Политика

22 мая 2008, 18:53

Адвокат Павел Астахов: «Я раскрыл шпиона»

Романы известного адвоката Павла Астахова действуют как катализатор – откровенное описание российских реалий заставляет поволноваться многих. В этом убежден сам адвокат, политик, телеведущий и писатель. О том, как рождались первые произведения в жанре адвокатского романа, о своем новом романе «Шпион» и о творческих планах на будущее Павел Астахов рассказал в интервью газете ВЗГЛЯД.

На днях выходит в свет новая книга адвоката Павла Астахова. Стоит заметить, что ему несколько лет назад удалось подарить российским читателям абсолютно новый для нашей страны жанр – адвокатский роман. О том, откуда появилась эта идея, и начался разговор с известным юристом, писателем и телеведущим.

В «Шпионе» я описываю ситуацию постсоветского пространства. В конце 90-х мне самому пришлось участвовать в деле о шпионаже

– Павел Алексеевич, как знаменитый адвокат стал писателем?
– Впервые я взялся за перо до того, как пошел в школу. В детстве писал стихи, а в школьном возрасте – фантастические истории. Но серьезно я задумался о жанре адвокатских романов в 1998 году. Тогда я написал первую книгу, а через год – в 1999-м – она вышла в свет. Называется она «Левосудие для всех». Ее можно было бы назвать мемуарами, но на тот момент как таковых мемуарных воспоминаний я накопил мало.

«Левосудие для всех» – это сборник адвокатских баек, анекдотов и историй. Издательства, которое ее выпускало, уже нет в природе. Но все, кто имел дело с выпуском моей первой книги, очень тогда удивлялись – книга тиражом в 6 тыс. экземпляров продалась моментально. Хотя в 1999 году я не был так уж известен.

Написал я ее за лето, отдыхая в Испании. Причем написал не на компьютере, а от руки, чернильной авторучкой. И вот тогда я подумал о том, чтобы запустить адвокатскую серию. Настоящий адвокат, который ведет массу дел, за свою профессиональную жизнь встречается с интересными людьми, изучает много любопытных материалов, знает множество различных фактов – интересных и важных, о которых простой человек, может быть, не узнает никогда в жизни…

Кроме того, до широкого круга читателей очень интересно донести не только эти материалы и факты, но и раскрыть некоторые адвокатские приемы – как адвокат решает ту или иную юридическую головоломку.

Задумавшись об этом, я попытался написать книгу «Миротворец». Но вовремя понял, что у меня не хватает глубины и знания материала. К тому времени я еще не успел провести тех значимых дел, которые сейчас есть в моем багаже. Затею эту я тогда оставил и писал короткие рассказы и романы для нескольких журналов.

– О чем?
– Есть у меня роман под двумя названиями: «Его любовь» или «Любовь кутюрье». Само по себе произведение очень необычно: это чисто женский роман, написанный от лица героини, которая сама по себе необычна. К тому же, кем на самом деле является герой, сразу непонятно. Выясняется это только в финале. И в этом вся интрига.

Этот роман я написал в Америке в 2002 году – я там учился и защищал диссертацию. Настроение было грустным, и я решил развеселить свою жену вот таким образом: написал роман, который своей второй половине и посвятил.

Роман понравился даже строгим критикам. И я написал еще два таких же произведения от имени других персонажей. К сожалению, тот компьютер, за которым я работал в Штатах, в дороге сломался и все, что было написано, не сохранилось. Но романы я помню и когда-нибудь их восстановлю. И вообще, мне хочется написать еще одну серию адвокатского романа – истории от первого лица, различные ощущения персонажей, как они воспринимают действительность и события. Но эту серию запущу позже.

– То есть проба пера прошла удачно?
– Да. И я, почувствовав, что у меня получается, по возвращении из Америки переиздал «Левосудие для всех». Тут же выпустил подряд несколько книг по юридической тематике. И понял, что теперь могу замахнуться на что-то более серьезное.

Конечно, у меня были некоторые сомнения по поводу того, можно ли раскрывать все секреты работы адвоката. Ведь адвокатская практика предполагает наличие профессиональной тайны, а потому здесь надо умело сбалансировать – не обидеть, не нарушить чью-то тайну, которая священна. И в то же время рассказать нечто необычное и интересное для читателя. Всем же интересно подсматривать в замочную скважину. Это правда… Хотя здесь надо было подсматривать очень аккуратно.

