За первый час прямой линии Владимиру Путину было задано 18 вопросов, из них 15 – про Крым и Украину. Вначале несколько вопросов главе государства задали ведущие в студии – они ожидаемо касались общей оценки событий на Юго-Востоке Украины и намеченных на четверг переговоров в Женеве. Путин вновь заявил, что никаких российских подразделений на Украине нет, а использование авиации и бронетехники нынешними киевскими властями против граждан своей страны назвал преступлением.
Если бы он сказал, что Россия не будет вводить войска, то это бы развязало руки Киеву, чтобы проводить геноцид населения и подавление
Говоря о присоединении Крыма, президент подчеркнул, что заранее этого не планировалось, но на полуострове была «конкретная и осязаемая угроза» русскоязычному населению. Сам же референдум и все остальные процедуры, по его словам, были проведены профессионально. Путин также впервые подтвердил, что за спиной сил самообороны Крыма в этот период для обеспечения безопасности жителей региона встали российские военные, которые действовали «очень корректно».
Пожалуй, главным, что услышали в выступлении Путина миллионы жителей России и Украины, отмечает РИА «Новости», стало то, чего в нем не было – милитаристская риторика. С тех пор как президент получил от парламента право на использование вооруженных сил за рубежом, тема вероятного военного вторжения России на Украину постоянно муссируется в западных и украинских СМИ. Очевидно, на фоне обострения ситуации в Донбассе многие в словах Путина ожидали услышать новые угрозы.
Но прозвучало совсем другое: глава государства призвал «горячие головы» в России не впадать в эйфорию после присоединения Крыма и популярно объяснил разницу между этими регионами. Разница заключается в этническом составе (Крым был единственной территорией Украины, где русские составляли большинство), а также в истории (полуостров до 1954 года входил в состав России, когда его «зачем-то отдали в Украину»).
Путин выразил надежду на то, что ему не придется использовать войска на сопредельной территории, что «политико-дипломатическими средствами нам удастся решить все острые, если не сказать острейшие проблемы сегодняшнего дня Украины».
«Если бы он сказал, что Россия готова вводить войска, это бы вызвало истерию в Киеве, и они использовали бы это как акт по крайней мере словесной агрессии, все это использовано было бы против нас, – заметил по этому поводу газете ВЗГЛЯД профессор НИУ-ВШЭ, политолог Олег Матвейчев. – А если бы он сказал, что Россия не будет вводить войска, то это бы развязало руки Киеву, чтобы проводить геноцид населения и подавление».
Именно поэтому Путин оставил ситуацию «подвешенной» для киевских властей: «Чтобы они знали, что именно в случае чего, в случае какого-либо неадекватного поведения – меч упадет», – подчеркнул эксперт.
«Если мы любим друг друга»
Главным условием для деэскалации конфликта на Юго-Востоке Украины Путин назвал гарантии русскоязычному населению. При этом он не стал уточнять, каким образом они могут быть предоставлены – путем федерализации страны, проведения референдума или другими способами. Обо всем этом, по его словам, следует договариваться внутри Украины, а не по указке Москвы, Вашингтона или Брюсселя.
«Может ли быть найден по украинскому вопросу компромисс между США и Россией? Компромисс должен быть найден не между третьими игроками, а между различными политическими силами внутри самой Украины... Вопрос не в том, что будет раньше – референдум по децентрализации и федерализации, а потом выборы, или выборы, а потом изменение государственной структуры... Вопрос в том, чтобы обеспечить законные права и интересы русских и русскоязычных граждан Юго-Востока Украины», – отметил Путин.
При этом нынешние власти в Киеве президент по-прежнему считает нелегитимными. Более того, есть серьезные сомнения и в отношении будущего руководства Украины, которое, с точки зрения Путина, не может быть выбрано без изменения действующей конституции. Выборы назначены на 25 мая, но пока избирательная кампания, в ходе которой совершаются нападения на кандидатов с Востока, явно не устраивает Москву.
«Если дальше все будет происходить таким образом, то мы, конечно, не сможем признать все, что будет происходить после 25 мая, легитимным», – предупредил Путин. В то же время он напомнил, что от контактов на министерском уровне и даже на уровне премьеров Россия не отказывается. Тем более такие контакты не прекратятся между народами двух стран.
«Все мы находимся под гнетом определенных эмоций, но если мы любим друг друга и уважаем, то мы должны найти способ понять друг друга. Я думаю, что в рамках одной семьи это проще сделать, чем в рамках государств. Но даже в рамках межгосударственных отношений, уверен, мы найдем взаимопонимание с Украиной, и мы друг от друга никуда не денемся», – сказал президент.
Вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин пояснил, с чем связаны такие, на первый взгляд, противоречивые заявления Путина. «Российский президент разделяет украинские власти и Украину. С одной стороны – Украина, которая исторически близка России, и он заявляет, что ничего против нее не имеет, и что в России по-прежнему уважительно относятся к Украине как к стране, а к украинцам – как к народу. С другой стороны – резко негативное отношение к нынешней украинской власти», – сказал эксперт.
