В свете последних событий в приграничных районах Белгородской области в очередной раз активизировались общественные дискуссии о создании отрядов самообороны.
Они возникали и раньше. Фактически с самого начала СВО. Было понятно, что враг, не будучи способен нанести реальное поражение нашей армии на поле боя, будет отыгрываться на тех, кто менее защищен. И прежде всего это коснется тех районов, которые прилегают к территории Украины. Никаких сомнений в этом не было – тактика террора для бандеровцев традиционна исторически. Вспыхивали эти дискуссии после каждого инцидента, но Грайворонский оказался самым масштабным и, понятное дело, всколыхнул общественность особенно сильно.
О создании отрядов самообороны сейчас говорят все, кому не лень – от весьма уважаемых экспертов до ветеранов диванных войск. Суть разговоров в том, что в приграничных с Украиной областях остро необходимо создание (далее термины расходятся) народной дружины, парамилитарных отрядов, народной милиции, территориальной обороны. Короче, друзьям раздайте по ружью, и все враги переведутся. Особенно решительные требуют создания и вовсе народного ополчения. К сожалению, очень часто взывающие к немедленному созданию дружин не учитывают массы нюансов. Да что там, они часто даже на карту не дают себе труда взглянуть.
Ситуация, конечно, очень непростая. Но попытка решения непростых ситуаций простыми методами, как показывает практика, чаще всего приводит только к ухудшению ситуации.
Начать нужно с определения целей. Что именно должны обеспечить такие отряды? Какие задачи перед ними должны быть поставлены? Помощь имеющимся на местах силовым структурам в лице погранотрядов, армейских подразделений и полиции? Оборона своего населенного пункта? Уничтожение вражеских диверсионных групп? Исходя из определения таких целей можно уже всерьез рассуждать о возможностях отрядов самообороны и реалистичности их функционала и формы организации. Потому что патетические речи в стиле «мужики в свой дом вражину не пустят» – это всё песни для доверчивых девушек.
И здесь мы легко приходим к единственному ответу. Реальная задача перед такими отрядами может стоять только одна. Отряды местных мужиков могут скрытно патрулировать границы и подступы к населенным пунктам, стать глазами и ушами погранцов, для чего оружие не требуется. И это может быть даже эффективно, потому что они реально знают всякие тропки в округе, включая партизанские и контрабандистские. Но для этого они должны находиться в постоянном и полноценном контакте с теми же пограничниками. Иначе станут, во-первых, только помехой, а во-вторых, в некоторых случаях и вовсе жертвами «дружественного огня».
Пацаны на мопедах с дешевыми мобильниками или рациями способны заткнуть любую брешь в границе. Но с условием, что они находятся в патруле, согласованном с пограничниками, и находятся в нем железно и дисциплинированно. Иначе будет только хуже, когда пограничники спокойны за определенный пацанам сектор и сосредоточены на другом. А Васька с Петькой в это время вдруг решили рыбки половить или просто позагорать, потому что жарко и нет никого вокруг.
Проблема дисциплины в отношении гражданских – это самая больная точка. С ними можно договориться, но их нельзя обязать. Особенно если они подписались на что-то добровольно. Об этом прекрасно знает любой, кто пытался хотя бы вывести соседей на субботник или собрать компанию в поход в лес на шашлыки. Нет законных методов воздействия военных на гражданских, не связанных присягой. Поэтому и надежность таких патрулей под серьезным вопросом. Всё, чем гражданские могут помочь, это быть внимательными к новым людям, делать обходы своих домов и дворов на предмет минирования и т. п. Возлагать серьезные надежды на добровольную народную дружину наивно.
И это еще не затронута тема финансирования, лечения. То есть когда они целый день будут патрулировать – это будет оплачиваться? Кем? Или это для неработающих мужиков?
Еще больше вопросов вызывают предложения вооружить отряды самообороны. Первый же вопрос – зачем? Какой цели предлагающие желают достичь, раздав местным мужчинам стрелковое оружие?
Тут мы подходим ко второй теме. К возможностям. Про добровольную народную дружину мы теперь уже не говорим. Здесь уже вопрос, скорее, о парамилитарных отрядах или народной милиции. В случае прорыва крупной банды ВСУ никакой существенной помощи парамилитаристы оказать не могут в принципе. Даже если это просто ДРГ, а не рота на броневиках. Местные будут вооружены максимум стрелковым оружием. Они не обучены, не проходили боевое слаживание. Скорее всего, не имеют единоначалия. А диверсанты будут четко организованы и хорошо вооружены. А если это банда даже на простеньких бронемашинах, то милиция будет просто расстреляна, как в тире. Не говоря о БТР или, не дай бог, танках. С броней они сделать не могут ни-че-го. С равным успехом они могут кидаться на БТР с вилами.
