Две старорежимные российские проблемы – дураки и дороги – в сегодняшней России почти перестали быть актуальными. С дураками, кажется, у нас по-прежнему все в порядке, но я предполагаю, что их количество не превышает общего для планеты стандартного уровня. А что касается дорог, которые раньше и впрямь никак иначе, кроме как направлениями, назвать язык не поворачивался, то российское государство сделало колоссальный рывок в этом смысле.
По дороге в Крым я проехал Ростовскую область, Ставропольский и Краснодарский края, и могу засвидетельствовать, что по большей части дорожное полотно находится в идеальном состоянии. Не мешало бы кое-где расширить проезжую часть, но это и происходит. Строительные работы не прекращаются ни на минуту.
Крым заслуживает отдельного разговора. Вторым грандиозным проектом после Керченского моста можно считать гигантскую дорожную стройку на полуострове, которая идет уже два года. Двухполосное шоссе связало Керчь и Симферополь. Если в прошлом году дорога до Севастополя представляла собой непробиваемую пробку и отнимала девять часов, то в этом году в одном направлении я управился за четыре, обратно повезло меньше – пять часов.
Что поражает, когда едешь по дороге, к которой в следующем году прибавится еще по одной полосе в каждую сторону? Невероятное количество строительной техники, нескончаемые горы песка, гравия и щебня. Ощущение такое, что строителей и материалы свозили сюда из всех уголков России не один год, хотя я уверен, что это не так.
В этой неспешной, спокойной грандиозности угадывается характер и масштаб новой России. Это не авральные, на патриотическом надрыве, стройки века советских времен, а несуетливое обустройство огромной страны – планомерное и размеренное. Здесь не вздуваются и не рвутся жилы, не орут благим матом выбивающиеся из плана бригадиры, не снимают или, того пуще, не сажают начальников за сорванные сроки сдачи объекта.
У рабочего человека в России появилось новое свойство, привитое принципиально иными трудовыми отношениями – деловитость. Это когда все делается не в последний момент и кое-как из-за нехватки времени, а фундаментально, с расчетом на долгие годы службы. Новые дороги не смывает дождь, не разбивают тяжеловозы. От советских их отличает европейское качество.
Убогая инфраструктура, доставшаяся Крыму в наследство от украинской мачехи, не слишком жаловавшей пасынка, наглухо тормозила развитие полуострова. Дорога, когда она будет достроена – это совсем другая логистика, новые горизонты экономического роста. И забота об этой вернувшейся земле и людях ее населяющих, не выглядит деланной и нарочитой. Крым подтягивают до общероссийских стандартов, хотя, может быть, где-то поднимают планку чуть выше. В военном гарнизоне Кача под Севастополем, где я провел неделю, началось благоустройство прибрежной территории. Сносят возведенные заботливыми местными жителями кустарные постройки, фонтаны и клумбы. Все это будет выстроено заново, по совершенно другим качественным критериям.
Привкус бессистемности и примитивного самиздата, столь характерный для Крыма в его украинский и частично постукраинский периоды, уходит. Очень похоже, что навсегда. Но остается и элемент административно-бюрократического подхода, не всегда учитывающий интересы людей. Почему-то работы начались в самый разгар пляжного сезона и привычные подходы к морю загородили железными щитами. Мои соседи пожимают плечами, но не ропщут. Дело привычное.
Принцип, положенный в основу внутренней политики последних лет – это внимание к своим людям и пусть не всегда еще умелая забота о них. Он находит свое отражение во множестве поступков и решений российской власти. А Крыму суждено было стать символом собирания камней, которые Россия бездумно разбрасывала в советские годы. Именно поэтому благоустройство полуострова – это не просто целесообразная с экономической точки зрения программа. И это не попытка досадить Украине: дескать, вы ничего не делали, а мы во как размахнулись! Просто у государства есть рутинная обязанность – улучшать жизнь людей по мере возможности. Оно это и делает.
Переменилась атмосфера. Исчез нервический настрой первых лет, когда многим казалось, что Россию дожмут и заставят вернуть Крым Украине. От тех опасений не осталось и следа. Крымчане ощущают себя обычными гражданами России, хотя некоторых прав они из-за санкций лишены. Впрочем, жить это не особенно мешает, поскольку многие проблемы удалось решить. Уже нет роуминга мобильной связи, влетавшего в копеечку. Деньги со счета в российском банке в местных банкоматах тоже можно снять без комиссии.
Я знаю несколько человек, которые тоскуют по временам, когда Крым был украинским. Тогда очень многие вопросы можно было решать в обход закона за взятку или по знакомству. Такой порядок жизни, который мы помним по собственным 90-м, давал преимущественные возможности для ведения теневого бизнеса. Россия в этом смысле строже и холоднее. Порядка в ней существенно больше, и тем, кто раньше свободно обходил многочисленные ограничения, действующие в прибрежной зоне, это не может нравиться.
#{author}Люди в российской военной форме встречались в Каче и до 2014 года. Военный гарнизон тогда находился здесь на условиях аренды. Но сегодня это уже не гости, не квартиранты, а полноправные хозяева своей земли, долг которых – защищать и оберегать ее. Не приходится сомневаться, что с этой задачей они справятся.