У каждого человека есть некоторое количество книг, кардинально повлиявших на его личностное и мировоззренческое развитие. Для меня это, если навскидку, «Властелин колец» Толкина, «Наследник из Калькутты» Штильмарка, «Цусима» Новикова-Прибоя и... «Академия» Азимова. Нет слов, уроженец Смоленской губернии написал много чего, но именно семикнижный цикл «Академия» (в другом переводе – «Основание») стал magnum opus и одновременно суммой технологий этого колоритного чудака в очках и с бакенбардами, отличавшегося невероятным умом и столь же непостижимой работоспособностью. Поэтому я, рассуждая об Азимове, буду говорить именно об «Академии».

Чем эта эпопея, повествующая о событиях очень отдаленного будущего, может заинтересовать жителя первой половины XXI века? Как ни странно, актуальностью, созвучием нашей сегодняшней действительности. Азимов, умерший еще в 1992 году, создал книги, в которых под видом далекого грядущего с большой степенью точности описывается нынешнее. Помните? Великолепная галактическая империя, со столицей на блистательной планете Трентор, объединившая 25 миллионов обитаемых миров. Невообразимо могущественное и неуязвимое супергосударство – и невозможно было представить такую силу, которая не то что низвергла бы Империю, но хотя бы ее пошатнула. И лишь очень немногие дальновидные люди могли предвидеть, что дни Империи сочтены, а незримые бактерии разложения уже вовсю пируют на ее умирающем теле...

Собственно, мы, нынешние, могли бы применить данное описание к разным ситуациям. Бывшие жители Советского Союза, успевшие застать его в сознательном возрасте, несомненно, вспомнили бы эпоху Брежнева, когда СССР тоже казался несокрушимым. А можно спроецировать сконструированную Азимовым модель и на современный Pax Americana, который трещит по швам, в то время как немалое количество экспертов «обнадеживают», что дальше будет только хуже. В этом случае описанного Азимовым императора Клеона I, «благонамеренного, но не слишком умного правителя», можно было бы сравнить с тем же Брежневым. Или с Биллом Клинтоном – последним из американских президентов, при котором жизнь в США казалась стабильной и исполненной всеобщего благополучия. Именно при подобных вождях «начала эпохи упадка» жизненные процессы обнаруживают склонность к замедлению – а потом все начинает становиться лишь хуже.

Как в описанном Азимовым, так и в нашем современном мире это знаменуется в первую очередь серьезнейшим замедлением технического прогресса, когда ученые и технологи уходят в бесконечное усовершенствование разных малополезных «финтифлюшек», но давно уже не демонстрируют по-настоящему серьезных прорывов. «Научный прогресс замедлился, ни о какой скорости в развитии техники говорить не приходится. Какая там скорость! Прогресс не движется, а ползет черепашьими темпами. В отдельных областях так и просто застой», – сетует азимовский герой. И мы его прекрасно понимаем – мы, так и не дождавшиеся обещанных в 60-х городов на Луне и Марсе, подводных поселений, межпланетных кораблей и автономных источников энергии в каждый дом.

Замедление прогресса сопровождается процессами децентрализации, всплесками национализма, регионализма, когда корыстные лидеры стремятся рассорить народы и развести их по разным «квартирам». Это то, что уже пережили жители СССР, и то, что, возможно, предстоит пережить обитателям США и Европы. Причем сепаратизм регионов зачастую сталкивается со встречным стремлением центра от этих самых регионов избавиться. Один из апологетов такого подхода у Азимова говорит: «На что нам сдались миллионы миров, далеких миров, которые для нас ровным счетом ничего не значат, которые тянут из нас силы, оттягивают их на невообразимые расстояния; из-за них только неразбериха, сплошные скандалы, разбираться в которых – попусту тратить время. Наша планета, наш громадный город – вот та галактика, которой нам хватит за глаза. У нас есть все, чтобы безбедно существовать. А остальная Галактика пускай распадается. Пусть каждый милитарист-марионетка получает свой жирный кусок. И биться за куски не придется. На всех хватит».

И снова, как это знакомо бывшим гражданам СССР! Ведь Союз прекратил свое существование главным образом потому, что сам центр пожелал избавиться от окраин. Когда-то писатель Валентин Распутин во время первого Съезда народных депутатов СССР не удержался и крикнул в ответ каким-то националистам: «А, так вы хотите от нас отделиться? Да вы ведь нас объедаете, да мы сами от вас отделимся!» Тогда же огромным успехом пользовалась брошюра Солженицына «Как нам обустроить Россию». В ней он рассуждал, что вот стоит отделить от себя Среднюю Азию и Кавказ – и Россия заживет! Эта брошюра в один день вышла двухмиллионным тиражом, а потом еще «Комсомольская правда» допечатывала дополнительный тираж.

Многие тогда этому верили. Ельцин был в свое время проводником таких умонастроений в жизнь – когда одна часть населения СССР возжелала избавиться от другой путем «сброса окраин». Дескать, хорошо бы оказаться поближе к «трубе» и не подпустить к ней всех остальных... Впрочем, прямо об этом тогда все же говорили не так часто, предпочитая прятаться за благими лозунгами. Типа таких: «Позвольте мне дать свободу всей Галактике, чтобы каждая планета пошла собственной дорогой, в соответствии со своими обычаями и культурой. И тогда Галактика оживет за счет торговли, туризма, культурных связей, и над ней перестанет маячить призрак угрозы разрыва, до которого ее обязательно доведет нынешнее правительство. Амбиции у меня самые скромные: один мир вместо миллионов, мир вместо войны, свобода вместо рабства».