«Железный занавес строить не будет»
Путин заверил, что Москва не намерена возвращаться к эпохе железного занавеса, и выразил надежду, что в скором времени отношения с Вашингтоном наладятся. «Штаты, безусловно, являются одним из мировых лидеров. В какой-то момент показалось, что они являются единственными лидерами и складывается такая монополярная система. Сегодня выясняется, что это не так», – заявил президент.
«На Западе, в том числе в официальных кругах, наблюдается риторика железного занавеса и холодной войны, но это только риторика, за ней стоят другие смыслы и сущности, в том числе растерянность Запада в связи с наблюдающейся широкой поддержкой действий России среди общественных и бизнес-кругов», – сказал газете ВЗГЛЯД гендиректор Института приоритетных региональных проектов Николай Миронов.
Миронов добавил, что поддержка общественности возникает по разным причинам, бизнес-круги заинтересованы в сотрудничестве, а широкая общественность устала от «ультралиберализма, который поразил Европу и из набора ценностей превратился в антиценность, когда отрицаются буквально все устои. Понято, что это не всем нравится, и поэтому поддержка России довольно широка», – пояснил собеседник.
Таким образом, Москва берет на себя «роль нравственного лидера, причем не силовым путем, а завоевывая признание, что видно по мировым рейтингам Путина, которые он получил в конце года. Сейчас эта позиция только укрепилась, потому что в мире двойных стандартов Россия демонстрирует единые и последовательные стандарты», – подчеркнул эксперт.
Миронов добавил, что возврат к ситуации 40-х годов невозможен, мир стал другим, сложилось единое экономическое пространство, уже нет противостояния идеологий, и сам Запад пережил целую череду их смен.
«Речь идет о возвращении естественной роли России в мире, причем не только о нравственном лидерстве, но и противовесе иногда агрессивным, избыточно напористым действиям мировых держав, которые стремятся контролировать все больше и больше территорий и при этом восторгаются суверенными пространствами государств и, поломав все, уходят, оставив хаос за собой. Противодействие России как раз и вызывает признание, потому что кто-то должен говорить, что так действовать нельзя», – подчеркнул Миронов.
По мнению собеседника, Запад все равно смягчит свою жесткую риторику, потому что «мы часть единого пространства и нам все равно нужно как-то договариваться. Кроме того, если мы не будем вместе, это вызовет новые угрозы для всех нас», – предупредил Миронов.
«Бесконечно далеки от народа»
Путин в целом одобрил яркое, эмоциональное выступление во время прямой линии военного журналиста, полковника Виктора Баранца, указавшего на то, что «разномастные либеральные хомячки пытаются вгрызаться своими гнилыми зубками в опоры нашей национальной гордости», имея в виду протесты оппозиционных политиков против включения Крыма в состав России. Но при этом президент указал, «что наша дискуссия должна вестись с помощью других инструментов».
«Здесь, с одной стороны, нельзя так называть людей, которые внесли существенный, если не решающий, вклад в создание условий для волеизъявления, это наши военнослужащие, которые действовали очень мужественно, решительно и очень профессионально. Еще поизучают и поучатся, что и как было сделано. С другой стороны, у хомяков хорошие зубы, нет гнилых, они к доктору не ходят... Давайте обойдемся без «зеленых человечков», без «хомячков», повысим культуру нашего общения, нашей дискуссии. Всем это пойдет только на пользу», – цитирует президента ИТАР-ТАСС.
Путин считает, что в глобальной, а также внутренней и внешней политике стоит ориентироваться на мнение большинства, но не забывать про меньшинство, которое имеет собственную точку зрения на события в стране и мире.
«В нашем обществе площадка не была очень уж широкой, просто казалось, что она такая могучая», – заявил Путин по поводу «либерального меньшинства». По его мнению, на самом деле это «небольшая группа революционеров, и они бесконечно далеки от народа, как говорили классики». В то же время президент заявил, что «это важная составляющая нашего общества». По мнению главы государства, следует ориентироваться на мнение большинства, но никогда не забывать про мнение тех людей, которые остаются в меньшинстве. «Конечно, мы должны слышать и любую другую точку зрения, даже если она представлена меньшинством – такова моя позиция», – добавил президент.
Комментируя призыв Путина учитывать и точку зрения либеральной оппозиции, Миронов сказал: «Одним социальным слоям ближе одна идеология, другим – другая, кроме того, есть объединяющие, а есть разделяющие идеологии. Однако большинство не может отрицать мнение меньшинства, ограничивать возможность для его волеизъявления, поэтому президент говорил, что никого не будем зажимать». Собеседник напомнил, что на прямой линии как раз выступали и представители оппозиции. «Диалог ведется. Но и меньшинство не должно пытаться опрокинуть большинство, нужно сосуществовать в условиях диалога», – отметил Миронов.