В среду после переговоров президентов России и Таджикистана в Сочи главы МИД двух стран подписали протокол об обмене грамотами ратификационного соглашения о статусе и условиях пребывания 201-й российской военной базы, расположенной на окраине Душанбе.
Ежегодные денежные переводы таджиков из РФ достигли уже 3,6 млрд долларов, что соответствует половине ВВП республики
База эта многострадальная и для России необходимая. Она – крупнейшее соединение наших сухопутных войск за пределами РФ. В 2014 году как раз истекал срок ее аренды. И продление этой аренды еще на 30 лет (точнее, до 2042-го с возможностью пролонгации) стоило России немалых нервов.
Соответствующее межгосударственное соглашение было подписано еще в октябре 2012-го, но его подписанию предшествовали активные торги. Таджикистан хотел денег, неофициально суммы назывались разные, но всегда непомерные – порядка 250–300 млн долларов в год. Время шло, генералы нервничали. «Создается ситуация, которая может быть неразрешима вообще. Может встать вопрос о том, будем мы там или нет», – заявлял, в частности, главком Сухопутных войск генерал-полковник Владимир Чиркин.
Когда сообщения о претензиях Душанбе просочились в прессу, Таджикистан показательно обиделся и начал все отрицать. Мол, готовы согласиться почти бесплатно, но для этого Россия должна «учитывать национальные интересы республики». Если обобщить и упростить, интересы эти можно свести к отмене экспортных пошлин на нефтепродукты и решению ряда вопросов, связанных с миграцией таджиков в Россию.
Проблему с нефтью уладили довольно быстро. Возникла она в связи с тем, что еще в 2010-м Москва ввела пошлины на экспорт нефтепродуктов для стран СНГ, не входящих в Таможенный союз. Таджикистан в ТС только собирается (при учете противодействия со стороны Казахстана и необходимости ждать, пока в ТС вступит пограничная Киргизия), и цены на бензин там резко подскочили. Для России в этой связи была другая проблема: риск реэкспорта, то есть перепродажи в третьи страны, в чем Москва обоснованно подозревает, к примеру, Минск. Но о беспошлинных поставках в объеме до 1 млн тонн в итоге договорились – Таджикистан предоставил необходимые гарантии.
С таджикскими мигрантами ситуация была сложнее. Позиция Душанбе понятна – чем больше он отправит своих мигрантов в Россию, тем для него лучше. Во-первых, ежегодные денежные переводы таджиков из РФ достигли уже 3,6 млрд долларов, что соответствует половине ВВП республики. Во-вторых, чем больше молодых таджиков уедут из страны, где попросту нет рабочих мест, тем меньше социальных проблем и меньше политических рисков для Рахмона. Меж тем, обилие гастарбайтеров (из одного Таджикистана – более миллиона человек) вызывает социальные проблемы в самой РФ, ввиду чего миграционные правила в последнее время ужесточаются, тогда как Душанбе требовал их облегчить. В итоге договорились до того, что таджикские мигранты смогут получать разрешение на работу в России на срок до трех лет, что дает им конкурентное преимущество, например, перед узбеками. Говорят, что убедить Душанбе помогли показательные акции с высылкой таджикских рабочих; впрочем, это неофициальная информация.
В итоге документ удалось подписать. Пусть аренда продлена не на 49 лет, как хотела Россия, а на 28, но ранее Таджикистан соглашался максимум на 15–20. Кроме того, и это принципиально, платить за аренду практически не потребуется. Однако даже после подписания соглашения проблема не снялась: Таджикистан последовательно и показательно медлил с его ратификацией в парламенте, хотел большего. А именно – модернизации таджикской армии и погранслужбы за счет РФ.
