- Сергей Васильевич, государство Абхазия де-факто существует. Зачем ему формальное признание?
- Любому, даже самому маленькому государству, необходимо признание. Сегодня в ООН более 190 государств. А в 1940-х годах их было порядка 50. Не имеют никакого значения ни территория государства, ни количество людей, которые живут в нем. Все хотят свободы и независимости. Мы опираемся на результаты референдума 1999 года. Тогда народ решил строить свое независимое государство. 97,7% граждан республики проголосовали за суверенное, демократическое, правовое государство. 12 октября был принят «Акт о государственной независимости Республики Абхазия».
Основными приоритетами внешней политики Абхазии являются вступление в СНГ и продолжение сближения с Россией
А признание независимости международным сообществом нам необходимо, чтобы не повторилось то, что произошло в 1989 и 1992 годах. А были войны. Мы понимаем, что никогда ни в одной стране достижение независимости не было легким делом. Это сложный, тернистый путь, но мы его выбрали, и наш народ проголосовал за это. Поэтому мы будем добиваться того, что наметили.
- В последнее время много говорится о косовском прецеденте…
- Мы не связываем свое будущее с судьбой Косова. Получит оно независимость или нет, мы будем идти своим путем. Причем идти до конца. Других возможностей самосохранения у нас просто нет. При этом мы понимаем, что прецедент с признанием Косова должен сыграть положительную роль. Ведь если Косово признают, это будет впервые в международной практике, когда независимость признается вопреки воле государства, в составе которого юридически находится эта территория.
Но мы не понаслышке знаем о двойных стандартах в мировой политике. Одни государства признаются, а другие – нет. Да и в самом Уставе ООН содержатся противоречия: в одном пункте говорится о праве нации на самоопределение, а в другом утверждается необходимость территориальной целостности государства.
- Непризнанные республики, в том числе и Абхазия, апеллируют в первую очередь к России…
- Основными приоритетами внешней политики нашей страны являются вступление в СНГ и продолжение политического и экономического сближения с Россией. Этот путь выбрали еще наши деды и прадеды. Но мы открыты для диалога с любой страной, с любым государством. Обращаясь в первую очередь к России с просьбой признать независимость Абхазии, мы исходим из опыта взаимоотношений с этой великой страной.
80% жителей Абхазии – граждане России. И они голосовали за нынешний состав Государственной Думы Российской Федерации. На нашей территории находятся российские миротворческие силы. Основная денежная единица в республике – российский рубль, инвестиции тоже российские. Мы все говорим по-русски. Наши ветераны получают российские пенсии. И за это мы безмерно благодарны.
Я – проабхазский и пророссийский политик, и все буду делать для сближения российского и абхазского народов. Когда в начале девяностых годов наши дети пухли от голода, когда многонациональный народ переживал настоящую гуманитарную катастрофу, никто, кроме России, не протянул нам руку помощи, никто куска хлеба не дал.
- К вопросу о миротворческих силах. Президент Грузии Саакашвили предложил подключить к миротворческому процессу США и ЕС…
- Миротворческие силы были введены в зону грузино-абхазского конфликта в июне 1994 года в соответствии с Московским соглашением о прекращении огня и разъединении сил от 14 мая 1994 года. Сейчас число желающих увенчать свои головы венком миротворчества растет в геометрической прогрессии. А в самые трудные годы ни одна страна, кроме России, не пожелала разделить эту тяжелую миссию.
Сегодня альтернативы российским миротворцам в зоне грузино-абхазского конфликта нет. Они справляются со своей миссией, полностью обеспечивают стабильность и мир в регионе. Население доверяет им. Если российские миротворцы будут выведены из зоны конфликта, мы выйдем из переговорного процесса на всех уровнях, и на место российских миротворцев встанут миротворцы Абхазии, Южной Осетии и Приднестровья.
