Количество публичных коррупционных скандалов в последнее время растет: отставка министра обороны, увольнение генерального конструктора ГЛОНАСС, арест экс-замминистра регионального развития. Достоянием гласности становятся все новые и новые факты хищений государственных денег.
Масштабы народной зависти к сильным мира сего, публично демонстрирующим «статусное потребление», даже сложно себе вообразить
Политический философ Алексей Чадаев в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал о том, как может работать машина антикоррупционной кампании.
ВЗГЛЯД: То, что происходит, – это организованная антикоррупционная кампания? Если да, с какой целью она проводится?
Алексей Чадаев: Моя гипотеза: несмотря на триумфальную победу в зимней кампании 2011–2012 годов, Путин достаточно болезненно воспринял коррупционные обвинения, ставшие ее лейтмотивом. Запрос от общества есть, значит, надо дать на него ответ.
ВЗГЛЯД: Что сейчас происходит внутри элит?
А.Ч.: Масштаб и размах событий чем дальше, тем больше исключает версию, что какого-то конкретного икс или игрек «заказали». Как-то слишком много их стало, заказанных. Судя по всему, речь действительно идет о начавшейся чистке рядов. И об изменении устройства системы, которая раньше базировалась на принципе не делать публичными такие разборки, оставлять их в кабинете. Сейчас все меняется.
ВЗГЛЯД: Как будет все развиваться? По цепочке вслед за крупными потянутся более мелкие чиновники?
А.Ч.: Силовики среднего и низшего уровня, которые смотрят ящик, как простые люди, тоже это все считывают как сигнал. Раз министра обороны вынесли, значит, можно выносить кого угодно, с любой должности. А ведь у каждого из них есть на крюке свои микросердюковы Мценского уезда. Скорее всего, эффект матрешки будет работать.
ВЗГЛЯД: Началась чистка по участкам, где совсем откровенно обнаглели?
А.Ч.: Если брать многострадального Сердюкова, то тут сложилось много разных факторов, в том числе вся эта семейная история (Анатолий Сердюков был женат на дочери вице-премьера Виктора Зубкова – прим. ВЗГЛЯД). Как раз именно его сюжет – сам по себе еще не показатель. Интереснее ситуация с Минрегионом и расследованием итогов саммита АТЭС. Судя по всему, у Путина растет неудовлетворенность системой. Это касается не только коррупции.
ВЗГЛЯД: Публичная кампания приобрела ранее немыслимый масштаб, по крайней мере, в том, что связано с Минобороны, и люди автоматически ждут логического продолжения – когда посадят. Пойдет власть в этом смысле до конца?
А.Ч.: Ситуация Сердюкова в том, что уж очень много он себе нажил недоброжелателей – от бывшего тестя до Дмитрия Рогозина. Тем не менее, я думаю, что сажать Сердюкова не будут – это слишком уж крупная кость его недоброжелателям.
Да и, кроме того, одной «сажалкой» тут вообще ничего не решишь. Людям такие посадки, конечно, нравятся – надо же, большой был начальник, а теперь сидит, голубчик. Но я как раз меньше всего хотел бы, чтобы вся эта ситуация свелась к показательным посадкам. Это, во-первых, ничем не помогает решению задачи, а во-вторых, создает у ответственных товарищей ощущения эсхатологические: если через три дня солнце взорвется – пилите, Шура. Тут вопрос в том, чтобы дело не ограничилось репрессивной составляющей, чтобы в сферу расходования государственных денег пришли новые подходы и новые способы контроля и мотивации.
ВЗГЛЯД: На днях вышел фильм Аркадия Мамонтова «Коррупция» на канале «Россия». Зачем в таких масштабах разворачивать кампанию?
А.Ч.: Спрос рождает предложение. Масштабы народной зависти к сильным мира сего, публично демонстрирующим «статусное потребление», даже сложно себе вообразить. Любой полевой социолог, который пару-тройку фокус-групп провел, вам это скажет. Поэтому, будь я гендиректором какого-нибудь центрального телеканала, я бы шарашил один за другим фильмы «Коррупция». Просто исходя из интересов своих рекламодателей. Едят это люди.
ВЗГЛЯД: Что касается расследования вокруг ГЛОНАССа. Было трехлетнее следствие о пропавших миллиардах, тем не менее, дело о хищении не возбуждено, а возбуждено дело о злоупотреблениях полномочиями.
А.Ч.: Неизвестно, что хуже для лица, принимающего решения: попасть под неэффективное или нецелевое. Если заменить эвфемизмами наиболее корректные для этой темы матерные термины, неизвестно, что хуже – «украл» или «потратил впустую». Многие начальники выбирали тот вариант, который менее опасен. А при этом логика расходования средств и контроля над ними создавала эти угрозы на каждом шагу.
Когда ты понимаешь, что там, где у тебя деньги прописаны, они на самом деле не нужны, чтобы реализовать задачу, а другая задача требует срочных решений. И ты на свой страх и риск перекидываешь ресурсы из статьи в статью – и идешь под статью. Либо не делаешь этого и попадаешь под неэффективное расходование. В проверках Счетной палаты «неэффективное» намного чаще встречается, чем «нецелевое».
ВЗГЛЯД: Мелкие инциденты на местах, которые начали всплывать, – это по инерции происходит? Вот в Воронеже возбудили дело против вице-спикера местной думы, который организовал себе «командировку» в Париж.
А.Ч.: Нынешнего продвинутого хомячка приучили с лупой изучать госрасходы. Кто-то купил дорогую машину за госсчет – все, жди блогера с г***ометом наперевес. Мода – вещь заразная. Поэтому и там и тут взяли эту привычку на вооружение. В ситуации, когда кроме заинтересованного хомячка у условного воронежского вице-спикера есть персональный враг, который может этой информации дать ход, получаем сеанс борьбы с коррупционерами.
В общем, борьбы с коррупцией – не факт что осмысленной, но точно беспощадной – будет еще немало, причем в самое ближайшее время. Жду по этому поводу ежегодного Послания президента, там наверняка будут новые сюрпризы.