Да и Америка мне помогла реализовать свой замысел…

– В каком смысле?
– В Штатах у нас был список рекомендованных для чтения книг и фильмов для просмотра. В этом перечне были произведения Джона Гришема, представляющие собой классику адвокатского романа. Увлекшись Гришемом, я осознал, что его восприятие адвокатской практики близко к моему. Мне интересно, как он передает обстановку. Автор не просто описывает события со стороны рутинной работы адвоката.

Так что в этом смысле Джон Гришем мне помог и подарил еще несколько задумок на будущее: это рождественская сказка и комедия, но тоже в жанре адвокатского романа.

Но пока я буду реализовывать начатое – у меня задумана целая линейка романов, три из которых я уже описал. Это «Рейдер», «Мэр» и «Шпион», который выйдет в свет на днях.

На днях выходит в свет новая книга адвоката Павла Астахова (фото: Эвелина Гигуль/ВЗГЛЯД)
– И как создавался первый из этих романов – «Рейдер»?
– Роман «Рейдер» я вынашивал почти два года. Год созревал, ходил «в замысле», а потом еще год писал. Но очень опасался, что меня кто-нибудь опередит: вдруг появится какое-то произведение про рейдера и я не успею стать первым. Но после издания книги прошло уже два года, а другой похожей вещи так и не появилось. Говорили, что будет «Антирейдер», но и его нет.

О том, настолько удачно это произведение, можно спорить. Но автор имеет право ошибаться, заблуждаться, поэтому критиковать можно. В любом случае это мое первое произведение в таком роде. К тому же до этого никто у нас в таком жанре не писал. Были отдельные попытки, но они больше походили на автобиографии, мемуары. А романов о конкретном деле, о конкретном персонаже не было. Так и появился «Рейдер».

Кстати, когда я его дописывал, то попал в дело волгоградского мэра Евгения Ищенко. Он был арестован по нелепым обвинениям, просидел год и 11 дней под стражей, а потом был отпущен.

– И после этого появился роман «Мэр»?
– Сразу хочу сказать, что в книге «Мэр» судебные сцены практически документальны. Потому что это придумать невозможно! Да я и сам люблю суд и до сих пор присутствую лично на судебных разбирательствах. Наблюдение за тем, как идет процесс, дает мне полное ощущение о жизни дела, которое я веду, о жизни моих клиентов и, само собой, моих будущих героев.

К главному герою я относился по-особенному, поскольку видел человека, который стал прототипом моего персонажа. Это мэр города-миллионника, бывший депутат Госдумы, который просидел за решеткой больше года по нелепейшим обвинениям.

Когда роман был издан, многие подумали, что книга о столице. Но это не так. Да, там есть некие ассоциации… В частности, жена моего мэра тоже является крупной предпринимательницей. Но я не думаю, что супруга нашего столичного градоначальника должна на это обижаться. Есть отдельные черты, которые могут отдаленно ее напоминать. Но это абсолютно другой персонаж. Меня даже обвинили в том, что я написал оду Лужкову и его семье. Да никакой оды я не писал. Я писал роман о современном мегаполисе.

Но, самое смешное, я оказался прав. После того как книга вышла в свет, некоторые события случились и в жизни. К примеру, в романе «Мэр» я описал борьбу с ларьками и хлебный бунт. Нужно ли говорить о том, что и в реальности через какое-то время все случилось…

– А новый роман «Шпион» – это тоже собирательный образ действительности?
– Здесь нужно заметить вот что. «Рейдер» – это события 2004/2005 года. Роман «Мэр» начинается сразу после «Рейдера» – 2006/2007 год. А новый роман «Шпион» – это конец 90-х – начало 2000-х.

В «Шпионе» я описываю ситуацию постсоветского пространства. Это действительно были лихие годы, и я их сам, те времена, отчетливо помню. Каждый день в кого-то стреляли и убивали. В конце 90-х мне самому пришлось участвовать в деле о шпионаже.

На развалинах Советского Союза еще не сформировалось мощное государство, умеющее защищать своих граждан, отстаивать их права и свободы и в то же время защитить свою безопасность. И на фоне государственной, общественной трагедии случались маленькие трагедии отдельных людей. Вот маленькие трагедии отдельных людей – это и есть суть романа «Шпион».