Последствия вооружения «диких» отрядов самообороны мы прекрасно видели на Украине в прошлом году. На волне истерики в Киеве и других городах раздавали автоматы направо и налево с целью сдержать «орков». Сквер в Херсоне, наверное, до сих пор помнит, как хлопцы с автоматами и коктейлями Молотова приготовились остановить нашу колонну. Романтичных юношей, не дав совершить «подвиг», попросту покрошили в мелкую капусту из башенных пулеметов БТР. Неожиданно выяснилось, что деревья для калибров 12,7 и 14,5 не являются преградой.
А в Киеве самооборонщики и вовсе с испугу и излишнего рвения начали лупить друг в друга во дворах и даже расстреляли машину с собственными военными, приняв их за «ворога». Оружие в руках неподготовленного населения, да еще в нервозной обстановке, для своих опасней, чем для чужих.
Почему-то сторонники идеи вооружения местных отрядов самообороны с целью остановить продвижение противника до подхода основных сил часто путают нынешние реалии с реалиями прошедшей Великой Отечественной, наделяя самооборонщиков функционалом партизан. Но партизан по определению действует на территории, оккупированной захватчиком. К тому же партизаны Великой Отечественной – это не совсем парамилитары и народные мстители. Это настоящие регулярные отряды, со званиями, командирами и комиссарами, связью с Большой землей, приказами, скоординированными операциями часто фронтового масштаба и т. п. Даже в Отечественной 1812 года партизаны – это прежде всего отряд Давыдова, и только потом бородатые мужики с вилами.
Самоорганизация партизан в отряды – это не то, чтобы совсем миф, на начальном этапе войны действительно имелись случаи стихийного образования мелких партизанских групп из окруженцев и местных. Но именно редкие случаи и только на раннем этапе. В остальных случаях это нормальное воинское подразделение, действующее в тылу противника, организованное сверху и имеющее строгое единоначалие и подчиняющееся командам из центра.
Добавим, что подобные отряды могут иметь смысл, если вдруг НАТО в полном составе ринется на нас. В нынешних же реалиях, когда укробандиты делают рывок в слабое место, заходят на 10 километров, делают селфи и пытаются быстренько свалить, никакой отряд самообороны не успеет среагировать быстрее, чем это сделают регулярные части МО, ФСБ и Росгвардии.
Согласитесь, картина рисуется не очень похожей на романтическую картину хранителей родного дома. Получается нормальная воинская часть. Но не проще ли тогда сформировать из местных отдельные роты и батальоны, вписанные в имеющиеся структуры ВС РФ или Росгвардии? Не так романтично, зато гораздо более разумно.
Правда, непонятно, кто туда войдет. Мобилизовать местных? Но подлежащие мобилизации уже мобилизованы. А дополнительно мобилизовать именно белгородских, курских и брянских мужиков как-то не очень справедливо. Получается, у остального населения страны по сравнению с ними привилегии.
Опять же, а кого мобилизовать? По принципу «гребем всех в радиусе 30 км от границы»? Или 50? Или 100? Или брать добровольцев? А на каком расстоянии от границы может жить человек, чтобы иметь право пойти добровольцем? И может ли условный пензяк пойти в белгородскую самооборону? И что тогда мешает ему пойти добровольцем, контрактником или «музыкантом» сейчас?
Чтобы парамилитарные образования имели какие-то шансы и пользу, они не должны быть самодеятельными. Это должны быть четко и железно организованные отряды, где за каждым числится свое оружие, свои обязанности, свои командиры. Такой отряд самообороны работает в связке с линейными частями и выполняет общую задачу, которую будет ставить не атаман, а вышестоящее командование. Он будет вписан в общую структуру. И за косяки по дисциплинарной части там должны наказывать ровно так же, как в регулярной армии. Включая уголовную ответственность.
Пока решение видится так. Формируется местная «милиция» на добровольной основе, но с обязательным прохождением 1–1,5-месячного курса боевого слаживания. В час «Ч» бойцы обязаны явиться на места сбора, получить там предписанные средства и технику, оттуда установить связь с окружением в виде МО, Росгвардии, МВД и т. д. И получив приказ, приступить к его выполнению вместе с прикомандированными офицерами связи. Но опять же, все это имеет смысл в случае затяжной схватки для задержки врага, рвущегося вглубь страны. А вовсе не для битвы насмерть с диверсионной пиар-группой. Просто потому, что на сборы и начало действия не хватит времени.
Сейчас же реалии озвучил белгородский губернатор. «У нас отряды самообороны есть. Почти 3000 человек, семь батальонов вдоль границы. Тренируются с ноября прошлого года. Уже боеспособные единицы, одеты в форму, предоставлено снаряжение. Единственное, что в соответствии с действующим законодательством не решен пока вопрос с оружием», – заявил губернатор Вячеслав Гладков.
Думаю, что на самом деле вопрос с оружием не решен по другой причине – нет понимания, что такого может сделать самооборона из того, что не может армия.
Гораздо действенней было бы разместить вдоль границ с безумной Украиной лагеря отдыха и переподготовки ЧВК «Вагнер». Этим парням не привыкать реагировать на угрозы стремительно и жестко.