Знаменитый адвокат Федор Никифорович Плевако свое самое известное дело о чайнике и старушке выиграл, нейтрализовав прокурорскую речь одним простым приемом.

Для оказания психологического давления на людей старушки-бабушки – элемент совершенно необходимый

Хитрый прокурор в своем обличении перечислил все основные доводы защиты (несчастная, доведенная до отчаяния старушка, до смешного мелкая кража...) и обесценил их несокрушимым выводом о священности собственности: позволить посягать на собственность, сказал прокурор, значит погубить страну.

Лишившись своих основных аргументов, адвокат не растерялся и одним шлепком припечатал обвинение «находкой» самого прокурора:

«Много бед и испытаний пришлось претерпеть России более чем за тысячелетнее существование, – сказал Плевако. – Печенеги терзали ее, половцы, татары, поляки. Двенадцать языков обрушилось на нее, взяли Москву.

Все вытерпела, все преодолела Россия, только крепла и росла от испытаний. Но теперь!.. теперь... старушка украла чайник ценою в пятьдесят копеек! Этого Россия уж, конечно, не выдержит, от этого она погибнет безвозвратно».

Один из этих людей при исполнении своих профессиональных обязанностей использовал откровенную демагогию, другой нейтрализовал ее жесткой иронией и выиграл процесс.

Вопрос к залу: как вы думаете, кто победил?..

Для оказания психологического давления на сердца, умы и слезные железы людей старушки-бабушки – элемент совершенно необходимый, равно как и дедушки и детишки.

Если осуществить серьезный статистический просев всех душещипательных и сердцедробительных информационных вбросов, призванных разбудить «сверженца режима» в российском обывателе, придется констатировать, что путь к победе очередного антипутинизма пробивают прежде всего голодающими у прилавков старушками, выгребающими из карманов последнюю мелочь дедульками, синюшными от недоедания мальчиками и девочками, делящими с мамой одну пару сапог, в которых то в школу беги, то на прием к депутату Ройзману.

Это обычная прикладная демагогия: берется слезопобуждающий элемент, прикладывается к слезодавильной ситуации и закрепляется личным вкладом: «меня аж всю (всего) затрясло, гады, су..., сво...! до чего довели страну, ни курить, ни кушать не могу ...».

Варьируются детали: бабушке на сосиску не хватило, дедушке – на опохмел, мальчику – на прокормить семью и маленькую сестренку.

Учитывая нарастание срочности протеста, внучка, Жучка, кошка и мышка скоро тоже подтянутся за своим...

В широком ассортименте неиссякаемых сюжетов мне особенно понравился пост одной экзальтированной, широкодушной и либерально устойчивой девушки, где в заключение очередной слезодавильни она (всерьез!) вывела бессмертную формулу: «Зачем нам, ля, «Булавы», когда у бабушки на сосиску не хватает!».

Это, я считаю, бесподобно и достойно стать очередным рабочим лозунгом сверженцев кровавого режима.

Потому что протест и впрямь все необходимее и срочнее: время идет и торопит, а репку все тянут-потянут во все стороны и уже со всех сторон, а она и ныне там. И старушками ее, болезную, и санкциями, и синюшными мальчиками, и девочками без сапог.

И печенеги тянули, и половцы, и татары, и поляки. А она все растет и даже, вроде как, крепчает от невзгод. И вершки у нее, как оказалось, крепкие, и корешки, увы, не сгнили.

Но одна беда пока мешает: то березка, то рябина, то «Булавы», то «Искандеры» – такие неполиткорректные постыдные скрепы, одни за душу берут, другие – за горло.

Против них бабушки с сосисками – живой заслон демагогии, здравым смыслом несокрушимой, зато легко расщепляемой исключительно иронией. Демагогия эта от чувства юмора вообще распадается на нитки, как старый чулок в стиральной машинке советского производства, вспомните.

А поскольку pоссийская оппозиция, выступая в роли прокурора, во всю прыть старается убедить почтенную публику в том, что у старушки на сосиску не хватает, а «Булавы» нам ни к чему, потому что мы и так агрессoры, в то время как самим нам никто не угрожает, и что добровольно не расстаться с освященной всей нашей историей собственностью – значит безвозвратно погубить страну, то у меня, по навязчивой ассоциации, вопрос к залу: как вы думаете, кто победит?..