С одной стороны, это трагедия полковника Соломина, который был выброшен за борт. Это разведчик, который отзывается из-за рубежа и возвращается в Россию. Оказываясь в этом водовороте и хаосе, он не понимает своего места и предназначения. Но тем не менее Соломин пытается в этой неразберихе найти свое место и заниматься все-таки своим делом, то есть охранять государственные тайны.

Он сразу же находит тех, кто в мутной постсоветской воде пытается поймать рыбу, – британских шпионов, которые в этот период времени активизировались. Они на самом деле были специально посланы для того, чтобы забрать российские секреты и технологии.

То есть высосать из постперестроечной России, находящейся на распутье, максимум возможных выгод для себя.

Это известная вещь. Мы в то время находились в хаотичном состоянии, в разрушенной государственности и не понимали, какой должна быть идеология. Россия искала свой путь – идеологический, социальный, политический и экономический. И в тот момент разведки работали ударными темпами – для шпионов это была идеальная ситуация.

Вот эту трагедию я и описал в своем романе «Шпион». Моему герою Соломину начинает противостоять его однокашник – сквозной герой моих книг адвокат Артем Павлов. Это сложная дуэль, потому как они оба патриоты, они оба преданы своей стране. И оба правы. Ведь есть профессия защищать Родину и государственные секреты, а есть профессия защищать людей, закон.

Но не только противостояние по профессиональным интересам разводит их по разные стороны баррикады. Здесь замешаны и личные отношения – у них возникает конфликт из-за девушки.

Кстати, я специально и осознанно помещаю своих героев в непростые ситуации. В такие моменты у них начинает проявляться профессиональная деформация. В принципе я своих героев всегда наделяю таким качеством. Все мы такие – профессионально деформированные, только порой этого не замечаем. А деформация как раз проявляется в сложных ситуациях. Оказываясь в них, герои начинают раскрываться.

К тому же название «Шпион» многолико. Так же, как «Рейдер». Шпионами и рейдерами оказываются в моих книгах многие, а не только те, которых арестовывают.

«Шпион» – это последнее дело для многих персонажей. В финале подводится для многих героев неутешительный итог. И «Шпион» – это своего рода продолжение «Рейдера». В первом моем романе полковник Соломин появляется несколько раз. Так что «Шпиона» я вынашивал с первого дня возникновения Соломина. Он мне дорог.

– А Вы не опасаетесь, что с этим романом повторится история «Рейдера»?
– Да, с «Рейдером» была та еще история… Меня тогда обвинили в том, что события, которые я описал, порочат правоохранительные органы.

Некоторые думали, что я, сообщая, что меня вызывают в прокуратуру, просто делаю себе пиар. Да я и сам думал, что повестка в прокуратуру – это шутка коллег. А дело было так. В пятницу вечером перед началом отпуска мне пришел факс с просьбой явиться на допрос. Я не поверил и улетел на две недели. Когда вернулся, выяснилось, что «приглашение» пришло повторно с предупреждением, что меня могут привести туда насильно в наручниках. И я, поняв, что это не чья-то шутка, отправился в прокуратуру с адвокатом.

Так что обвинением в том, что я порочу кого-то, можно долго-долго пользоваться. Когда люди не могут спорить в правовом поле, они начинают пользоваться другим аргументами: «целесообразность», «политическая необходимость», «государственный интерес».

А что касается «Шпиона»... Да, это острый роман. Я уже сейчас предвижу, сколько будет замечаний, что я пишу откровенно о методах работы шпионов. Так что, конечно, все может повториться. И если это повторится, я готов привести в пример реальные факты. И нужно понимать, что такое откровенное описание действительности действует как катализатор – все сразу начинают обращать внимание на себя.

– Кстати, Вашего героя, адвоката Павлова, часто сравнивают с Вами…
– Артем Павлов – это не я! Несмотря на все разговоры о том, что этот персонаж мое alter ego, это далеко не так. Да, у Павлова есть какие-то черты от меня и, возможно, есть черты, которые я хотел бы иметь или, наоборот, не иметь.

К этому персонажу я отношусь с любовью. Я понимаю, насколько ему сложно обитать в адвокатской среде. По многим вопросам мне близка его позиция. И этот персонаж будет во всех моих адвокатских романах. Всего их будет по моей задумке девять. Может быть, получится и больше, но пока мне кажется, что больше не стоит – иначе это превратится в долгоиграющий сериал.

