– Глеб Олегович, какие моменты в послании Дмитрия Медведева Федеральному собранию вам показались самыми важными?
– Это послание было лидерской заявкой президента. Заявкой на новую политическую стратегию. Новую по отношению к предыдущей. Это смена стратегии: переход от стратегии спасения России, которая была успешной, но вынужденной для Путина в предыдущее десятилетие, к системной модернизации России и превращению ее в мировое государство. Это важный поворот.
Интересно, что Медведев здесь идет вслед за Солженицыным – выдвигает значение демократии на низовом уровне
Предыдущая стратегия сработала – Россия спасена. Но она находится в жалком состоянии. Если мы хотим встать наравне с другими, мы должны не рассказывать сказки о своем величии, а взяться за работу. В этом главный посыл. Отсюда такой рабочий, неромантический стиль послания. Россия должна выжить в качестве мирового государства в современном мире. Отсюда приоритет перемен. Надо создать общество, настроенное на обновление. Наше общество сегодня не таково. Президент описывает то, чего нет, и то, чего недостаточно. Он предлагает это на разных уровнях, в том числе на институциональном, требуя, чтобы парламентские партии вели диалог с непарламентскими. Здесь такой подтекст: если мы сила, если мы взяли власть и ответственность, то мы должны не кичиться ею, а разговаривать с каждой группой. Это европейский принцип инклюзивности. Развитие включает всех, а не выталкивает наружу.
Послание очень маломосковское. Для аудитории, которая явно не видит московскую тусовку, московский политический класс. Оно повернуто к Москве спиной. Столица упоминается один раз и то для того, чтобы указать на дефицит демократического представительства в Москве, конкретно – в Мосгордуме. Медведев делает упор на развитии политической системы в регионах как базы системной модернизации России. Это очень важно, потому что главный вопрос модернизации: кто ее будет проводить. У нашего либерального политического класса превалирует идея модернизации сверху, в том смысле, что столица будет сама управлять процессом. Но это невозможно. Базой может быть только активизация региональных обществ. Президент говорит, что элитами будут те, кто впрягутся. Остальные будут уходить. И это касается не только коррумпированных групп, которым прямо заявлено, что их надо сажать, а также – усталых, выгоревших, уставших от всего людей, которые уже 20 лет находятся в политическом процессе и в каком-то смысле тормозят общее развитие.
#{help=348035}– Какие социальные приоритеты обозначил президент?
– Социальным приоритетом, безусловно, является ценность людей и их поддержка. И еще раз – мне кажется очень важной лидерская заявка. Это, если хотите, послание Медведева Путину. Около 10 раз сказано, что должно сделать правительство. В такой определенной, однозначной форме Медведев с правительством еще не говорил. Это говорит о том, что лидерская позиция в тандеме постепенно закрепляется за Медведевым, и в этом смысле его заявка на лидерство в этом послании получает своего рода рабочий план, план-график с указанием конкретных заданий и конкретных дат.
– Говоря о политической системе страны, президент высказался за справедливую конкуренцию между партиями. Как бы вы охарактеризовали данную составляющую?
– Он не просто высказался, а обозначил это как приоритет в избирательной системе и привел целый ряд предложений по корректировке, особенно на уровне местных выборов. Очень интересно, что Медведев здесь идет вслед за Солженицыным – выдвигает значение развития демократии на низовом уровне как более важное для России, чем развитие ее в столице. Большая часть времени из того, что он говорил о политике, была уделена именно развитию местной демократии. Сюда относится и все, что он говорил о честной конкуренции. Это значит, что он будет лично следить за попытками вмешательства местной исполнительной власти в политические процессы. Он в каком-то смысле простил, подвел черту под последними местными выборами, но достаточно ясно дал понять, что за этим уровнем он будет следить особенно внимательно. И здесь его предложения по обязательному присутствию оппозиционных партий на местном телевидении, думаю, – неприятная новость для сидевших в зале, как я наблюдал, губернаторов.
– Медведев заявил, что в перспективе можно отказаться от сбора подписей партиями для участия в выборах. Когда это может произойти?
– Партия «Единая Россия» должна это понимать как прямое указание президента, как предложение, от которого нельзя отказаться. И зависит это в первую очередь от нее. Я думаю, на съезде партии через неделю мы, скорее всего, услышим предложения по срокам.
– Президент много говорил о борьбе с коррупцией. По вашему мнению, насколько эффективным оказался ранее принятый пакет антикоррупционных мер?
– Пакет антикоррупционных мер хорош. Вопрос в политической воле, в его реализации. Президент обозначил, что у него эта воля есть, и он прямо объявил о неизбежных чистках в правоохранительных органах и в силовых структурах. Но при этом он предупредил, что эта чистка не будет популистской кампанией и шельмованием кадров, но она будет жесткой и неуклонной. Он обозначил цифры «жертв» уже идущей антикоррупционной деятельности, и, судя по всему, следующие цифры будут такими же впечатляющими.
– Зачем Медведеву понадобился в правительстве ответственный за ситуацию на Кавказе? Полпреды президента и местные власти не могут эффективно справляться?
– Он обозначил Кавказ как особую проблему России, как особое направление. Полпред не является исполнительной властью. Полпред – это контрольная инстанция. Он обозначил необходимость системного подхода к проблеме Кавказа для России и поэтому сказал, что необходимо в каком-то смысле в кавычках, он не назвал такого слова, – что-то типа «министерства по делам Кавказа». Так это было понято. Если в правительстве появится человек, то это будет человек с полномочиями, в сущности, министра. Необходимость такой позиции и такого направления уже обсуждалась. Это проработанная тема.
– Вас не удивило, что президент в этот раз мало времени уделил внешней политике?
– Это был демонстративно подчеркнутый момент. Президент совершенно сознательно минимизировал объем внешнеполитических заявлений настолько, что он, очевидно, не соответствует его реальному объему действий в этом направлении. Хотя бы потому, что прямо сейчас он поедет в целый ряд зарубежных поездок. Он, впрочем, сказал, что модернизация невозможна в изоляции от мира. Смысл, с моей точки зрения, был такой: «Ребята, хватит болтовни о величии России и великой шахматной доске и борьбе на ней. Давайте будем реально усиливать страну внутри. Будем заниматься реальной работой». Он хотел увести послание от соблазнов его идеологической трактовки. Послание подчеркнуто антиидеологично.