А непосредственно на саму линию границы с Грузией встанет абхазская армия. А это уже конфликт, и конфликт серьезный. И все же я надеюсь, что российские «голубые каски» будут находиться в зоне конфликта до полного урегулирования.
Основными приоритетами внешней политики нашей страны являются вступление в СНГ и продолжение политического и экономического сближения с Россией. Этот путь выбрали еще наши деды и прадеды |
- Сергей Васильевич, а хватит ли сил противостоять хорошо вооруженному противнику?
- У нас сегодня есть хорошо оснащенная боеспособная армия. Возможности вооруженных сил Абхазии сейчас принципиально отличаются от тех, что мы имели в 1992 году, и даже в 2000 году. Мы не собираемся ни с кем воевать, ни на кого нападать. Главная задача – оборона. Мой сын после окончания института служит в абхазской армии. И я никуда не собираюсь его посылать воевать. Но он будет, если понадобится, защищать свою родину.
Повторяю: в случае необходимости мы предпримем все меры, чтобы ликвидировать угрозу. Мы умеем и будем защищаться.
- В некоторых СМИ появились сообщения, что Вы якобы обязываете служить в абхазской армии граждан Грузии, проживающих на территории Гальского района.
- Большего маразма и придумать нельзя. В Гальском районе проживают 55 тысяч человек, из них в абхазской армии служит 21 человек. И те пошли служить по собственному желанию. А в СМИ чего только не пишут. То вспомнят, что у меня жена – грузинка. И начинают строить в связи с этим предположения о моих отношениях с Грузией. Особенно во время предвыборной кампании было много подобных публикаций. То вдруг напишут: «Багапш - это вам не Кокойты». И снова какие-то домыслы, сравнения. А когда сын заболел и уехал на операцию в Москву, едва ли не психоз начался: «Багапш семью вывозит!» При этом никто не заметил, что дочь ровно в тоже время прилетела в Сухум.
- Кстати, о Гальском районе. Ведь большая часть беженцев, вернувшихся в Абхазию, проживает именно в этом районе.
- Мы в одностороннем порядке возвратили больше беженцев, чем общее число возвращенных во всех аналогичных конфликтах. В Гальский район вернулось порядка 55 тысяч беженцев. Грузинское население составляло до войны 240 тысяч человек. Война разбросала людей по всему свету. Нам постоянно говорят о необходимости возврата беженцев, но надо учитывать, что была война, что разрушена инфраструктура, из Абхазии было все вывезено и нам на голом месте пришлось воссоздавать свое государство, экономику и производство. Об этом представители западных государств предпочитают умалчивать. После войны были заключены соглашения, согласно которым беженцы возвращаются в Гальский район. К тому же много грузин осталось в Гагре, Сухуме, Гульрипше и других районах.
Для сравнения: в Косово было возвращено всего 8 тысяч сербов, и, несмотря на наличие миротворческого контингента из стран НАТО, они бесправны и их жизни постоянно угрожает опасность. Мы же относимся к грузинскому населению как к полноправным гражданам и стремимся создать нормальные условия их проживания. Если бы не постоянные провокации и диверсии со стороны Грузии, в Гальском районе жизнь налаживалась бы гораздо быстрее. Теперь надо научиться доверять друг другу.
- Мне кажется, Вам удается решать эту трудную задачу.
- Нынешнее коалиционное руководство Абхазии с участием в нем кандидатов в президенты было результатом компромисса. И этот компромисс оказался оправданным. Если бы мы пошли другим путем, в Абхазии был бы хаос. Мы выбрали единственно верный путь. Мы объединили все политические силы и всех граждан во имя выполнения общей цели. А цель эта хорошо известна – независимость, за которую проголосовали все граждане в 1999 году.
Это была очень сложная работа. И мы практически год потеряли, сглаживая противоречия. Сегодня разногласия тоже проявляются, но не так сильно, как прежде. Мы активно и конструктивно работаем с вице-президентом Раулем Хаджимба. У меня лично ни с кем проблем нет. Проблема у всех одна – работать много, чтобы выполнить то, что людям обещали.