Но если говорить о книге «Шпион», то скорее мое второе «я» – это Соломин. С этим героем случается настоящая трагедия, которую я переживаю вместе с ним.

– Вы уже упомянули, что Ваши романы в своем роде пророческие. Откуда такая проницательность?
– Это лежит на поверхности. И мне понятно, что должно произойти. Это некий перспективный анализ, интуиция. Я в материале, и я понимаю, какой конфликт из этого может получиться.

Книги – это зеркало нашей жизни. Я не могу писать о жизни на Марсе или на Луне. Это другой жанр – фантастика. А у меня адвокатский роман – вот это мой жанр. К тому же в каждом романе я ставлю адвоката в различные условия. В романе «Рейдер» он занимается отражением рейдерской атаки и действует как антирейдер, защищая государственную собственность. В «Мэре» он действует как судебный адвокат. В «Шпионе» занимается защитой шпиона, участвует в государственном расследовании. А в следующей книге, над которой я работаю сейчас, он выступает как представитель потерпевшего. Это уникальный случай, когда адвокат становится на сторону обвинения.

– А о чем этот роман?
– Называется он «Продюсер» и начинается с убийства известного продюсера. Эта история придумана, но в ней можно увидеть сразу несколько известных нераскрытых дел по убийству. Например, Влада Листьева, Михаила Круга, Игоря Талькова. Это симбиоз образа продюсера в современной России. А продюсерская тусовка – это «террариум единомышленников». Они все между собой конкуренты, это война радиостанций, каналов, газет.

По договору с издательством книга должна быть написана до конца года. Но у меня есть собственная методика, так что, может быть, напишу уже до конца лета.

– Что за хитрая методика такая?
– Я пишу в круизах, на отдыхе. У меня были рекорды, когда я в день мог написать по 17 страниц текста. Бывало, что начинал я в 8 утра на пляже и заканчивал уже после полуночи. Но это на самом деле рекорд. Мой товарищ, профессиональная писательница Татьяна Устинова, говорит, что максимум можно написать 7–9 страниц в день. А я умудрялся писать и по 12, и по 17 страниц…

Утром, когда я бегу по беговой дорожке, я думаю не о том, что мне осталось пробежать еще 5 км, а о своих героях. Я размышляю над тем, кто и как может себя проявить в определенной ситуации. Мои герои живут своей жизнью.

И вообще, писательский труд очень полезен. Мало того что он приносит огромное удовольствие, что, по сути, является самым главным, – писатель, создавая ту или иную реальность, может избавиться от своих комплексов. Пусть читатель сам думает, было событие на самом деле или нет.

Кстати, обложки для своих романов я тоже придумываю сам. Я все детство провел с карандашом, рисуя карикатуры. Однажды я за урок нарисовал шаржи на всех одноклассников. Жалко было потом стирать…

И эпиграфы к романам я тоже пишу сам. Я их очень люблю, в них, на мой взгляд, соль книги.

– Наверняка по Вашим романам можно снимать фильмы?
– По «Рейдеру» уже снимают. И по «Шпиону», который сейчас выходит, режиссер Алексей Учитель хочет снять фильм. Причем он пока его не читал, сюжет я ему рассказал на словах.

А то, что по «Продюсеру» снимут сериал, – это точно. События этого произведения очень хорошо ложатся в современную канву телевидения.

Читайте подробности биографии Павла Астахова и смотрите видео его выступлений на интернер-телеканале Russia.ru.

Текст: Елена Пацар

Вам может быть интересно

ЕС ввел санкции против 12 управляющих российскими НПЗ компаний
Темы дня

Как Россия преодолеет урановый дефицит

Одно из важнейших для всей планеты полезных ископаемых – уран – уже в ближайшей перспективе ожидает существенный дефицит. Это будет иметь глобальные последствия, особенно с учетом резкого распространения атомной энергетики. Как этот дефицит коснется Россию и каким способом она уже сейчас готовится его преодолеть?

Украина пытается закрыть небо учебными самолетами из Чехии

Украина рассчитывает получить 16 учебно-тренировочных чешских самолетов L-39 Skyfox. Киев уже согласовал получение четырех машин и сейчас идет подготовка летчиков. Машины предполагается использовать не только для учебно-тренировочных полетов, но и перехвата ударных беспилотников. Насколько выгоднее применять реактивный самолет по сравнению с зенитными дронами или мобильными группами? Придется ли России предпринимать контрмеры?