Договориться удалось. В августе прошлого года Рахмон прибыл в Россию, и было объявлено, что Москва вложит порядка 200 миллионов долларов в переоснащение ВС Таджикистана и поможет ему в подготовке военных кадров. Россия пошла на это, ибо это необходимо ей самой: Таджикистан – партнер по ОДКБ и граничащая с Афганистаном страна. С учетом того, что международная военная коалиция Афганистан в 2014-м покинет, и наличие военной базы, и боеспособность таджикской армии, и укрепленные границы – важнейшие вопросы в контексте безопасности РФ. О том, что соглашение по аренде базы актуально как раз в связи с уходом сил международной коалиции, после переговоров в Сочи заявил сам Путин.
#{ussr}Для членов ОДКБ Афганистан – страна, откуда потоком идут наркотики, контрабандное оружие и идеи радикального ислама. Как известно, после ввода в республику международного контингента войск наркобизнес в Афганистане буквально расцвел. Причем силы НАТО борются с маковыми плантациями неохотно. Экономика страны в руинах, опиумный мак – единственный источник заработка для многих жителей республики. Чем больше афганцев останутся без средств к существованию, тем выше будет уровень поддержки боевиков и других исламских экстремистов. Меж тем, национальная полиция и армия до сих пор находятся на стадии формирования. Причем каждые три из десяти новобранцев Афганской национальной армии ежемесячно дезертируют, гибнут, получают ранения или попадают в плен.
Прошлым летом генеральный секретарь ОДКБ Николай Бордюжа выразил мнение, что пока сценарий идет по негативному пути. Прогнозы следующие: рост влияния экстремистов и возможность гражданской войны. На 2014-й в республике назначены выборы на разных уровнях, что может еще больше накалить обстановку.
У Кремля есть свой пакет предложений на тему «что делать, когда американцы уйдут» (он был озвучен Путиным на саммите ОДКБ в прошлом году). Во-первых, ОДКБ необходимо поддержать афганское правительство. С одной стороны, это означает помощь Афганской национальной армии по части подготовки личного состава для борьбы с боевиками и наркобаронами, с другой – гуманитарную помощь и инвестиции в экономику республики, так как чем беднее Афганистан, тем сильнее исламисты (к этому проекту также планируется подключить ООН, ШОС и другие международные организации). Во-вторых, предполагается, что после вывода войск НАТО заинтересованные в пресечении наркотрафика страны приступят к физическому устранению складов, лабораторий, фабрик и плантаций мака (это предложение Путина СМИ назвали «прорывным»). В-третьих, граница Таджикистана с Афганистаном должна быть обустроена, ее охрана – усилена. В-четвертых, КСОР ОДКБ необходимо обеспечить современными образцами вооружения и техники. В-пятых, спецслужбы стран – членов ОДКБ должны работать в спайке для пресечения экстремистских угроз со стороны Афганистана.
Ввиду всего этого Россия вкладывает деньги не только в армию Таджикистана, но еще и Киргизии, так как пока сомневается, что ее партнеры по ОДКБ в силах справиться со своей частью обязательств по поддержке стабильности в регионе. Рассчитывает РФ и на сотрудничество с НАТО по данному вопросу, но в случае отсутствия положительной реакции не собирается «ломиться в закрытую дверь», как заявлял тот же Бордюжа. Кстати, на Международной конференции по евробезопасности под эгидой Минобороны РФ в прошлом году по этому вопросу обстоятельно выступил глава президентской администрации Сергей Иванов. Если коротко, предложения с российской стороны есть, но Запад к ним глух.
Высказывался о проблеме предоставленного самому себе Афганистана и сам Путин. «Иностранный военный контингент, основу которого составляют американские силы, так и не добился пока перелома в борьбе с террористическими и радикальными группировками, напротив, их активность в последнее время особенно возрастает. Не предпринимаются и меры для искоренения наркопроизводства. У нас должна быть четкая стратегия действий, которая бы учитывала разные варианты развития событий. Задача – надежно, при любых обстоятельствах, обеспечить интересы России. Нам нужно укрепить систему безопасности на южном стратегическом направлении, включая и военную составляющую», – заявлял, в частности, он.