Президентский совет по правам человека опубликовал антикоррупционную экспертизу закона «О полиции», речь о которой шла накануне на встрече с главой государства Дмитрием Медведевым.
Дыры в законе
Совет также рекомендовал вовсе изъять из закона формулировку «полиции предоставляются следующие права
В заключении, размещенном в среду на сайте совета, отмечается, что закон «О полиции» содержит в себе 16 положений, которые могут привести к коррупции в рядах правоохранительных органов.
В частности, сомнительным правозащитникам показалось положение закона, позволяющее полицейским выявлять потенциальных преступников и проводить с ними профилактическую работу. В комментарии к этой норме совет отметил, что понятие «профилактической работы» отсутствует в российском законодательстве.
Подверглось критике экспертов и то, что новый закон позволяет заниматься полицейским коммерческой охраной. Такое право, полагают они, плохо вяжется с нормой этого же закона, обязывающей полицию контролировать деятельность охранных предприятий, и может привести к конфликту интересов. «Можно сделать вывод, что полиция осуществляет одновременно и охранную деятельность, и контроль за этой же деятельностью», – отмечается в заключении.
Особенно коррупциогенным показалось правозащитникам право полицейских изымать у граждан и организаций документы, имеющие, по их личному мнению, признаки подделки.
Основные претензии совета сводятся к тому, что в законе содержатся недостаточно четкие формулировки. Например, это касается не прописанных в документе обстоятельств, при которых полицейский имеет право проверять у граждан документы и проводить их задержание, а также выдавать некие указания, запрещающие любую деятельность, угрожающую, по мнению полиции, безопасности.
Не понятными для совета остались и те «исключительные случаи», при возникновении которых полицейские имеют право изъять для предотвращения преступления автомобили частных организаций и граждан.
Совет также рекомендовал вовсе изъять из закона формулировку «полиции предоставляются следующие права». Как напомнили правозащитники, органы государственной власти должны быть наделены лишь компетенциями или полномочиями.
Мимо экспертизы
#{smallinfographicleft=368883}Особо правозащитники в своем заключении отметили тот факт, что закон «О полиции» вообще не прошел перед своим вступлением в силу обязательной антикоррупционной экспертизы.
В своем ответе правозащитникам, почему данный законопроект избежал этой процедуры, Минюст сообщил, что он обязан проводить экспертизу лишь законов, разработанных по линии федеральных ведомств. Закон «О полиции», указали там, был внесен президентом, и посему не может считаться документом, разработанным федеральными органами исполнительной власти.
Сам глава государства, комментируя накануне эту ситуацию, заявил, что он был не в курсе того, что его законы не проходят подобной экспертизы. «Не знал, что законы, подготовленные и внесенные президентом, не проходят так называемую антикоррупционную экспертизу. Мне кажется, любые законопроекты должны ее проходить», – добавил он.
Долгое дело
В среду же на сайте совета появился текст предварительного заключения рабочей группы, изучавшей обстоятельства гибели юриста фонда Hermitage Capital Сергея Магнитского в одном из московских СИЗО.
В документе, также обсуждавшемся днем ранее с президентом, отмечается, что дело в отношении юриста расследовалось теми же сотрудниками МВД и СК МВД, против которых он выдвигал обвинения в финансовых махинациях, а значит, налицо был конфликт интересов. «Отказ от устранения данного конфликта интересов может свидетельствовать либо о халатности, либо об определенной заинтересованности руководителей расследования», – говорится в докладе.
Совет установил, что Магнитский действительно не получил необходимой ему медицинской помощи из-за действий или бездействий ряда сотрудников следственных органов и пенитенциарной системы. Более того, перед гибелью он мог быть жестоко избит.
Кроме того, по мнению правозащитников, в отношении Магнитского судьями был нарушен закон при избрании меры пресечения и продлении сроков содержания под стражей, а прокуратура и суды неэффективно провели проверки его многочисленных жалоб. Никаких оснований, говорится в заключении совета, для ареста юриста в тот момент не было.