Дипломат: Евросоюз не понимает цели мирных переговоров

RFI: Французские военные тайно находятся на Украине с лета

В США поспорили о стратегии «Сделать Америку снова доброй»

Новости

У горящего здания горнолыжного комплекса в Москве обрушилась крыша

В Москве произошло обрушение кровли здания на складе горнолыжного комплекса «Лата Трэк» в Крылатском, там фиксируется сильное возгорание.

Еврокомиссия подготовила план кредита для Украины на 45 млрд евро

В среду Европейская комиссия представит план предоставления Украине кредита в размере 45 млрд евро, обеспеченного резервами долгосрочного бюджета объединения, сообщает газета Politico.

В Таиланде забили тревогу из-за «рыб-зомби»

Рыбаки в Таиланде сообщили о появлении в реке Меконг сомов с волдырями и обесцвеченными плавниками, получивших прозвище «рыбы-зомби».

Умер бывший вице-премьер России Полторанин

Бывший вице-премьер России Михаил Полторанин скончался на 87-м году жизни, сообщил его сын Максим.

Рогов призвал лишить Украину возможностей для атак на Крымский мост

Надо сделать так, чтобы у ВСУ вовсе не было возможности совершать атаки на Крымский мост, для этого мы и ведем спецоперацию, сказал газете ВЗГЛЯД председатель комиссии ОП Владимир Рогов. Он отметил, что ПВО сработала отлично и в ходе атаки украинских дронов в понедельник Крымский мост не получил критических повреждений.

Путин назвал амбиции Запада препятствием для справедливого мира

Неоколониальные амбиции западных государств остаются серьезным препятствием для построения справедливой международной системы, заявил президент России Владимир Путин.

В Приднестровье спрогнозировали итоги второго тура выборов башкана Гагаузии

Кишиневу не понравится ни один из потенциальных победителей выборов башкана Гагаузии. Поэтому центральные власти Молдавии постараются ограничить возможности будущего победителя, особенно в части благосостояния жителей автономии, сказал газете ВЗГЛЯД экс-глава парламента Приднестровья Александр Щерба. Ранее Александр Стояногло и Федор Гагауз вышли во второй тур выборов главы Гагаузии.

Из Польши за одобрение теракта в Кракове депортировали двух украинцев

Польская полиция задержала и депортировала из страны двух молодых граждан Украины за угрозы прохожим и публичное одобрение стрельбы в Кракове.

Каллас назвала абсурдными требования России по Украине

Глава дипломатии Евросоюза Кая Каллас назвала абсурдными требования России об уступках для завершения конфликта на Украине, подчеркнув, что Москва должна первой сделать шаг к миру.

Премьер Эстонии выступил за бессрочное закрытие границы с Россией

Премьер-министр Эстонии Кристен Михал выступил за бессрочное закрытие эстонско-российской границы после попытки диверсии на заводе беспилотников в Таллине.

Физики допустили гибель Вселенной из-за внезапного появления пузыря пустоты

Обозреватель New Scientist Лия Крейн заявила, что Вселенная может внезапно погибнуть из-за возникновения пузыря абсолютного ничто, который начнет расширяться со скоростью света.

Публикация архивов спецслужб обернулась скандалом в Венгрии

Публикация Венгрией секретных архивов о коллаборантах коммунистической эпохи обернулась скандалом из-за ошибок в базе данных и утраты десятков тысяч документов, пишет Bloomberg.
Мнения

Андрей Манчук: Почему американские студенты захотели назад в СССР

Современная американская реальность проигрывает советскому прошлому по целому ряду важных показателей. Судя по результатам соцопросов, сегодня эта мысль овладевает умами многих образованных тинейджеров в университетских кампусах США.

Сергей Миркин: Борьба с коррупцией на Украине направлена против мира

«Антикоррупционная ветвь власти» Украины, служа интересам глобалистов, напоминает лекарство от болезни, которое может причинить организму больший вред, чем болезнь. Через преследования политиков она проталкивает линию продолжения противостояния Украины с Россией.

Тимофей Бордачёв: Договориться мировым державам будет сложнее, чем в Ялте

Современные руководители самых важных держав планеты находятся в намного более сложном положении, чем их предшественники в прошлые столетия на Венском конгрессе или Ялтинской конференции.
Вопрос дня

Как были обретены мощи святого князя Дмитрия Донского