В Турции стартовал процесс о роспуске правящей Партии справедливости и развития (ПСР). Соответствующее решение (пока, правда, предварительное) вынес Конституционный суд республики на основании обращения генерального прокурора Абдуррахмана Ялчинкая.
Вероятность переворота высока еще и потому, что рассчитывать на помощь со стороны США Эрдоган больше не может
Две недели назад генпрокурор выдвинул против ПСР иск, обвинив партию действующего премьер-министра страны Тайипа Эрдогана в стремлении навязать светской Турции режим шариата. Иск этот предусматривает, в частности, пятилетний запрет на политическую деятельность как для самого Эрдогана, так и для 70 его соратников, составляющих костяк исламистской ПСР. Их вина в том, что они «использовали религию в политических целях».
Номинальной причиной для иска стало принятие парламентской фракцией ПСР закона, снимающего запрет на ношение женщинами в вузах исламского платка. Однако противостояние между Эрдоганом и турецкими силовиками носит гораздо более глубинный характер.
Гарантом светского курса Анкары традиционно выступает Генштаб, который не брезгует даже такой мерой, как военный переворот. Бдит и генпрокуратура: с расплывчатой формулировкой «за использование религии в политических целях» в 1998 году под запрет попала исламистская Партия благоденствия, а в 2001 году – Партия благополучия, на базе которой и возникла ПСР.
Эрдоган был активным членом Партии благоденствия и по итогам военного переворота был осужден на четыре месяца тюрьмы. Впоследствии, учредив ПСР, он выиграл парламентские выборы, но премьер-министром стать не смог: мешала судимость. Законодательство в стране было изменено под давлением США, и Эрдоган отплатил сторицей: все эти годы Турция была надежным союзником Штатов.
Отношения Эрдогана с военными резко обострились летом прошлого года. После триумфа своей партии на внеочередных парламентских выборах премьер принял решение усадить в кресло президента страны (президента Турции избирает парламент) своего друга и однопартийца Абдуллу Гюля, исламиста еще большего, чем сам Эрдоган.
Фактически этот шаг снимал для происламских законов ПСР последний барьер. Хотя президент в Турции фигура по большей части церемониальная, но определенные полномочия у него имеются. Уходящий тогда в отставку в связи с истечением срока полномочий Ахмет Недждет Сезер ряд антисветских инициатив Эрдогана демонстративно заблокировал.
Заочная пикировка с военными закончилась тем, что Гюля все-таки избрали. И даже сейчас он не находится под ударом: запрос генпрокурора о запрете на политическую деятельность для действующего президента Конституционный суд рассматривать отказался.
Газета ВЗГЛЯД уже писала о том, что разборки генпрокурора и ПСР могут закончиться для республики очередным военным переворотом. Свято хранящие светские заветы Ататюрка военные настроены более чем решительно.
Во-первых, никуда не делась обида за избрание Гюля вопреки протестам Генштаба. Во-вторых, ПСР уже готовила проект конституционной реформы, согласно которому возможности Генштаба влиять на политическую жизнь страны существенно ограничивались. И Генштаб, судя по всему, решил сыграть на опережение.
Вероятность переворота высока еще и потому, что рассчитывать на помощь со стороны США Эрдоган больше не может.
Вашингтон имеет к турецкому премьеру свои претензии: инициированная Эрдоганом трансграничная операция в Северном Ираке элиты двух стран основательно перессорила.
Впрочем, сдаваться без боя Эрдоган не намерен. Все обвинения в свой адрес он уже отверг и заявил, что «история не простит» запрета партии, получившей на последних парламентских выборах 46%.
Для подготовки защиты на процессе суд отвел партии Эрдогана месячный срок. Это означает, что еще месяц Анкара будет жить в прежнем режиме, а Генштаб взвешивать все за и против.
Военным, безусловно, есть над чем подумать. Например, над высоким рейтингом ПСР вообще и Эрдогана в частности. Над тем, что запрет правящей партии неизбежно приведет страну к политическому кризису, который плавно перерастет в экономический.
Другой вопрос, что довод «при таком раскладе Турцию не возьмут в Евросоюз» больше не работает. В любом случае не возьмут, что с Эрдоганом, что без него.