года начался быстрый экономический рост, которому Примаков способствовал. Правда, многие экономисты утверждали, что первопричиной роста послужил как раз дефолт, устроенный предыдущим кабинетом. Однако в заслугу Сфинксу даже его оппоненты ставили тот факт, что он никак не мешал восстановлению экономики какими-либо популистскими мерами.
Примаков постоянно подвергал критике политику Запада в отношении Югославии, а в марте 1999 года, после того как вице-президент Эл Гор в последний момент сообщил ему о решении НАТО начать бомбардировки Белграда, он велел развернуть над Атлантикой свой самолет, в котором направлялся с официальным визитом в США, и вернулся в Москву.
Ельцин одобрил его решение, однако вскоре, спустя всего восемь месяцев после назначения, Примаков был снят с поста премьера. Многие россияне помнят телевизионный кадр, когда глава правительства в день отставки покидал свой кабинет под аплодисменты коллег. Напомним, что не далее как в январе 1999 года Ельцин публично обещал, что правительство Примакова доработает до конца его президентского срока.
После отставки вместе с Юрием Лужковым и Владимиром Яковлевым Примаков возглавил федеральный список «Отечество – Вся Россия» (ОВР) и уже в декабре был избран депутатом Госдумы, в которой возглавлял фракцию от этой партии.
Накануне парламентских выборов Евгений Примаков впервые официально подтвердил свое намерение баллотироваться на пост президента России в 2000 году, однако незадолго до голосования, по итогам которого позднее победил Владимир Путин, Примаков снял свою кандидатуру. Спустя два года, в декабре 2001-го, Примаков стал председателем Торгово-промышленной палаты России.
По воспоминаниям современников, Примаков часто выступал с успешными миротворческими миссиями. Стремясь предотвратить военные операции в Ираке в 1990–1991, а затем в 1998 годах, Примаков совершал поездки в Багдад, однако здесь не преуспел. Вскоре после его первой поездки началась американская операция «Буря в пустыне», а вскоре после второй попытки из Ирака были отозваны инспекторы ООН по вооружениям, а США и Великобритания начали наносить удары с воздуха по иракским объектам.
Примаков продолжал говорить об опасности агрессии против Ирака, хотя, как оказалось, вовсе не являлся поклонником его лидера Саддама Хусейна. «Я не защищаю Хусейна, но при нем Ирак был светским государством, сейчас же на выборах победили шиитские партии, которые будут вести к тому, чтобы Ирак стал государством исламским», – говорил он.
В 2003 году, за три дня до начала силовой операции в Ираке, по заданию тогда еще президента Владимира Путина Евгений Примаков вновь летал в Багдад, чтобы убедить Саддама Хусейна уйти с поста президента и провести демократические выборы.
Впоследствии Примаков рассказывал, что Хусейн принял его в одном из своих дворцов. «Сначала при этой встрече присутствовали Тарик Азиз и председатель парламента Ирака. Я сказал Саддаму Хусейну, что передаю устное послание президента России, и поэтому хотел бы говорить с ним один на один. По его указанию нас оставили. Я ему сказал следующее: если вы любите свою страну, свой народ и если вы хотите избавить свой народ от неизбежных жертв, то вы должны уйти с поста президента Ирака», – вспоминал он. В ответ Саддам сказал несколько несвязных фраз, похлопал его по плечу и ушел.
По словам замминистра обороны США генерала Джона Шоу, накануне падения режима Хусейна российские спецслужбы тайно вывезли из Ирака имевшееся в распоряжении Багдада оружие массового уничтожения, при этом активное участие в операции принимал Евгений Примаков.
Мы не проиграли в холодной войне
Евгений Примаков был мастером слова. Многие его цитаты стали знаковыми и буквально ушли в народ. ВЗГЛЯД приводит некоторые из них:
«Без бутылки здесь не разберешься» (на одном из совещаний, когда обсуждение трудного вопроса зашло в тупик).
«Какое тут повышение – в МИДе сидел на седьмом этаже, а сейчас спустили на пятый» (кабинет премьера находится на пятом этаже).
«Я отлично понимаю, что никакого героизма здесь нет. Что, если бы я посадил самолет в США и сразу у трапа начал бы кричать: «Долой империализм Соединенных Штатов!»? Я летел с определенной миссией, но вести переговоры по развитию экономических отношений с США, когда на Югославию падают американские бомбы, стало бы бессмысленным и неуместным».
«Если бы в тот момент у власти находился Обама, Соединенные Штаты не приняли бы решение о бомбардировках Югославии».
«Мы не проиграли в холодной войне, как о том многие, в том числе и у нас в стране, твердят, – говорил экс-премьер министр России. – Как можно проиграть в войне, если в целостности сохранен ядерный потенциал? Может ли страна, проигравшая в войне, сохранить все это в неприкосновенности? Конечно, нет».
«Лишь политической близорукостью можно объяснить готовность списать Россию из числа великих держав, недооценивать ее потенциал, динамику, перспективы развития».
«Европа, наверное, в большей степени, чем какой-либо другой регион мира, была разочарована администрацией Буша. Германия и Франция, которые, без всякого сомнения, делают погоду в Западной Европе, в открытую выступили против американской оккупации Ирака. Это было бы еще полбеды для США. Но к заявлению Герхарда Шредера и Жака Ширака, возглавлявших в то время эти две европейские страны, присоединился Владимир Путин. Как это ни звучит парадоксально, но Путин уговорил Шредера и Ширака смягчить антиамериканские формулировки в заявлении – он понимал бесплодность в конечном счете игры на противопоставлении Западной Европы Соединенным Штатам».
«Хочу предложить выпить за Владимира Путина. Но не потому, что он только что сказал обо мне высокие слова. А потому, что я видел, как этот человек спас Россию».