В соглашении есть два принципиальных пункта – разоружение незаконных вооруженных формирований и немедленное начало широкого национального диалога, «который будет учитывать интересы всех регионов и политических образований Украины» при проведении анонсированной конституционной реформы. То есть разоружение и переговоры о будущем устройстве Украины. Понятно, что если этого не произойдет, то процессы распада, набирающие силу на Украине, не оставят шансов на ее сохранение в качестве единого государства. Способны ли киевские власти и восставшие регионы договориться?
Для того, чтобы Юго-Восток поверил в искренность намерений киевской власти, он должен увидеть, что ситуация действительно меняется
Ни одна из сторон не доверяет другой – но если они хотят и дальше жить вместе, им придется садиться за стол переговоров. Но сделать это возможно будет только в одном случае – если начнется реальное разоружение. Кто его должен начать? Естественно, что те, кто устроил государственный переворот в Киеве, те, кто первым начал вооружаться. Для того, чтобы Юго-Восток поверил в искренность намерений киевской власти, он должен увидеть, что ситуация действительно меняется. Не только разоружается «Правый сектор*» и прочие майданные группировки, но и отменяется решение о создании Национальной гвардии (иначе все вооруженные националистические группы с Майдана просто перетекут в гвардию), ликвидируется сам Майдан. Это стало бы тем шагом, после которого люди на Юго-Востоке поняли бы, что с ними хотят разговаривать.
Сможет ли Киев выполнить эти обязательства? Шансы на это минимальны – в том числе и потому, что для радикальных националистов «революция» не закончена, и любую попытку разоружить их они воспримут не только как национальное предательство и капитуляцию перед Россией, но и как окончательное присвоение «победы Майдана» проолигархическими силами во главе с Турчиновым и Яценюком. Киевская власть слаба, и смести ее не составит для Майдана никакого труда.
Поэтому все, что может сейчас делать Киев – это принять формальное решение о разоружении незаконных формирований, даже не пытаясь его выполнить. И попытаться показать свое стремление выполнить женевские соглашения бурной законотворческой деятельностью – начать принимать в Раде законы об амнистии, о статусе русского языка, о созыве конституционного совещания, о регионализации, может быть, даже о региональном референдуме. Но все эти красивые слова, не сопровождаемые реальным разоружением радикалов, не будут значить для Юго-Востока вообще ничего.
В реальности сейчас для того, чтобы начать переговоры с Юго-Востоком, Киеву нужно сделать даже больше, чем записано в женевских протоколах – и все это хорошо понимают. Для того, чтобы в Донецке и Луганске освободили захваченные здания, сдали оружие и согласились отложить референдум, нужно не просто разоружить незаконные формирования в Киеве и очистить Майдан. Необходимо освободить арестованных лидеров сопротивления, начиная с донецкого народного губернатора Губарева, вернуть в казармы армию и убрать с Юго-Востока введенные туда спецподразделения и спецслужбы. И отозвать оттуда олигархов, назначенных губернаторами – потому что никакого доверия к ним у людей нет, а их охранные структуры воспринимаются как враждебные и потенциально опасные.
Только в том случае, если это будет сделано, мужики в Донецке и Луганске действительно задумаются о том, чтобы освободить захваченные здания и сдать оружие – в противном случае с ними бесполезно даже говорить на эту тему. Да и тогда они будут сдавать его только при наличии наблюдателей – причем понятно, что для них важно будет присутствие не абстрактных членов миссии ОБСЕ, а конкретных представителей России, пусть и под маркой общеевропейской организации. Уговорить их даже на время отказаться от Донецкой Народной Республики будет не просто сложно, а очень сложно. Но под надежные гарантии России (подкрепленные еще и правом Путина на использование армии), в принципе, они могли бы это сделать – если, конечно, перед тем увидели бы выполнение Киевом всего того, о чем говорилось выше. Есть ли шанс на то, что Киев пройдет свою часть пути?
Чисто теоретически – есть. Представим себе уникальное стечение обстоятельств: Запад жестко принуждает Киев идти на поиски компромисса с Юго-Востоком (иначе не дадим денег), радикальные националисты не только не свергают Турчинова, но даже разоружаются и на время уходят в тень (чтобы переждать), олигархи пакуют чемоданы и возвращаются в Швейцарию (потому что им намекнули, что завтра там у них конфискуют все активы). Если бы у всех этих сил было желание сохранить единую Украину, услышать голос народа, пойти на реальные переговоры с Юго-Востоком, то можно было бы даже представить себе подобный спасительный для Украины сценарий.
Но 22 года истории незалежной и полгода нынешнего Майдана не внушают никакого оптимизма. Как находящиеся сейчас у власти в Киеве силы, так и рвущиеся им на смену не способны слышать никого, кроме себя – а все их действия уже привели Украину к надлому. А значит, дальнейшее развитие событий в Новороссии и Малороссии будет определяться уже не ими, а живущим там народом. И Россией – которая своих никогда не бросает.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