Пермский край запретил продажу вейпов и электронных сигарет – первый регион России, решившийся на радикальный шаг. С 1 марта 2026 года электронные сигареты исчезнут с прилавков региона – задолго до того, как парламент определится с судьбой федерального законопроекта. Губернатор Дмитрий Махонин фактически взял на себя роль первопроходца, не дожидаясь отмашки сверху. Решение амбициозное, но при этом порождающее целый веер вопросов, на которые пока нет однозначных ответов.
Научный консенсус о вреде вейпов отсутствует, и это ключевая проблема всей дискуссии. Есть вещи бесспорные: никотин вызывает зависимость, пропиленгликоль и глицерин раздражают дыхательные пути, ароматизаторы при нагревании образуют неизвестно что. Но сравнительный вред остается дискуссионным вопросом.
Например, в 2020 году британское правительственное агентство Public Health England заявило о том, что электронные сигареты на 95% менее вредны, чем традиционные, и рекомендует их как инструмент отказа от курения. ВОЗ осторожнее: вейпы менее опасны, но долгосрочные эффекты неизвестны, а сам факт вдыхания чего-либо, кроме воздуха, вредит здоровью. Исследования противоречивы – одни фиксируют снижение маркеров воспаления у курильщиков, перешедших на вейпы, другие находят связь с сердечно-сосудистыми проблемами.
Мы, люди, ежедневно делаем множество небезопасных выборов: едим фастфуд, пьем алкоголь, курим обычные сигареты. Но почему именно вейпы стали вопросом уже не столько регуляторным, сколько политическим? Тут есть несколько соображений.
Еще несколько лет назад вейпы находились в правовой серой зоне – формально не запрещенные, но и не регулируемые с той же строгостью, что традиционные табачные изделия. Пока эксперты вели дискуссии о сравнительном вреде электронных сигарет и их потенциальной роли в снижении табакокурения, рынок развивался взрывными темпами.
По данным консалтинговой компании NeoAnalytics, объем российского рынка электронных сигарет по итогам 2024 года достиг 250 млрд руб., за год увеличившись в полтора раза. Число потребителей вейпов с 2018 по 2024 год увеличилось почти в три раза, в то время как количество курильщиков традиционных сигарет за тот же период сократилось более чем на 40%.
Цифры, на первый взгляд, могут показаться обнадеживающими – люди переходят с более вредных сигарет на менее вредные альтернативы. Но это лишь часть картины, причем не самая важная. Главная проблема в другом: курильщики стремительно молодеют. По данным FinExpertiza, каждый пятый курильщик в стране сегодня использует электронные сигареты – это более 5 млн человек. И значительная часть из них – молодежь, для которой вейпы стали не столько заменой традиционного курения, сколько входным билетом в мир никотиновой зависимости.
Иными словами, электронные сигареты создали феномен, которого не было с обычным табаком: они сделали курение привлекательным для тех, кто никогда бы не закурил традиционную сигарету. И это, вне всяких сомнений, негативный эффект.
Свыше 40% пользователей электронных сигарет – люди 18-24 лет. Школьники пробуют вейпы раньше, чем могли бы попробовать обычные сигареты. В Пермском крае, по данным местного минздрава, среди подростков распространенность потребления никотиносодержащей продукции выросла с 8% в 2019 до 23% в 2023 году.
В этом смысле вейпы не заменяют курение для уже курящих – они создают новых никотинозависимых. Подросток, купивший устройство с арбузным вкусом, скорее всего, никогда бы не попробовал обычное «Мальборо».
Почему же федеральный законодатель не спешит с тотальным запретом? Ответ в значительной мере про деньги. Вейпы давно перестали быть нишевым продуктом для энтузиастов. Это многомиллиардная индустрия с разветвленной инфраструктурой. По оценкам экспертов «Опоры России», в стране насчитывается более 20 тысяч специализированных вейп-шопов – не считая обычных табачных магазинов, торгующих электронными сигаретами. Полный запрет означает ликвидацию целой отрасли с неизбежной потерей рабочих мест.
Отдельная тема – акцизы. Да, никотиносодержащие жидкости для электронных сигарет облагаются акцизным налогом наряду с традиционными табачными изделиями. Доходы от табачных акцизов распределяются между федеральным и региональными бюджетами, причем значительная часть поступает именно в регионы. Полный запрет легальной торговли вейпами ударит по региональным бюджетам.
Кто-то скажет: да и черт с ней, и с этой отраслью, и с доходами бюджета от нее – здоровье важнее. Но, как было сказано, запретить все вредное невозможно. А вот бороться с негативными социальными эффектами можно и нужно. Тотальный запрет – решение простое, но с неочевидными последствиями. Часть потребителей вернется к обычным сигаретам, часть уйдет на нелегальный рынок с непредсказуемым качеством продукции. А молодежь, для защиты которой все затевалось, может найти способы обойти запрет.
Опыт Казахстана, где вейпы запретили в 2024 году, весьма показателен. Никотиносодержащая продукция никуда не исчезла – она просто переместилась в теневой сектор. Электронные сигареты продают из-под полы, через социальные сети и мессенджеры, курьерской доставкой.
Умное регулирование выглядит привлекательно. Первое, что требует жесткого контроля – реклама. Сейчас производители формально соблюдают ограничения, но на деле обходят их через блогеров, «нативные» размещения, упоминания в развлекательном контенте. Запрет любых форм продвижения электронных сигарет, включая косвенное, мог бы значительно снизить их привлекательность для молодежи.
Вкусы – второй критический момент. Арбуз, жвачка, клубничный чизкейк – это не для взрослых курильщиков, пытающихся бросить обычные сигареты. Это прямой маркетинг на детей и подростков. Запрет всех вкусов, кроме табачного (как сделали некоторые европейские страны), оставит продукт доступным для желающих бросить курить, но лишит его «молодежного вайба».
Возрастной контроль – третий элемент. Продажа только в специализированных магазинах с жесткой проверкой документов, а не в любом киоске и онлайн-магазине. Упаковка без ярких дизайнов, с предупреждениями о вреде никотина размером не меньше, чем на сигаретных пачках.
Проблема вейпов реальна, но заключается не столько в самих устройствах, сколько в их распространении среди тех, кто иначе не стал бы потребителем никотина. Умное регулирование, направленное на защиту молодежи без лишения заядлых курильщиков права на менее вредную альтернативу табаку, кажется, может быть неплохим решением. Пермский эксперимент может как подтвердить, так и опровергнуть эти тезисы. И в этом смысле выбор в пользу регионов, где обкатывается полный запрет вейпов, может себя оправдать.