Азимовские «прагматики» доказывают: «Империя все равно не в состоянии существовать дальше в таком виде. Она слишком велика. Так пусть Внешние Миры катятся куда подальше – легче будет с Внутренними управиться. Пусть пограничные провинции перестанут принадлежать нам политически, экономически они все равно останутся нашими». Как узнаваемо это все звучит! И никто не хочет слушать немногих трезвомыслящих: «Если пограничные провинции обретут независимость, они первым делом попытаются усилить свою власть и влияние за счет ближайших соседей. Начнется война, вспыхнут конфликты, каждый Губернатор примется мечтать стать Императором. Все станет так, как во времена до создания Тренторианского Королевства – мрачные века, тянувшиеся тысячи лет».

В одном из романов цикла – «На пути к Академии» – есть у Азимова очень любопытные страницы, описывающие возникновение на предкризисном Тренторе тамошнего протестного движения. Вожди этих самых «протестувальников», называвших себя джоранумитами по имени своего вождя Джо-Джо Джоранума, стремились максимально демонизировать и свергнуть всемогущего премьер-министра Эдо Демерзеля, исполнявшего обязанности правителя при Клеоне I, этого, по их мнению, «отравителя всех населенных людьми планет». У Азимова джоранумиты начинали со сравнительно мирных акций протеста, демонстраций, митингов и флешмобов. Не правда ли, очень похоже на современную либеральную оппозицию – что в США, что в России? Сам Джоранум, хотя стремился в первую очередь к личной власти, активно использовал популистские лозунги типа «Правительство – это народ!», пропагандировал «социальную справедливость, более активное участие народных масс в политической жизни». Стремясь навязать массам выгодную ему точку зрения, он говаривал: «Дело не столько в том, что есть на самом деле, а в том, чем это считают люди». Но после того, как властям удалось дискредитировать Джоранума и отправить его в дальнюю и безвозвратную ссылку, недовольные резко радикализировались. Они ушли в подполье, занялись диверсиями и попытками вооруженного переворота.

В конце концов Демерзель уходит в отставку, а позже и сам Клеон I становится жертвой убийцы. Империя окончательно вступает в период нестабильности, предшествующий началу ее дробления. К власти временно приходит военная хунта, но ее члены, истребляя и заменяя друг друга, словно в калейдоскопе, не в силах восстановить стабильность. Азимовская империя в конце концов погибает, а составлявшие ее территории срываются в пучину грубого дикарства. Резкий технический откат, возвращение к феодальным способам производства, расцвет самых диких культов. На месте бывших дворцов Трентора из стекла и стали раскинулись шатры козопасов.

Кто может поручиться, что такая же участь не уготована и нашему миру? В свое время на смену блистательной Римской империи (послужившей, кстати, Азимову прототипом) пришло тысячелетнее средневековое варварство. Эдакая аналогия постсоветских 90-х, лишь чудовищно растянутая во времени – со своими «олигархами»-феодалами, «братками»-рыцарями и «быдлом»-крестьянами. Неужели такое не может повториться на новом витке исторической спирали, ведь и ученые говорят, что в последние десятилетия человечество деградирует, теряя былой общеобразовательный и культурный уровень?

Весь вопрос состоит в том, на какой срок может затянуться период неоварварства. У Азимова Вселенная могла бы на 30 тысяч лет погрузиться в хаос. Именно такой период должен был потребоваться, чтобы восстановить всю базу знаний, накопленную человечеством, и разветвленные социально-политические структуры. Так могло бы быть, если б не придуманный Азимовым гениальный математик Гэри Селдон, посвятивший жизнь применению математических методов в исследовании общественных процессов и предсказанию благодаря этому будущего с высокой степенью точности. Психоистория, как он сам назвал эту новую науку. Она уподобила общественные явления процессам, служащим предметом изучения молекулярной физики и химии. И психоистория вовсе не так фантастична, как может показаться – ее элементы можно найти в трудах самых разных исследователей, от Маркса до Сергея Капицы. Быть может, когда-нибудь имеющиеся у человечества вычислительные мощности действительно помогут сделать психоисторию прикладной наукой – после чего мы покончим с хаосом и начнем осознанно программировать свою эволюцию.

С помощью психоистории Селдон предсказал грядущий упадок Галактической империи. Но благодаря ей же нашел путь относительно скорого выхода из кризиса – всего за тысячу лет. За счет создания на периферии гибнущей империи двух Академий, которые должны были пронести сквозь темную эпоху все накопленные человечеством знания и послужить основанием нового галактического сверхгосударства – более эффективного, совершенного и справедливого. Примечательно, что если одна из Академий стала средоточием «традиционных» технических и научных знаний, то вторая – засекреченная – приняла сверхлюдей, вооруженных способностями к телепатическому восприятию и воздействию (привет Стругацким с их люденами!).

А какова будет судьба нашего мира? Дождемся ли мы появления нашего собственного Гэри Селдона? Кто знает... Быть может, в эту самую минуту в одном из высоких кабинетов начинается примерно такой диалог: «Подавив зевок, Клеон проговорил: «Скажи, Демерзель, ты случайно не слыхал о человеке по имени Гэри Селдон?»