Я всегда уважал и буду уважать мнение человека, если это мнение твердое. Независимо от того, за президента оно или против. Когда же президент избран, в душе его можно любить или не любить, но исполнять решения властей обязан каждый. Нам удалось избежать серьезных осложнений. И теперь мы все вместе работаем на Абхазию.
У нас сегодня есть хорошо оснащенная боеспособная армия. Возможности вооруженных сил Абхазии сейчас принципиально отличаются от тех, что мы имели в 1992 году, и даже в 2000 году |
- Вот теперь, думаю, самое время поговорить о мирном строительстве в Абхазии.
- Когда была война в Абхазии, республику довели «до ручки». Здесь все было уничтожено – дома, коммуникации, экономическая инфраструктура. Все это мы восстанавливаем своими силами и силами наших друзей, России в первую очередь.
Мы на 40% увеличили бюджет. С 1 января 2006 года на 50% увеличены зарплаты в бюджетной сфере. Планируем, что к 2009 - 2010 году зарплаты будут не ниже 5000 рублей. Этот рост происходит только благодаря собственным ресурсам. Мы просто наводим элементарный порядок в курортной сфере, в сфере связи, в других отраслях экономики, отстраиваем налоговую систему.
Мы проводим реформы и в образовании, и в здравоохранении. Но начали с основных – макроэкономических вопросов – энергетики, дорог. От границы до Гагры уже построили дорогу по европейским стандартам. Будем вести ее до Сухума. Сейчас около 30 объектов – интернаты, школы, детские сады, больницы – перестраиваются, проводятся ремонтно-восстановительные работы. В Сухуме только что отремонтировали школу. Теперь это государственный лицей – интернат, соответствующий самым высоким стандартам. Сейчас вот веду переговоры о строительстве медицинского центра в Сухуме. И мы обязательно построим его!
Естественно, нам нужны инвестиции. Но любые деньги требуют политической стабильности. Это хорошо понимает и Грузия, которая пытается дестабилизировать ситуацию. Да и экономические санкции СНГ в отношении Абхазии, которые были введены в 1996 году по инициативе Грузии, продолжают сдерживать развитие экономических связей, финансовой системы, экспорта.
Мы несем убытки. И отмена санкций со стороны СНГ будет катализатором экономического роста Абхазии. Известно ведь, что методы экономического давления никогда не приносили политических результатов.
- А говорят, Багапш распродает Абхазию…
- Я лично не продал еще ни одного квадратного метра. Сегодня мы реализуем лишь те договоренности о продаже, которые были достигнуты при прежней администрации. Это прежде всего объекты туристической индустрии. Да и не смог бы Багапш ничего продать по одной простой причине: по каждому объекту, подчеркиваю - по каждому, принимается специальное решение парламента. Да и очереди из инвесторов что-то не видно.
Вот сейчас стоит вопрос о гостинице «Абхазия», которая имеет для нас и символическое, и историческое значение. Только на ее восстановление требуется порядка 75 миллионов долларов. Ну, нет таких денег у государства! Мы разработали инвестиционное предложение. Надеемся найти людей, которые захотят вложить деньги в восстановление «Абхазии».
Или взять курортный комплекс «Пицунда». В прежние времена разве что Сочи мог сравниться с количеством желающих отдохнуть в Пицунде. А сейчас – где Сочи и где наш курорт? «Высотки» давно уже морально устарели, но в них по-прежнему принимают туристов.
Мы так много уделяем внимания развитию курортов и туризма, поскольку хорошо понимаем, что курортная сфера – основа абхазской экономики. Я много раз говорил и повторяю сейчас: курортная сфера – это локомотив, который должен потянуть за собой всю нашу экономику.
- Искренне верю, что Абхазия добьется своего.
- У нас для этого есть главное – волеизъявление народа. И не считаться с этим нельзя. Статус моей страны обсуждению не подлежит. Мы – независимое государство.