В среду тележурналист РТР Аркадий Мамонтов, возможно, встретится с героиней своего недавнего второго фильма, показанного в воскресенье, – главой Московской Хельсинкской группы (МХГ) Людмилой Алексеевой. Напомним, Мамонтов рассказал в своих фильмах о тесных связях британских дипломатов со многими российскими правозащитниками, в том числе и с МХГ.

Я поддерживаю нынешнюю власть. Потому что анархисты против нас сейчас воюют. Эта несистемная оппозиция – анархисты

История с признанием бывшего советника английского премьера Джонатана Пауэлла существования «шпионского камня», фильм о котором был показан шесть лет назад в эфире российского телевидения, обрастает все новыми подробностями.

Признание Пауэлла стало достоянием гласности в четверг, а уже в воскресенье Мамонтов показал в эфире второй «шпионский» фильм, прояснив детали «прокола» британской разведки. Как следует из фильма, МХГ получала деньги из британского посольства в Москве, а ее лидер Людмила Алексеева – гражданка США.

«Обязательной процедурой до выдачи такого документа является публичное принятие присяги, клятвы, суть которой – верно и безраздельно служить Соединенным Штатам Америки», – напомнил журналист о порядке выдачи паспорта США.

Оправдания Алексеевой не заставили себя ждать. Уже в понедельник правозащитница заявила русской службе «Би-би-си», что американское гражданство она действительно получила в 1982 году. Это произошло через пять лет после того, как она покинула СССР под угрозой ареста за свою правозащитную деятельность.

В 1990 году она вернулась в СССР и позднее получила гражданство России. В 2002 году, по словам Алексеевой, срок действия ее американского паспорта истек, и его необходимо было продлить. Это была рутинная бюрократическая процедура, при которой не надо было произносить какие-либо клятвы или присяги, оправдывалась Алексеева.

Камень преткновения

Что касается финансирования, то Алексеева признала, что МХГ действительно получала грант от британской неправительственной организации (НПО). У организации не было представительства в России, и лишь по этой причине грант передали через британское посольство, которое представляло эту НПО на административном уровне.

«Соответственно, подписывали документы работники посольства. Грант, который мы получили, подписал не Доу, его подписала Кати Лич, начальник политического отдела посольства. Ее ни в чем не обвиняли. Его обвинили, но он продолжал работать. Травили нас», – заявила Алексеева. Таким образом, оба сообщенных в телепрограмме Мамонтова факта – и наличие гражданства США, и получение денег из рук сотрудников посольства Британии – Алексеева признала.

О том, насколько убедительно прозвучали оправдания правозащитницы, в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал сам Аркадий Мамонтов.

ВЗГЛЯД: Аркадий Викторович, вы, наверное, уже слышали, что Алексеева заявила в свое оправдание? Могли бы вы прокомментировать заявление о том, что процедура последнего продления ее паспорта «была рутинной» и что она не приносила какой-либо клятвы?

Аркадий Мамонтов: Ну, конечно. Дело в том, что госпожа Алексеева немножко передергивает. Процедура повторения, получения и подтверждения получения паспорта в 2002 году, безусловно, носила рутинный характер. А какой характер носила процедура получения паспорта в Америке в 1982 году? Рутинный? Или была произнесена клятва? Ведь клятва произносится в США при получении паспорта только один раз. Она об этом почему-то не сказала. Это первое.

Второе: у нее ведь сын там живет еще, в Америке. Это ее личное дело, меня это не касается. Любой человек волен быть гражданином любой страны. Тем более человек, живший в России после стольких лет страшной власти коммунистов, когда, например, у наших крестьян вообще отбирали паспорта в 30-е годы, когда был «железный занавес». Это все ужасно. Сейчас люди имеют право перемещаться по миру свободно, ради бога, пожалуйста, если, например, вы человек, свободный от каких-то обязательств перед своей страной. Если вы просто живете сам по себе, имейте хоть пять паспортов. Но если вы влияете на политику своей страны, являетесь правозащитником, журналистом, который работает на специфические темы, или чиновником, тогда у вас должен быть один паспорт – паспорт гражданина Российской Федерации.

Я против того, чтобы такие люди имели обязательства перед иностранной державой. Получение паспорта – это всегда определенные обязательства перед страной, которая тебе выдала паспорт.

К госпоже Алексеевой у меня никаких претензий нет и раньше не было, когда я делал первый фильм «Шпионы». Я только выступаю за то, чтобы люди или организации, которые занимаются общественной правозащитной деятельностью в нашей стране, в России, были бы разборчивее в связях, чтобы они соблюдали Конституцию и выражали бы интересы своей страны, а не подспудно другой. Вот я против чего выступаю.

По-моему, у меня есть на это право. Несмотря на весь поток оскорблений и грязи, который раньше лился и сейчас снова льется на меня, я говорю о том, что я прав на 200%, потому что в данном случае я защищаю свою страну, свой народ от влияния тех или иных зарубежных сил.

Я не совсем уверен, что американское, а также британское правительство или любое другое любой другой страны действует в интересах России и россиян, осуществляя такие операции, которые мы с вами наблюдали в этих двух фильмах.

