Во вторник начальник Генерального штаба Вооруженных сил Николай Макаров сообщил, что решение по закупке у Франции вертолетоносца Mistral фактически уже принято. По его словам, пока идет согласование всех необходимых ценовых параметров и уже в этом году все документы будут готовы.
#{image=310638}Ранее газета ВЗГЛЯД сообщала, что, по данным ее источника, стороны готовы оформить сделку по цене в 700 млн евро. Об этом газете ВЗГЛЯД рассказал источник в военно-промышленном комплексе России.
Как напомнил собеседник газеты ВЗГЛЯД, ранее эксперты называли цену в 500 миллионов, потом говорили про 600, а теперь же речь идет о 700 миллионах. Тот факт, что цена явно растет, по мнению источника, указывает на то, что повышается и вероятность того, что Mistral россиянам все же продадут вместе с его самой ценной составляющей, то есть с боевыми системами.
#{smallinfographicleft=396103}Предположительно, корабль появится в российских водах в течение двух лет. По предположениям военных, Россия закупит у Франции по меньшей мере один Mistral с тем, чтобы получить право по французским технологиям уже на собственных верфях строить корабли такого типа.
В последний раз возможность приобретения Россией вертолетоносцев Mistral обсуждалась 9 декабря, когда в Москве встретились премьер-министры Франции и России Франсуа Фийон и Владимир Путин. Фийон заверил, что проблем, относящихся к вопросу передачи технологий строительства кораблей, не возникнет. В свою очередь глава российского правительства предложил дождаться окончания тендера, объявленного Минобороны. Он добавил, что российские специалисты уже побывали во Франции, чтобы прояснить все вопросы, которые «представляют интерес для российской стороны».
Напомним, корабли класса Mistral призваны повысить мобильность морской пехоты как в прибрежных водах, так и в Мировом океане. Максимальная длина корабля – 199 м, скорость полного хода – 19 узлов, высокая дальность плавания – более 10 тыс. миль. Его вместимость – батальон морской пехоты вместе с техникой. Авиагруппа корабля включает 16 тяжелых вертолетов, из которых шесть могут одновременно размещаться на взлетной палубе. Одновременно на нем могут транспортироваться до 60 единиц автобронетехники при восьми летательных аппаратах.
Константин Макиенко (фото: dfnc.ru) |
О том, почему все-таки выбор пал на Mistral, газете ВЗГЛЯД рассказал замдиректора Центра анализа стратегий и технологий Константин Макиенко.
ВЗГЛЯД: Почему не выбран альтернативный кораблям класса Mistral вариант, например испанский Juan Carlos, который имеет заметно большую вместимость, или южнокорейские Dokdo?
Константин Макиенко: Если говорить конкретно о выборе в пользу французов, а не южных корейцев и испанцев, то были приняты во внимание особые политические отношения с Францией и отсутствие американских комплектующих, которых нет на Mistral, в отличие от испанского и южнокорейского проектов.
ВЗГЛЯД: В августе российские судостроители, которые также выразили готовность участвовать в тендере, заявили, что в российско-французской сделке можно усмотреть признаки нарушения законов «О государственном оборонном заказе», «О размещении заказов для госнужд» и «О защите конкуренции» и обратились в ФАС за разъяснениями. Почему Минобороны проигнорировало интересы отечественных верфей?
К.М.: Раз сделка вырисовывается, то, видимо, все проведено в соответствии с законом. Незаконных сделок у нас не бывает.
ВЗГЛЯД: Россия хотела получить лицензии на самостоятельную сборку вертолетоносцев. У российских предприятий есть такой опыт и возможности?
К.М.: Опыта нет, но возможности есть. Возможно, обойдется немного дороже, но в принципе ничего сложного нет. В какую сумму обойдется России такая сделка, я знаю, во сколько, но не знаю, могу ли я об этом говорить. Она исчисляется в сотнях миллионов евро за корабль. Насколько это адекватная цена, трудно сказать. Вообще цены всегда есть куда сбивать.
ВЗГЛЯД: Могут ли возникнуть какие-либо проблемы, относящиеся к вопросу передачи технологий вертолетоносцев Mistral, чтобы уже на собственных верфях строить корабли такого типа?
#{weapon}К.М.: Вообще неизвестно, передают ли они технологии или нет. Лицензию на строительство – наверное. Самое интересное не в строительстве корабля, а передадут ли французы технологию боевой системы управления. Я думаю, что нет. То есть они передают ее как изделие. Они передадут эту систему физически, в железе. То есть это может быть некий черный ящик, который работает до тех пор, пока они сами этого хотят. А когда они не хотят, он перестает работать. Но предполагается также, что они все же передают нам и документацию, а мы эту систему далее делаем сами. Хорошо еще, если протоколы передадут.
ВЗГЛЯД: Ранее обсуждались два варианта сделки – французы предлагали России купить сразу два корабля, а россияне готовы были взять лишь один и затем его скопировать. Могли бы вы сообщить, какое количество кораблей все же решено купить?
К.М.: У меня такое ощущение, что это до сих пор не решено, это до сих пор остается предметом дискуссий. Российская позиция тоже не консолидирована. Есть позиция Минобороны, в том числе и руководства Военно-морского флота, которая заключается в том, что они просто хотели бы купить изделие. А есть позиция российской промышленности, которая настаивает на максимальной локализации производства в России.
ВЗГЛЯД: Есть ли вообще смысл в сделке, если французы сбывают России Mistral без боевых систем? Не будет ли он представлять из себя в таком случае заурядный корабль, которые отечественные верфи и сами могли бы создать?
К.М.: Это вопрос к Военно-морскому флоту.