24 октября 2016 года Константин Райкин, худрук театра «Сатирикон», заявил на съезде Союза театральных деятелей России о цензуре на театральных подмостках, что Минкульт давит и зажимает его желание самовыражаться.
СМИ тут же посмотрели на театр Райкина – денег из госбюджета получает в десятки раз больше, чем большинство других театров (один из самых дорогих театров в России), зрителей крайне мало, только на премьерных постановках, из премьер за год всего один спектакль про парня, который в семье скрывает свой гомосексуализм, а помещение под спектакли арендуется у друзей из КВН в здании, построенном на госсредства (оплачивается теми же средствами). В общем, прославиться получилось, но не так, как хотелось.
Год спустя Райкин пробует разыграть ту же карту, а то что-то совсем его забыли. Нового ничего не придумал – вновь строит из себя обиженного той же властью.
Главная претензия – в театр зачастили прокурорские проверки. А ведь в течение года были новости об обнаруженных серьезных нарушениях в театре.
И это не удивительно, естественно, после опубликованных данных о финансовой деятельности театра прокуратура не могла не отреагировать на них и не направить проверку, а если есть претензии, значит, проверки продолжатся. Райкин объясняет проверки наездом на него министра культуры Мединского. Якобы это он направляет эти проверки.
Вот только надо быть совсем недалеким, чтобы не отличать два разных направления исполнительной власти – гуманитарное министерство и прокуратуру. Минкульт не может на свое усмотрение распоряжаться прокурорами.
К тому же такие проверки – это удар по министру как главному руководителю. Если идет проверка, значит, он теряет контроль. Никто в здравом уме не будет такое делать.
Не нравится Райкин – организуй министерские проверки, а затем увольняй или финансирование обрежь до нуля. Это куда проще и эффективнее, чем мифические заказные прокурорские проверки. И Райкин не может этого не знать.
Дальше комик, в подтверждение своей правоты, решил вспомнить о своих заслугах перед отечеством, перечисляя, у кого больше наград и званий. Я народный артист, у меня награды есть – заявляет Райкин. Я выше, лучше, сильнее и правее, чем другие, у меня купленный полный иммунитет, как бы хочет сказать Труффальдино.
Таким образом, если сначала была просто неубедительная попытка наврать, то здесь уже мы видим банальное вымогательство и шантаж. Большинство своих наград Райкин получил в 90-е, а профессиональные – в самом начале 90-х. Дальше мы о талантах народного артиста ничего не знаем, ни личных, ни организаторских, ни каких-то других.
Райкин и «Сатирикон» с профессиональной точки зрения сдулись много лет назад, а сейчас просто тянут деньги из бюджета. Поэтому кичиться имеющимися наградами в том положении, в котором находится Райкин, просто стыдно.
К тому же каким эго надо обладать, чтобы всерьез считать, что министру есть дело до какого-то Райкина? Мединский прямо спит и видит, чтобы как-нибудь насолить «народному» артисту. Прокурорские проверки присылает, платежи за коммуналку увеличивает, в подъезде у Райкина мусорит.
Если бы речь шла о каком-то повышенном внимании со стороны министра к подчиненному, то этого подчиненного уже бы не было, сидел бы на обочине трассы с протянутой рукой. А так много чести, уровень творчества Райкина не дотягивает и до щиколотки многих настоящих театральных деятелей.
Если говорить о причинах этого нового обращения, то их две. Первая – напомнить о себе и занять место правдолюбца и придворного либерала, оставшееся вакантным после того, как Серебренников вляпался в коррупционный скандал.
Другая причина – это продолжение кампании против Мединского. Чем именно ему министр не угодил?
Когда год назад он высказывал свои претензии, то в них он обращался к первому заместителю министра. Мединский же никак публично на это не ответил, денег не отобрал, с должности не снял.
Он тут при чем? А вот желание перед выборами президента пошатать Путина, а если это не удастся, то хотя бы осложнить назначение нового Кабинета министров, где будут неугодные нынешней клике люди типа того же Мединского, – это цель большой предвыборной стратегии. Все как во времена Цезаря – разделяй и властвуй.
В данной ситуации выход только один – принять жесткое административное решение. Если театр прозябает, зрителей нет, а деньги уходят в черную дыру, то, может, стоит что–то поменять, чтобы ситуация улучшилась?