ВЗГЛЯД: Насколько убедительны для вас оказались пояснения Алексеевой о том, что деньги ей действительно передали через британское посольство, но лишь чисто технически, а на самом деле это были не казенные, а деньги неправительственной организации? По данным Би-би-си, это Глобальный фонд возможностей (Global Opportunities Fund).

Понимаете, у них там  узкое место в штате, вот они и решили: «Давай-ка ты, Марк, будешь у нас и шпионом, и кассиром для русских правозащитников» –  это такое отношение белого джентльмена к папуасам. Меня это лично как гражданина России унижает.

И к этим правозащитникам у меня нет никакого доверия, потому что, во-первых, они берут деньги у иностранцев. Просто так деньги иностранцы, тем более иностранные государства, давать не будут. Они же все-таки не идиоты, насколько я понимаю. Они преследуют свои цели.

Во-вторых, они передавали деньги через шпионов. Ну что это вообще? То же самое, что на второй день пребывания посла Макфола, хотя он еще не получил удостоверение посла, к нему уже потянулись, по его приглашению, правда, депутаты и несистемная оппозиция. Что это такое? Это такое унижение. Как будто мы белые папуасы, необразованная масса, дикари какие-то и варвары, какими они нас считают. Как будто у нас за плечами нет тысячелетней культуры. Они приехали сюда нас обучать, а мы в рот заглядываем, сразу бежим в это посольство.

ВЗГЛЯД: А что плохого?

А.М.: Сколько США лет? А России сколько лет? Сравните! Какие у нас были примеры, на что ориентироваться? Какие у нас были руководители государства – князья, цари, полководцы. Литература у нас какая!

Мне говорят, что я поддерживаю нынешнюю власть. Да, я ее поддерживаю, потому что анархисты против нас сейчас воюют. Эта несистемная оппозиция – анархисты.

Конечно, в стране много проблем. Коррупция на первом месте. Наркотики, наркомафия – на втором. Это и затухание производства. Но еще наша главная проблема, что у нас перестали как следует преподавать историю нашей страны и литературу. Поколение, которое сейчас у нас растет, – брошенное, невоспитанное. И в этом виноваты те чиновники, которые отвечают за преподавание и воспитание поколения.

Пустоты в мире не может быть, она сейчас заполняется другими людьми, которые в головы молодежи пихают другие вещи, которые не имеют никакого отношения ни к нашей истории, ни к нашей культуре, ни к нашей стране.

Вот что опасно. Я с этим согласен в этой части оппозиции, которая говорит о том, что образование у нас хромает. Его надо возвращать. Какая у нас была хорошая система образования! Прежде всего, история, культура, грамотность населения. А это не делается сейчас, поэтому и бегут в американское посольство: «Ой, какие вы образованные, какие вы великие!»

ВЗГЛЯД: А что бы вы ответили на другое замечание Алексеевой? В интервью Би-би-си она выразила уверенность, что признание Пауэлла было сделано «в обмен» на какие-то выгоды для Британии.

А.М.: Не знаю, вряд ли. Признание было сделано почти год назад. Пускай она почитает интервью Маши Слоним, чтобы что-то рассказывать об этом. Потом пускай почитает интервью, которое давал режиссер фильма. В конце концов, у нее есть связи, пускай позвонит самому помощнику бывшего премьера Блэра, который это заявил. Там, на Западе, все немножко другое. Человек в отставке. И он, видимо, не придал этому эпизоду значения. Тем более он сказал это почти год назад. Я думаю, что никакого там «в обмен» не было. Это просто смешно!

Я считаю, что Пауэлл поступил порядочно, что это сказал. Он молодец. Это, конечно, не политический ход. В политике порядочных людей немного. Но это счастливое исключение. Рад, что в западном мире, в Британии, нашелся, с моей точки зрения, порядочный англичанин, который сделал мне такой подарок. Thank you very much, как говорится.

ВЗГЛЯД: Вскоре после вашего первого фильма российские власти ужесточили правила работы НПО. Однако в 2009 году законодательство в этой сфере было либерализовано. Как, по-вашему, не пора ли вновь усилить контроль за НПО?

А.М.: Могу на этот вопрос ответить вам так... У нас есть, во-первых, 282-я статья УК. Она ограничивает экстремистские устремления разных людей. С одной стороны, это хорошо, с другой стороны – эту статью нужно не избирательно применять, а ко всем подряд, чтобы конституционное поле было чистым.

Что касается закона об НПО, то, думаю, образцом для нашего закона  является американский закон 1938 года об иностранных агентах. Если бы я был депутатом, я бы внес это в Госдуму.

Есть такое понятие в США – легальный иностранный агент. Нужно взять этот закон и широко опубликовать его в России, чтобы люди почитали и узнали, как американцы защищают свои интересы. По этому закону любой человек, будь то американец или иностранец, который действует от имени зарубежного правительства или зарубежной политической партии, обязан отчитываться каждые полгода не перед Министерством юстиции, как у нас сейчас в России, а перед контрразведкой – перед департаментом безопасности Соединенных Штатов и перед генеральным прокурором. Он открыто должен писать, в чьих интересах и на чьи деньги он действует.