Если хоть немного подумать, то становится ясно: жертвами «бутовского поджигателя» становятся отнюдь не олигархи. Хотя бы потому, что олигархи в Бутове не живут. Тем не менее рефлексы «народного сознания» срабатывают безотказно. Мы ведь знаем, что только «очкастый частный собственник» катается в «зеленых, серых, белых «жигулях». Тем более в «фольксвагенах», «фиатах», «тойотах» и «фордах».
Поклоннику Робин Гуда стоить помнить: рано или поздно ему самому придется пересечь Шервудский лес
Классовое чутье не дремлет! А потому неавтомобилизованные массы уверены: личная машина – признак буржуя. У которого деньги – ворованные. Поэтому его надо жечь. Если не лично, то по крайней мере его машину.
Тот же самый эффект срабатывает и в деле Квачкова. Формально говоря, вердикт суда присяжных означает, что отставной полковник не устраивал покушения на главу (теперь уже бывшего) РАО «ЕЭС России». Но, как уже отмечала газета ВЗГЛЯД, фактически публика уверена – да, именно экс-полковник ГРУ с тремя бывшими десантниками хотел убить Чубайса. И за это достоин восхищения.
Мы наблюдаем интереснейший социально-психологический эффект. Огромное большинство российского общества измотано и утомлено революционными 90-ми годами. За последние 8 лет его социально-экономическое самочувствие заметно улучшилось, чего не скажешь о чувстве справедливости.
Сознательно или (чаще) бессознательно, средний российский обыватель хочет наказания тех, кого почитает виновными в своих бедствиях прошлого десятилетия. Как и тех, кто в 90-х не потерял, а приобрел.
При этом устраивать какую-либо смуту нормальный русский обыватель отнюдь не расположен. Он только что сумел более-менее оправиться. У него появился достаток, сравнимый с позднесоветским количественно и сильно превышающий его качественно. У него снова есть чем гордиться.
Так что бунтовать – никогда. Лучше Медведев, Путин и «Единая Россия». Но социальная зависть к преуспевшим раньше никуда не делась. Как никуда не делась неприязнь (а то и ненависть) к тем, кого «народ» предпочитает считать виновниками своих бедствий.
Получается некоторый когнитивный диссонанс. С одной стороны, не хочется рисковать достигнутым (да и бунтари типа Каспарова или Лимонова не вызывают особого доверия). С другой – хочется свести счеты.
И тут появляются «Робин Гуды». Они действуют сами, никого никуда не зовут. Они делают то, о чем мечтается миллионам советских людей, которых принудили быть свободными. Ну как тут не посочувствовать?..
Шахматист Каспаров может сто раз выводить по сотне своих сторонников на марши несогласных под дубинки ОМОНа – он неинтересен. Литератор Лимонов может сколько угодно кричать, что «земля должна гореть под ногами» у нынешних властей, – его не будут слушать. «Новые националисты» могут до посинения пугать засильем инородцев – на них не обратят внимания.
А вот «Робин Гуд», стреляющий в Чубайса или сжигающий «буржуйские» тачки, обречен на массовое сочувствие. И тем он опаснее всех Лимоновых-Каспаровых-Поткиных, вместе взятых. Ведь для устройства смуты не нужны миллионы и даже тысячи – достаточно нескольких сотен, а то и десятков, собранных в нужном месте при молчаливом одобрении общества…
Социальная зависть, часто называемая стремлением к справедливости, сокрушительна. Что характерно, мало кто из одобряющей публики хочет смуты. Но они не в силах преодолеть искушение и отказать себе в удовольствии позлорадствовать на тему погоревших буржуев и пожелать «собачьей смерти» устроителю приватизации. По крайней мере до тех пор, пока не сожгли их собственные «жигули» и не отобрали приватизированную квартиру…
Но поклоннику Робин Гуда стоить помнить: рано или поздно ему самому придется пересечь Шервудский лес.